Герои Империи (сборник)

— Мне нужно поразмыслить над вашими словами, — заявил Ференц, стараясь скрыть воодушевление. — Для начала я отправлю весточку Хайнцу-Марку. Я не могу решать за него, но, если между нами, — полагаю, насчет него можно не волноваться. Борьба со скверной — наш общий долг.
Ферштолен кивнул.
— Хорошо. Но времени мало. Лейтдорф знает, что его тайна раскрыта, и уже наверняка начал действовать. Я понятия не имею, как глубоко проникла порча. Возможно, у него имеются союзники. И чем дольше мы будем медлить, тем хуже будет для нас самих. Я призывал штатгальтера вызвать помощь из Нульна еще до того, как Шварцхельм уехал. Но, даже если он последовал моему совету, этой помощи нам не хватит. Нам необходимо позвать Шварцхельма обратно.
  
— Я займусь этим.
— Отправьте хорошо вооруженный отряд. На дорогах больше не безопасно.
— Не беспокойтесь. Владения моей семьи располагаются на востоке, и у меня есть курьеры, которые знают потайные тропы к Хайдеку и дальше, и быстрее посланников вы не найдете во всем Аверланде. Ваше письмо доберется до адресата.
Ферштолен снова отхлебнул вина. Хмурые морщинки на его лбу как будто слегка разгладились.
— Если позволите, я останусь здесь на какое-то время, — попросил он, слегка смутившись. — У Лейтдорфов прибавилось причин, чтобы начать на меня охоту, а в Авербурге меня защитить некому. Если у Гросслиха есть хоть капля здравого смысла, он сейчас же пришлет сюда вооруженную охрану. Мы все здесь ходим по лезвию ножа.
Ференц поудобнее уселся в кресле, стараясь принять уверенный вид. Новости, безусловно, ошеломляли, но вместе с тем они сулили успех всем его чаяниям. А от кучки культистов легко можно избавиться. Гросслих при всей его политической неопытности был выдающимся полководцем. Еще более ценным его делало одобрение со стороны имперских властей. И он, Ференц Альптраум, многого сможет добиться руками Гросслиха.
— Ничего не бойтесь, — проговорил он, — вы поступили правильно, явившись ко мне в замок. Мы сдерживали наши войска до сих пор, стараясь уважать закон. Но теперь ситуация изменилась. У нас есть оружие, есть люди и есть деньги, чтобы заплатить им. Поверьте — мы выгоним этого предателя Лейтдорфа из города еще до конца недели.
Ферштолен взглянул на Ференца в упор, и в его глазах все еще плескались отголоски недавнего ужаса.
— Я надеюсь на это, герр Альптраум, — с чувством ответил советник. — Клянусь святой Вереной, я очень на это надеюсь.
В лесу оказалось ничуть не прохладнее, чем в любом другом уголке восточных земель Аверланда. Даже под сенью деревьев дышать ничуть не становилось легче. В жарком сыром воздухе лениво кружили мухи.
Блох оперся на алебарду, наслаждаясь тенью. Он уже привык к постоянно палящему солнцу, но усталость все равно брала свое. Изнурительная погоня орков, продолжавшаяся день и ночь, вымотала ему все нервы и вытянула все жилы. Маркус уже не помнил, сколько прошло дней: три, четыре? Да, в каком-то смысле уцелевшим солдатам повезло — основная масса зеленокожих, похоже, и впрямь повернула к Гренцштадту, как и сказал тогда посыльный. Но тогда остатки войска Грюнвальда, сбежавшие в том направлении, уже давно мертвы. Теперь орочьи банды рыскали вдоль всей восточной границы, разоряя все на своем пути. Ущерб, нанесенный ими, не поддавался исчислению.
