Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1

Госпожа Ван Хуалин вскинула подбородок и уверенно встретила тёмный взгляд сына.
– Ты думаешь, что повидал всё и знаешь жизнь, но даже если это действительно так, неужели ты до сих пор не понял истинный смысл нашего пути? Последняя небожительница Юэлянь дала нам свою силу, чтобы совершенствоваться, а не проливать кровь! Наше поколение прошло через междоусобную войну, твоё поколение прошло через войну с государством Фа, и я не желаю, чтобы ученики, которые сейчас обучаются в храме, пережили подобный кошмар!
  
– А кто теперь защитит деревню, матушка? – Ван Юн смотрел безжалостно, даже осуждающе. – В столице опять неспокойно, и скоро хрупкому миру может прийти конец! Время медитации и совершенствования в горах давно прошло, и нам всем нужно смириться с тем, что мы не те заклинатели из прошлого, которые пьют вино, парят среди облаков на мечах и славятся своей добродетелью. Да, мы другие, более приземлённые и слабые, но мы всё ещё здесь и всё ещё поклоняемся богине Юэлянь! Вы с отцом доверили мне обучение молодых адептов, и я сделаю из них достойных мастеров пути Лунной тени. Я не дам уничтожить наш клан и школу… Я защищу свою семью!
– Ты очень изменился, А-Юн, – сказала госпожа Ван, погладила бледную руку Фэн Мэйфэн и, отпустив её, встала с кровати. Она поравнялась с сыном и, даже не посмотрев в его сторону, продолжила: – Возможно, ты прав в своих суждениях, спорить не хочу. Пока нет шифу Хэ, ты отвечаешь за старших учеников и можешь тренировать их так, как считаешь нужным. Но не делай больно А-Фэн. Тебе ли не знать, как много эта девочка пережила.
Ван Юн промолчал, а Ван Хуалин тихо вышла из покоев, и в воздухе повисла неприятная звонкая тишина.
Вскоре Мэйфэн застонала и перевернулась на бок, сбивая одеяла. Она открыла глаза и быстро заморгала, будто сразу не смогла понять, как оказалась здесь, а потом, заметив людей в комнате, привстала, оперевшись на руку.
– Ван-гэгэ, Гэн-гэгэ, что вы здесь делаете? – Резкий кашель не дал ей договорить.
– Мэймэй, ты очнулась! – Гэн Лэй тут же подошёл и, изящно отодвинув свои длинные рукава, подал ей чашу с настоем женьшеня. – Целитель сказал, что ты в порядке, но нужно выпить это.
Мэйфэн взглянула на предложенный отвар и с отвращением поморщилась.
– Лекарства целителя Аня по вкусу всегда похожи на отраву! – пробормотала она, а потом выдохнула и выпила залпом. – Как и говорила, гадость.
Прокашлявшись, Фэн Мэйфэн неожиданно оживилась и подскочила, словно о чём-то вспомнила. Её растрёпанные тёмные волосы упали на бледное лицо, но она этого не заметила и сразу нашла взглядом Ван Юна, что стоял со сложенными на груди руками, наполовину скрываясь за бумажной ширмой.
– Ван-гэгэ, я должна кое-что сказать тебе! Ты сотворил сложнейшее Лунное затмение с такой лёгкостью, как будто выполнял технику младших учеников! Это было невероятно!
– Эм, мэймэй, ты не сильно ударилась головой? – поинтересовался Гэн Лэй и приложил ладонь к её лбу. – Твой так называемый братец чуть не убил тебя этим заклинанием, а ты его хвалишь?
– Мне нужна такая же сила! – Она встала с кровати, чуть пошатнувшись из-за слабости в ногах, но всё равно подошла к Принцу Ночи вплотную. – Прошу, научи меня, будь моим личным наставником, шисюн!
Услышав такое официальное обращение, Ван Юн нахмурился. Он не мог припомнить ни одного раза, когда эта девчушка говорила с ним подобным образом, с таким же искренним уважением в голосе.
– Нет.
– Шисюн, мне правда нужна помощь! Ты знаешь, что я не такая, как У Кан или У Минли. Я на самом деле могу наполнять цзюань лунной ци, и под твоим руководством я стану сильнее! – Мэйфэн слегка наклонилась вперёд и вложила левый кулак в правую ладонь. – Мне больше не к кому обратиться.
Ван Юн еле заметно качнул головой, взял своё оружие, что стояло у стены, и напоследок бросил:
– Нет. Я не собираюсь тратить время на эту бессмысленную затею: ты слишком слаба и беспомощна. У нас с тобой ничего не выйдет.
Он развернулся и просто вышел из комнаты, с силой захлопнув за собой деревянную дверь.
 
