Невеста Харона. Книга 1 (СИ)

Ада силилась понять, что же произошло. Само изнасилование не привело к нервному стрессу. Возможно потому, что вызвало то самое ощущение невероятного взрыва, которое она испытала с Федей в момент его смерти.
Когда Нинка привезла её домой в разорванном платье, с синяками на плечах и шее, Борис Александрович, открыв дверь, почти радостно произнес — «Хорошее продолжение», и скрылся на кухне.
Нинка раздела подругу, уложила в постель и разрыдалась от страха. А Ада лежала с открытыми глазами. Смотрела в потолок и все пыталась понять — что бы это все значило?
— Сволочь он! Так ему и нужно! Кобель вшивый! — горячилась Нинка. Она-то конкретно видела, как вздрогнул Толян, как задрал голову, как по его телу пронеслась судорога, от которой он весь скрючился и с тупым грохотом повалился на железный пол катера.
— Значит, я не причём? — задала глупый вопрос Ада.
— Ещё чего! Он тебя изнасиловал! Перенапрягся, наркота ударила по венам и приторчал. Я про такое слышала. У мужиков бывает. Поделом ему.
— Действительно, сволочь, — согласилась Ада. На душе стало как-то легко, словно она освободилась от тяжелой ноши. Толяна чего жалеть? Она ж с ним практически не знакома. И снова вспомнился Федя. На глазах выступили слёзы.
 Глава десятая 
Но слухи утверждали совсем обратное. В маленьком городе каждый уверен, что обладает самой точной информацией. Большинство осуждало Аду. Просто, как шалаву. Не успели жениха похоронить, а уже с другим улеглась… Вот, Господь, и покарал. Жалко, что не её. Чего еще натворит эта девка!
Нелли Ивановна от стыда не знала куда спрятаться. Попросила Жору купить Аде билет в Москву.
Прежде Ада и не мыслила уезжать из дома. Хотела, как и Федя, поступить в железнодорожный техникум. На «железке» и зарплаты хорошие, и график гибкий. Но теперь всё пошло наперекосяк. Легко сказать — бери вещи и уматывай. Многие бы с радостью, а Ада не представляла себе жизнь в чужом городе. Оптимизма добавляла только Нинка, она, не раздумывая, согласилась ехать вместе.
— У тебя же денег нет.
— Зато знаю способ заработать быстро и без напряга, — заверила она. Её бесстрашие поддержало Аду.
С родителями рассталась без прощаний. Отец куда-то ушел, мама позвонила по телефону. Всё прошлое Ады уместилось в один чемодан.
 Глава одиннадцатая 
Встреча с Москвой поселила в душе ужас. Ей казалось, что все её намеренно толкают. Смотрят сквозь неё, не замечают её присутствия, как будто на ней была шапка-невидимка. Она потеряла самоощущение и полностью доверилась Нинке.
Так, они оказались в каком-то дальнем, утыканным многоэтажными домами, районе с ухоженными детскими площадками, огромным количеством автомобилей во дворах и веселыми таджиками в оранжевых робах.
Хозяйка съёмной квартиры Натуся, сходу оценив их взглядом бывалой сутенерши, провела на кухню, предложила зеленый чай с чипсами и потребовала:
— Паспорта с собой?
Девушки молча протянули документы. Натуся взглянула только на даты рождения. Кивнула:
— Хорошо, что совершеннолетние. Теперь с этим строго. Выходите завтра в ночь. Пока на трассу. А там посмотрим. Конкуренция очень велика. Мужики жлобятся. Только Кавказ и спасает.
— А где жить? — по-деловому поинтересовалась Нинка.
— Есть одно общежитие. Девчонки уехали на каникулы. Поживете вместо них.
— Дай нам каких-нибудь денег на первый случай.
— Еще чего! Чем голоднее будете, тем быстрее заработаете. Вот адрес. Езжайте, устраивайтесь, телефон не отключать. Можете понадобиться в любое время.
Нинка набила рот чипсами. Ада так и не притронулась к чашке с чаем.
 Глава двенадцатая 
Общежитие принадлежало Московскому общественному университетк. Унылое здание казарменного типа. Там во всю кипела абитуриентская жизнь. Комендантша, услышав от Нинки, кто их направил, тут же отвела в двухместную комнату, в которой везде валялись чужие вещи и предупредила:
— Ничего здесь не трогайте. И ведите себя тихо.
