Азъ есмь Софья. Компиляция (СИ)
Эжен кивал и поддакивал. Ну… он бы смог, он подозревал, что и русскому государю было бы все равно, сколько там детей перемрет, но… Эжен был неглуп. И отчетливо понимал, что Алексею Алексеевичу здесь и сейчас эта война не нужна.
Хотя зачем приглашали именно его – непонятно. Но обидно.
Дочь Леопольда ему теперь не достанется, император прогневается – и мало озаботит Леопольда тот факт, что не Эжен провалил порученную миссию.
Но Алексей Алексеевич не торопился отсылать посла обратно. Вместо этого он смотрел, думал, а потом поинтересовался:
– Скажите, Эжен, а как вы видите свое будущее?
Как его видел Савойский?
С удачным браком побороться за кусок земли, что тут непонятного. Правда, сейчас это будет намного сложнее, но – вдруг?
Алексей выслушал принца, подумал, а потом сделал ему простое такое предложение. Нет, не русской царевны в жены. И не службы на благо Руси.
Своих талантов хватает.
Но и от этого предложения Евгений отказаться не смог.
Ты хочешь корону? Ты можешь ее отвоевать с нашей помощью. Когда Карлос умрет, скорее всего, не оставив детей, начнется война за испанское наследство. И ты можешь в ней поучаствовать.
Есть Бельгия.
Есть Люксембург.
Хочешь?
Хотел ли Евгений?
Да, и желательно прямо сейчас. Но отчетливо понимал, что земли в Европе поделены. Что стать наместником где-нибудь в Венгрии ему сейчас точно не удастся. И что синица в руках покамест лучше журавля в небе. Намного лучше.
Это – работа на перспективу, но русские обещают хоть что-то. Сдержат ли они свое слово – Бог весть, но здесь и сейчас… за десять лет много воды утечет. Может, у них и будет возможность как-то повлиять на ситуацию, все-таки, Испания, Португалия… не просто ж так там находятся члены русской королевской семьи? И все же, все же…
– Я понимаю, зачем это нужно мне, государь. Но зачем это нужно вам?
Алексей Алексеевич посмотрел на Евгения. И принц словно впервые увидел темные тени под синими глазами, морщины на высоком лбу, усталую складку в уголках рта…
– Я уверен, что война начнется. Посмотри, Эжен, вот карта…
Мужчины прошли к макету Европы, искусно вырезанному из дерева, раскрашенному, с обозначением границ, гор, рек… мастера постарались.
Мужчины склонились над макетом. Алексей взял лежащую рядом указку.
– Эти земли… Людовик на них зарится давно и всерьез. Но если он получит и то, и другое… не много ли будет королю-солнце?
О, вот Людовика Эжен не любил. Ни капельки. За французским королем числился долг еще за мать, между прочим…
– Испанцам их не удержать. А нам будет выгоднее лояльное государство, а не сателлит Людовика. К тому же моя сестра сейчас в Пруссии, вторая – в Испании, а я обязан поддержать родных.
Это Эжен понимал. Но… гарантии?
Алексей Алексеевич только рассмеялся.
Гарантии?
А что они сейчас могут гарантировать друг другу? Это – дележка шкуры неубитого медведя, так-то. А зверик пока еще жив и достаточно опасен. Вот пять-шесть лет спустя, или сколько там еще Карлос протянет… вообще, после смерти любимой жены он сильно сдал – там да, речь пойдет и о гарантиях, и о многом другом. А пока – что они могут дать друг другу?
Эжен может быть безусловно лоялен к Руси.
Шпионить?
Простите, принц, вы себя переоцениваете. Или думаете, у Руси шпионов нет? Некому заняться? Еще как есть. Но в какой-то момент вы можете высказаться в пользу Руси, а можете и во вред ей. Вот второго и хотелось бы избежать.
С другой стороны, Русь тоже может или поддержать… или не поддержать вас в нужный момент. Деньгами, войском, да и просто связями.
Хотите – поработаем вместе. Не хотите – воля ваша, до весны у вас еще есть время решиться или отказаться. Неволить никто не будет.
Да, и предлагать выгодный брак, или кучу денег и кусок земли – тоже. Сначала докажите, что вы на что-то способны.
От государя Евгений ушел сильно озадаченным. Ему было над чем подумать.
