Резервация «Восток» (СИ)

— Хорошо, что мы не на экзамене.
— Суть же верна?
— Да, суть верна. Создавать аватары стихий для вашей команды буду я.
— Одна, для всей команды? — похоже начал я понимать, причем здесь шаманство.
— Для всех, кроме Бертезен и Магнуссона, они уже прошли инициацию.
Да, точно, я как– то забыл про это. Значит инициация предстоит мне, Ангелине, Карлосу и Анне.
— Инициация предстоит тебе, Ангелине, Карлосу и Анне, — эхом повторила Надежда за моими мыслями. — И… я хочу тебя предупредить. Внешне, для тебя, в какой– то момент это не будет выглядеть инициацией. Ты можешь начать волноваться, может быть даже мне не доверять, но… поверь, я буду делать все так, как нужно и как будет правильно. Как нужно…
— Как нужно кому? — понял я, в какую сторону недоговаривает Надежда.
— Нам.
— Нам это мне и тебе?
— В общем и целом да.
— А если подробнее?
— Если подробнее, то это вопрос твоей личной безопасности. Мои действия согласованы с президентом и императрицей. Больше я пока не могу тебе сейчас ничего сказать, прости.
Вот здесь я серьезно задумался. Недавно, когда мы раз за разом умирали во время смертельного матча, я на самом деле серьезно поволновался. И тогда, я уверен, происходящее тоже было согласовано с президентом и императрицей. Другой вопрос, насколько эти самые президент и императрица были осведомлены о грозящей мне опасности, все же не думаю, что они знали о том, что Ичиро Огасавара окажется посланником из ада. Хотя…
Надежда между тем прикусила губу так, что она побелела. Смотрела она на меня сейчас полностью черным взглядом, явно серьезно переживая. Она понимала, о чем я думаю, и понимала мои эмоции.
— Есть еще кое– что, что я должна тебе сказать.
— Так говори, — довольно резко сказал я.
Тайны определенно начинали утомлять.
— Шаманство, кроме прочего, предполагает возможность гадания. Вкупе с развитым предчувствием у меня, как у одержимой, это дает серьезный эффект видения будущего, его вариантов развилок. Считай, что сильный шаман, тем более одержимый темными искусствами, разговаривает не просто с природой, а со всей нашей планетой. Эффект, конечно, не такой направленный как у тебя во время дарованных божеством видений неслучившегося будущего, у меня картинки более размытые. Но не было ранее случая, чтобы предвидение ошибалось.
— Говорят, что дельфины спасают тонущих людей, толкая их к берегу.
— Ты это к чему?
— Есть версия, что об этом говорят потому, что те люди, которых дельфины толкали от берега, рассказать ничего никому больше не могут.
— Это другое, — покачала головой Надежда и замолчала.
Ну, ладно. Мне остается или верить, или нет. Прислушался к себе — вроде верю.
— Так что ты нагадала?
— Все очень размыто.
— Но?
— Все размыто. Но именно для меня, для нас…
Надежда замолчала. Последние фразы она говорила сбивчиво, взволнованно — раньше я никогда не видел ее такой. Вдруг показалось, что кавайная светлость сейчас заплачет.
— Если я действительно тебе нужна, если тебе нужно будущее, в котором мы будем рядом и вместе… как мужчина и женщина, во время осеннего равноденствия, двадцать третьего сентября, ты должен быть в Лондоне. Что бы не случилось.
— Двадцать третьего сентября, в Лондоне. Что бы не случилось.
— Если ты выберешь дорогу, в которой рядом с тобой буду я. И для тебя, поверь, это будет сложный выбор.
— А прямо не сказать?
— Нет, — невидящим взглядом глядя сквозь меня, покачала головой Надежда. Она снова прикусила губу, так что та стала белой.
— Это, во– первых, совершенно секретно, а во– вторых если ты узнаешь, что именно тебя ждет, события пойдут совсем другим чередом.
— Для меня? Или для нас?
— Для всех.
— Слушай, так все сложно, я словно оказался среди древнего пророчества. Неужели нельзя как– то все упростить?
— Ты не представляешь, как бы мне самой этого хотелось, — сказала Надежда с таким отчаянием, что я не сдержался и обнял ее.
— Не злись на меня, пожалуйста. Я сама сейчас… — уткнувшись мне в плечо, она замолчала, явно не как выразить свои чувства и эмоции. Которые я, кстати, сейчас хорошо прочувствовал.
 