Глава 4
 
Ветер приносит вести из столицы
 
Колокольчик с красной кисточкой над входом в чайный дом «Ночная слива» приветственно зазвенел. В просторное и светлое помещение с высокими решётчатыми окнами, через которые пробивался дневной свет, вошли несколько учеников школы Юэин, и хозяйка в белом фартуке вышла к ним, с поклоном встречая посетителей:
– Молодая госпожа Фэн, Ань Иин, Хэ Сюли, давно же вы не заглядывали ко мне! – Она искренне улыбнулась и показала рукой на свободный низкий столик у раздвижного окна. – С вами ещё молодые заклинатели? Сегодня вас так много! Тогда тарелка с димсамами [35] за счёт заведения! Присаживайтесь, пожалуйста. – Она подмигнула гостям и тут же засеменила в сторону кухни.
– Минли, Кан, слышали? Димсамы за счёт заведения, вы же всегда их выпрашивали! – попробовала подбодрить юношей Фэн Мэйфэн, но одного взгляда на братьев было достаточно, чтобы понять, что сейчас их не сможет порадовать даже любимая еда.
Оба молча присели на подушки в дальнем углу стола, смотря куда-то в пустоту.
– Не могу поверить, что мы сейчас собираемся в последний раз, – проговорила Ань Иин, и её голос звучал так тихо, что всем пришлось напрячь слух. – Я буду скучать по вам…
– Хозяйка! – позвала Мэйфэн, приподнимая забинтованную руку. – Нам четыре кувшина рисового вина и три тарелки димсамов. Положите, пожалуйста, побольше дайконовых пирожков.
Из-за длинной ширмы, расписанной горами и реками, что отделяла зал для гостей от кухни, прозвучало звонкое: «Хорошо!» – и спустя пару мгновений оттуда же вышла девочка лет двенадцати в простой серой рубахе и широких льняных штанах. Она подбежала к столику учеников школы с лакированным подносом в руках, на котором стоял маленький пухлый чайник и низкие пиалы.
– Пока ожидаете заказ, насладитесь нашим лучшим чаем со склонов горы Фэнсинь! – возгласила она тоненьким голоском и поставила утварь на стол. – «Белая слива в утренней росе» дарит ощущение прохлады в летний день… Этот сорт точно удивит вас!
Проговорив заранее выученные слова, маленькая помощница поклонилась гостям и убежала, махнув длинными косичками.
Главный зал чайного дома в это время всегда пустовал. Через открытое окно внутрь пробивались тёплые солнечные лучи, скользя по деревянным столикам и свиткам на стенах, а лёгкий ветер нежно касался кожи. На улице тоже царило безмолвие, и никто даже не проходил мимо знаменитой чайной: деревня Юэ уже многие века бодрствовала только ночью вместе со школой Юэин.
– Так вы и правда возвращаетесь в Шуйсянь? [36] – спросила Хэ Сюли, нарушая затянувшееся молчание.
Она взяла чайничек и разлила полупрозрачный настой «Белой сливы» по пиалам.
Братья посмотрели друг на друга с безысходностью в глазах, и У Кан уронил голову на стол, ударяясь лбом о дерево.
– А у нас есть выбор? – заговорил наконец У Минли и сжал кулак, оглядывая браслет на своей левой руке, в котором не теплилось и капли энергии. – Этот заносчивый наследник теперь принимает решения, и он сказал нам убираться.
– Нет… – заныл Кан, запуская пальцы в волосы. – Три года потрачены впустую! Никто дома не знает, что у нас с братом слабая ци, они считают нас настоящими заклинателями и единственной гордостью семьи У. Родители точно будут разочарованы и отправят меня работать на рисовые поля в Долину холмов…
  
Над столом вновь повисла тяжёлая тишина, в которой они и выпили свой чай. Мэйфэн посмотрела в окно и нашла взглядом тёмную крышу храма Юншэн, что стоял на краю скалы и даже днём возвышался над деревней Юэ, словно мрачный надзиратель.
Она не собиралась покидать это место и знала: даже если Принц Ночи выгонит её, она всё равно останется здесь, как любимая приёмная дочь семьи Ван, но у Кана и Минли не было таких привилегий. Им и правда навсегда придётся уйти из школы Юэин и до конца жизни носить клеймо несостоявшихся заклинателей…