Невеста Харона. Книга 1 (СИ)

— Поверили?
— Ментам наплевать. А Рафик отказался подавать заявление. У него там с документами не все в порядке. Поставил меня на счётчик, через неделю нужно вернуть всю сумму.
— Где ж ты столько возьмёшь? — ужаснулась Ада. Беда подруги совершенно вытеснила её собственные переживания.
— Где? Нужно припугнуть Толяна, пусть всё вернет, иначе сдам его ментам.
— Испугала ежа! Он же грозился тебя убить…
— Я ж думала, Феда с ним поговорит.
И тут на Аду нахлынуло. Щелкнуло в голове так, будто только что сказали, что Федя умер. События сегодняшнего дня настолько плотно придавили её психику, что факт смерти вытеснился переживаниями случившегося и страхом последствий. Федя умер,… о чем они говорят?… Умер на её глазах! Его больше нет!
Губы Ады задрожали, перед глазами возникла напряженная фигура Феди с вздыбленным членом и снесенной частью головы. Запекшиеся глазные яблоки уставились в изодранное тучами небо. Ада вскрикнула и повалилась в обморок.
 Глава шестая 
Похороны оказались довольно многолюдными. Кроме друзей и одноклассников Феди, пришли деповские и просто любопытные. Событие чрезвычайное. Убило молнией во время секса на скамейке! Даже в телевизионных новостях показали, не говоря уже об интернете. Все сообщения строились на рассказах милиционеров и фельдшера «скорой помощи». Изуродованная голова Феди стала лидером просмотров на ютубе. Откуда-то всплыла фотография Ады. Разговоры возле гроба сводились к обсуждению — круто ли так умереть.
Ада на прощание не пришла. Она вообще не выходила из дома. С отцом разговор оказался коротким.
— Собирай вещи, езжай поступать в Москву, — прорычал он, не глядя в её сторону.
Нелли Ивановна зашла в комнату Ады, прижала её мокрое от слез лицо к груди и прошептала.
— Мы обе несчастные. Во всём виноват отец. Его деспотизм отравил нам жизнь.
В другое время Ада удивилась бы такому определению, тираном отца она не считала, наоборот, злилась, видя, как он норовит увильнуть от участия в любых семейных делах. Но лучше пусть будет виноват он, чем она.
— Я с ним больше не могу, — продолжила Нелли Ивановна, — ждала, когда закончишь школу. Мы расстаёмся…
— Он уходит? — удивилась Ада. О таком она и помыслить не могла.
— Ухожу я. Мы уходим. Пусть остаётся один. Я приготовила тебе деньги. Поедешь в Москву, поступишь куда-нибудь. После случившегося жизни здесь не будет.
— А ты?
— Меня ждет другой мужчина. Он хочет, чтобы я вышла за него замуж.
— Жора?
Пришло время удивляться Нелли Ивановне.
— Откуда тебе известно?
— Ма,… город маленький, — пожала плечами Ада, — он же молодой совсем, на дискотеке и девчонкам клеится.
— Враньё!
— Как знаешь. А так, прикольный,… и машина у него нормальная.
— БМВ. Но дело ж не в этом. Не представляешь, какой он душевный и как меня любит.
Ада отстранилась от матери. Этот разговор вернул её к действительности. Понятно, ожидаемых истерик и нравоучений не будет, а обсуждать мамину личную жизнь сил не было.
— Мама, у меня любимый мальчик умер. Какое мне дело до вас.
— Да, прости, милая, — спохватилась Нелли Ивановна. Положила на стол конверт — тут на первое время пятьдесят тысяч. Когда буду с Георгием, мы поможем.
— Спасибо…
— В этом доме нам больше делать нечего, — с облегчением заключила Нелли Ивановна.
 Глава седьмая 
Нинка уговорила пойти на встречу с Толяном. Ада согласилась лишь потому, что стало невыносимо сидеть в четырех стенах и вспоминать обезображенное лицо Феди. Но поставила условие — только когда стемнеет. Не хотела ловить на себе насмешливые взгляды местных доброжелателей. Нинка считала, что вечером стрёмно. Ада возражала — бояться нечего, ведь Толян — друг Феди. В отличие от подруги, затянувшейся в джинсы и глухую кофту, надела легкое короткое платье и высокий каблук. Мол, плевать хотела на любые подначки.
Толян согласился встретиться на набережной. Нинка обрадовалась, поскольку там всегда много ментов, но всё оказалось сложнее. Толян подошел к лавочке, на которой они обе застыли в ожидании и тоном, не терпящим возражений, продиктовал:
 
— Здесь говорить не будем, менты кругом. Идите за мной на катер. Там перетрём.