— Думаю если бы я злился, ты бы заметила. Тебе, случаем, не нужно делать свой выбор?
— Да я уже давно сделала, — выдохнула Надежда и вдруг смутилась.
Некоторое время просидели на кровати, обнявшись, потом пелена вокруг разошлась, и мы с кавайной светлостью снова вернулись в реальный мир. Надежда отстранилась, глядя на меня уже обычным взглядом. Простынь, кстати, уже куда– то подевалась.
— Мне показалось, или ты только что собрался засыпать?
— Тебе показалось.
  
Глава 15
 
Два раза в своей новой жизни я уже надевал браслеты-негаторы. Крайне неприятная процедура. Еще есть нюанс: браслеты-негаторы легко надеть, но избавиться от них непросто. По инструкции снимать их полагается магом-ментатом при контроле целителя, в любой школе проекта Резервация такие рабочие пары есть. Причем два раза браслеты я надевал, но снимать пока не доводилось: как-то так получилось, что оба раза они исчезали с меня не полагающимся образом, и до момента снятия по инструкции я просто не доходил.
В первый раз, во время смертельного матча в Дарвине, браслеты-негаторы исчезли потому, почему даже думать не хочу, догадываясь из какого состояния меня восстанавливали с помощью Сферы жизни. Во второй раз негаторы я снял самостоятельно; никто при этом не произносил слово «невозможно», но по ощущениям от эмоций всех тех, кто видел и знал о произошедшем, оно определенно витало в воздухе. Также, как летели в воздухе раскаленные капли металла, оставшиеся от уничтоженных браслетов, которые в теории просто не могли расплавиться.
В общем, именно из-за сложности деактивации браслетов, полностью обрубающих доступ стихийной силы, проклятые даром во время обучения и ходят постоянно в масках — которые способны контролировать спонтанные всплески силы. Маску, в отличие от браслетов-негаторов, снять легко, секундное дело. А вот избавиться от браслетов мало того, что долго и сложно, так говорят еще что сама процедура комфорта совершенно не несет.
Мне, правда, похоже маска больше не светила. Более того, сегодня утром браслеты-негаторы мне надевала лично Надежда — видимо, по специальному поручению, чтобы проконтролировать правильность их установки и активации. Причем надевала она привезенные с собой особые браслеты — выглядели они посерьезнее чем те две стандартные пары, которые я за последние пару месяцев обнулил. Все же в Петербург еду, на бал где будет присутствовать много важных и ценных для общества гостей, надо их обезопасить от меня — все, в общем-то, понятно.
После того, как я вновь оказался в непривычной пустоте без отклика силы, мы с Надеждой попрощались — довольно сдержанно, все эмоции еще утром в номере отеля Империал оставили.
Кавайная светлость уехала, остальная команда оставалась в Нагасаки, для тренировок под руководством кавалеристов Соколова, мы же с Ангелиной отправились в Петербург.
Летели вполне обычными авиалиниями, портальные пути и суборбитальные челноки ради нас в этот раз никто гонять не стал. И не особо хотелось — с некоторым разочарованием подумал я; впрочем, разочарование быстро прошло, когда понял, что у меня появилось больше десяти часов свободного времени практически наедине с собой. Какое-то количество этого времени я потратил на разговоры с Ангелиной — с памятного вечера на тропическом острове сохраняющей вежливо-официальную дистанцию. Довольно мило побеседовали, словно галочку поставили, после каждый занялся своими делами, уткнувшись в планшет ассистанта.
Время в свободном плавании в Сети я провел без особой цели, просто изучая массовую культуре этого мира. Когда утомился от потока информации, дочитал наконец местную версию Властелина Колец — которая при общей фабуле от известного мне оригинала отличалась весьма серьезно. Ощущение, что фанфик от хорошего автора прочитал.