* * *– Какой ужас! Луи, любовь моя, ведь это они могли сделать с любым ребенком! И с нашим, если Бог пошлет нам сына!
Людовик и Анна прогуливались в Марли. Придворные взирали завистливыми глазами, не смея приблизиться.
– С нашими детьми этого не случится, мадам. Я сумею защитить их, обещаю.
– О, я верю вам, Луи. Но мне страшно… я так боюсь за малыша Карла…
– Он в полной безопасности, как будут и наши дети, Мадам.
– О, я верю вам, Луи, верю. Если Вы не сможете защитить детей, то кто сможет это сделать?
– У нас будет ребенок, Мадам?
– Я буду молиться о чуде.
– Мы обязательно помолимся вместе, – Людовик многозначительно улыбался. – Сегодня же вечером.
Анна мысленно скривилась, но улыбка е была по-прежнему очаровательной.
– Я так счастлива с вами, Луи. В Англии я никогда не была в безопасности до конца. А вы, словно солнце, согреваете меня своим теплом – и я расцветаю под лучами вашего внимания.
– Я сделаю все, чтобы вы чувствовали себя в безопасности, дорогая мадам.
– Я так счастлива рядом с вами, Луи, что мне совестно, ведь я знаю, что в моей родной несчастной Англии опять назревают беспорядки.
Людовик усмехнулся.
– Да, что-то такое там собирается.
Монмут оказался достаточно бездарным правителем. Пока рядом с ним были умные советники, он еще как-то сдерживался, а последнее время…
Словно он забыл, что казна пуста, что страна разорена, что Смутное время – оно не обязательно бывает на Руси, что у него хватает соперников…
Пуритане начинали роптать.
Пока еще тихо, но французское золото и французское оружие творило чудеса. Скоро, очень скоро, Англия полыхнет.
Людовик отчетливо понимал, что Карл пока еще слишком мал, но воевать начать можно уже сейчас. Равно, как и растить из мальчишки хорошего профранцузского правителя. Когда малыш вырастет и захочет вернуть себе трон, ему должна достаться страна, у которой не останется сил для сопротивления. А в идеале, чтобы Англия стала верным вассалом Франции. Ее сателлитом, тенью, отражением – хватит этих войн, которые выматывают уже не одно поколение французских королей!
– Это ведь вы, Луи? Правда?
Людовик снисходительно улыбнулся любимой женщине и получил новую порцию восхвалений. Анна привычно восхищалась, ахала и хлопала глазами, а сама прикидывала, что надо бы побывать на ближайшем заседании Государственного совета, благо Людовик даровал ей право сидеть даже в присутствии монарха. Хотя как вдовствующая королева она все равно имеет право…
Но надо быть очень осторожной. И так принцы и принцессы крови смотрят на нее крайне неодобрительно, особенно внук Людовика.
Впрочем, ей есть куда отступать.
Анна улыбнулась королю, который взирал на нее с умилением, но видела она сейчас не Людовика. Словно живые, перед глазами плыли золотые купола церквей, белые стволы берез, синие реки… Русь. Любимая и родная. Пока недосягаемая, но если Анна пожелает…
Это помогло.
Улыбка женщины стала просто ослепительной.
– О, Луи…
И Людовик Четырнадцатый улыбнулся в ответ. Он ни минуты не жалел о своем тайном браке. Рядом с Анной он чувствовал себя таким молодым…
* * *– Карлос, тебе надо жениться вторично.
– Разве в этом есть смысл, дорогой брат?
– Смысл есть всегда, – Мария улыбнулась юноше. – Семья – это прекрасно.
– После моей милой Марии Луизы…
– Но нельзя же горевать вечно? К тому же, ты должен иметь детей…
– Ох, Хуан… разве твоих малышей нам недостаточно? Наш род будет продолжен – это уже чудесно.
– Ты же знаешь – они дети бастарда.
– Да, но и русской принцессы, это немаловажно.
– Людовика это не остановит. Да и никого другого. Карлос, ты должен попытаться.
Король Испании печально опустил плечи.
– Хуан, лекари не дают мне надежды…
– А ты меньше слушай эти клистирные трубки. Лучше посмотри сюда?
Девушка на портрете была очаровательна. Высокая, с молочно-белой кожей и рыжеватыми волосами. С первого взгляда.