— Никуда мы не поедем, — истерично дернулась Нинка.
— Покатаемся по бухте, иначе валите в сторону.
— Поехали! — согласилась Ада. Чего ей было бояться, после того, что уже произошло. Да, и прогуливающиеся горожане слишком часто смотрели в её сторону.
На катере были те же кореша, что пили пиво с Нинкой.
— Все в сборе, — вместо приветствия съязвила она.
— Чужих не держим. Зачем её привела, — Толян кивнул в сторону Ады.
— Сама напросилась, — отозвалась Ада. — Вы же с Федей были друзья, а Нинка, моя подруга.
— Отваливаем, — скомандовал Толян.
Катер отошел от гранитной набережной и взял курс на выход из бухты. Душный вечер не располагал к резким движениям, на столике под тентом лежала жареная рыба, на лавках — банки с пивом.
— Садитесь, оттягивайтесь, — на правах хозяина предложил Толян, — говорить собственно, не о чем. Молодец, что не сдала. Поэтому помянем Феду. Слышал, умер со стоячим болтом?
— Так получилось, — тихо ответила Ада.
— Молодец, столько добивался тебя, и вот те нате, всё в томате! Дала бы, как полагается, сейчас бы вместе пили пиво.
— Тебя не спрашивала, — огрызнулась Ада.
— Не звезди! Из-за тебя мой братан погиб. Чего припёрлись?
— Отдай Нинке деньги, её ж посадят.
— Тебя тоже молния долбанула?
— Иначе сдам ментам, — взвизгнула от испуга Нинка.
— О-па, пришли права качать? Пацаны, всё поняли?
В ответ кореша криво усмехнулись. Деньги из обменника забирал Толян, они только прикрывали вход от посторонних глаз, поэтому не считали себя соучастниками нападения. Да и расплатился он с ними по мелочи.
Не почувствовав поддержки, Толян набычился.
— Чего молчите? Если что, пойдёте со мной…
— Так мы чего, скажи что делать…
— Толян, отдай ей деньги, она вернёт Рафику и закроем тему.
— А ху-ху не хо-хо? — мерзко рассмеялся Толян и крикнул парню, стоящему у штурвала, — полный в море!
За кормой катера оставалась залитая огнями набережная, а впереди ночь окончательно поглотила линию горизонта.
 Глава восьмая 
Дальше произошло то, чего Нинка боялась больше всего, а Ада и предположить не могла.
— Сейчас ты увидишь, что будет с тобой, если хоть пикнешь обо мне! — предупредил Нинку Толян. Подошел к Аде, схватился за вырез её платья и одним движением разодрал его.
Ада вскрикнула, едва не потеряла равновесия. Двое корешей схватили её за руки и повалили на стол, привинченный к днищу. Толян задрал ей ноги. И, чтобы не брыкалась, больно ударил в грудь. У Ады перехватило дыханием. Он воспользовался этим и вошел в неё.
От неожиданности, испуга, боли Ада не оказала никакого сопротивления. А когда Толян начал насиловать, невольно поддалась его силе и оказалась во власти ощущений, впервые испытанных с Федей.
Она не слышала стонов Толяна, улюлюканья пацанов, криков Нинки. В ней нарастала волна напряжения, которая должна была разразиться мощнейшим разрядом. Крышу снесло от яркой вспышки в мозгу и судороги пронзившей всё тело…
Когда Ада пришла в себя, поразилась абсолютной тишине, повисшей вокруг. Даже мотор катера заглох. Под столиком у её ног валялся Толян. Над ним, молча, склонились кореша.
Нинка подошла к Аде, прижалась мокрой от слёз щекой к её обнаженной разгоряченной груди. Еле слышно прошептала:
— Он умер…
Ада не поняла о ком идет речь. Ей снова привиделись запекшиеся белки глаз Феди.
 Глава девятая 
Как ни странно, в свидетельстве о смерти Толяна, поставили диагноз — передозировка наркотиками. Сделанный анализ подтвердил наличие в его крови альфа-метилфентанила, в простонародье, называемом «крокодилом». Кореша, доставившие Толяна в больницу, тоже прошли обследование, но остались вне подозрений. Зато в полиции тут же заявили об ограблении обменного пункта, совершенного Толяном в одиночку. Большая часть похищенных средств была изъята у него на квартире. Этого оказалось достаточно, чтобы Рафик успокоился и смской посоветовал Нинке, никогда не попадаться ему на глаза.