 
— Что дальше? — спросила Ада, когда комендантша скрылась за дверью. Ей уже всё стало ясно, но хотелось определенности.
— Работать будем. Бабло заколачивать!
— Проститутками?
— А чем плохая профессия? Не навсегда ж… так, чтобы осмотреться.
Аде очень не хотелось обижать Нинку. Но, ни о чем таком, она и думать не хотела.
— У меня не получится…
— Брось, ты же подряд двух пацанов прошла, и ничего — жива-здорова.
— Нет.
— Хорошо. Скосим на то, что у тебя менстра. Три дня покантуешься здесь, с девчонками познакомишься, может, передумаешь.
— А ты?
— Чего время терять. Я хоть сейчас готова!
Идти Аде было некуда. За окном общежития зажигал вечерние огни страшный равнодушный город.
 Глава тринадцатая 
Евгений Петрович Деготь слыл педагогом строгим, бескомпромиссным и въедливым. Сдать ему экзамен или зачет без вложенных в зачётку двухсот долларов было практически невозможно. Он не считал это большими деньгами и брал только для того, чтобы компенсировать нервные затраты от общения с этими баранами. Студенты были плохо подготовлены, ленивы, безграмотны. Требовать от них знаний, все равно, что заставлять гаишника исполнять арию Варяжского гостя. Почему они такие и откуда берутся, вопрос философский. А Евгений Петрович был заведующим кафедрой иностранных языков. Когда-то, при советской власти служил переводчиком при ООН. Но попался на пьянке, и был выслан в Союз, после чего пошел в преподаватели. От алкоголизма удалось излечиться, а вот от другой страсти — влечение к студенткам и не пытался. Лучшим временем для её удовлетворения становились вступительные экзамены. Абитуриентки с безумными глазами готовы были пуститься в любую авантюру, лишь бы оказаться в списках поступивших. Были, конечно, и другие. Но Евгений Петрович научился вычислять именно таких.
К тому же частенько пользовался услугами девиц подрабатывавших проституцией и проживавших в комнате, предоставленной комендантшей Нинке и Аде. Туда-то первым делом он и решил заглянуть.
Ада от испуга растерялась и не могла вымолвить ни слова. Евгений Петрович представился. Объяснил, что проводит проверку по линии деканата. Это он, обычно, делал для того, чтобы девицы не требовали денег. Но Ада не поняла.
Нинка с утра, по звонку Натуси унеслась в какую-то сауну.
— Вы здесь одна? — строго спросил Евгений Петрович.
— С подругой, но её нет.
— Сдает экзамен?
— Мы только вчера приехали.
— Абитуриентки?
— Ага… — это всё, что смогла выдавить из себя Ада.
Евгений Петрович по-хозяйски уселся на стул, закинул ногу на ногу, надел элегантные очки и стал в упор рассматривать Аду.
На проститутку, девушка не тянула. Наверняка, из приличной семьи. Стройная, слегка угловатая, с челкой, закрывающей лоб. Напряженным взглядом зелено-карих глаз и тонким носом с горбинкой. Упрямая сексуальность в поджатых крупных губах. Одним, словом, на ней стоило остановить внимание.
— Тебя как зовут?
— Ада…
— Ну, и на какой факультет собираешься поступать?
— Еще не решила…
— А подружка уже выбрала?
— Она — да…
— Как ЕГЭ?
Ада молча, порылась в сумке, протянула ему лист. Евгений Петрович внимательно изучил результаты.
— О, английский в порядке… жаль…
— Почему?
— Потому что с такими результатами, могла бы поступить на кафедру иностранных языков, которой руковожу я. Но решила заняться проституцией, а это, к твоему сведению, преследуется по закону…
— Я нет! — воскликнула Ада.
— Сейчас вызову участкового, ему и расскажешь, как здесь оказалась, — Евгений Петрович встал, чтобы выглядеть еще более грозным.
Ада была готова провалиться сквозь землю. Покачнулась. Евгений Петрович сделал шаг навстречу, и она буквально упала в его объятия.
 Глава четырнадцатая