Блох оглянулся на разношерстный отряд выживших, который ему удалось вывести из того проигранного Грюнвальдом боя. Солдаты, пользуясь короткой передышкой, устроились в тени деревьев. За прошедшие дни народу в отряде прибавилось — от орков сумело спастись куда больше бойцов, чем Маркус полагал поначалу, и по мере продвижения на запад, к Хайдеку, они подобрали еще несколько группок, отбившихся от основной армии. Теперь армия насчитывала около полутысячи человек, и Блох разбил их на импровизированные роты по нескольку десятков солдат в каждой, назначив командирами самых опытных. Пять сотен — это не так уж и много, но все лучше, чем ничего. Орочьи банды порой раскалывались на мелкие стаи, и несколько раз такие стаи даже удавалось одолеть.
Однако подобная храбрость тоже имела свою цену. Орки не были тупыми, и, несмотря на все усилия, Блох и его армия не смогли скрываться дольше — среди зеленокожих распространились слухи об уцелевших имперцах, по-прежнему продолжающих сопротивляться, и охота возобновилась. Маркусу не хватало людей, чтобы выйти в открытый бой, и все, что ему оставалось, — продолжать двигаться к Хайдеку, чтобы объединиться с местным гарнизоном, каким бы большим он ни был, и уже после этого попытаться нанести ответный удар.
Впрочем, особо рассчитывать на помощь Хайдека не приходилось — местные жители показались Маркусу мягкотелыми дуралеями. Но других вариантов он не находил.
— Что прикажете делать дальше, сэр? — послышался голос совсем рядом, и Блох, вздрогнув, очнулся от задумчивости. Поблизости обнаружился усталый Ларс Фишер, наспех назначенный лейтенантом. Уроженец Аверланда, он зарекомендовал себя самым лучшим образом. Если бы не его знания о потайных тропах в местных лесах и ущельях, солдаты ни за что бы не смогли так долго скрываться от глаз противника.
— Как ты думаешь, далеко еще до Хайдека? — спросил Блох, проводя рукой по волосам. Он был измотан точно так же, как и все остальные.
Фишер пожал плечами.
— Еще один день пути. Или два, не больше. Но там начинается открытая местность, и прятаться негде. И если нам встретятся орки, то придется драться.
— Орки нам встретятся — они сейчас идут по нашему следу. Возможно, и впрямь лучше выйти и сразиться с ними. Я сыт по горло блужданиями по кустам.
Маркус в очередной раз оглядел своих солдат — те не выглядели боеспособными. Постоянная погоня и регулярные стычки притушили слабый огонек энтузиазма, загоревшийся в их душах поначалу. Многие бессильно опирались на оружие, засыпая на ходу средь бела дня. Жара, пыль и недосып измотали их всех.
— Пусть отдохнут еще немного, — проговорил Блох. — Они и так уже на пределе. Но позже нужно будет выдвигаться.
Фишер набрал в грудь воздуха, чтобы ответить, но в этот момент из чащи леса послышался шум и грохот. Засвистели стрелы, вонзаясь в стволы деревьев. Зеленокожие настигали их.
— Стройся! — рявкнул Блох, мигом растеряв всякую сонливость, и схватил алебарду. Остальные бойцы спешно заняли оборонительные позиции.
Шум становился все громче. Из-за деревьев показались орки. Первым Маркус заметил их вожака — огромного, с раздутыми мышцами и бешеными глазами. С его клыков капала слюна. За его спиной виднелись остальные — целые десятки, и все такие же тяжеловооруженные, как и те, с которыми имперцы столкнулись на гряде.
Маркус поудобнее перехватил алебарду. Сколько их будет на этот раз?
— Держитесь своей роты! — крикнул он. Солдаты перегруппировывались, объединяясь в подразделения, умело и слаженно — но все еще слишком медленно.
Орки наступали, чаща наполнилась боевыми кличами. Блох краем глаза заметил, как товарищи выстраиваются рядом. Даже сейчас они придерживались оборонительного построения квадратом — привычные маневры придавали уверенности. Вожак зеленокожих, словно ведомый инстинктом, бросился прямо на Маркуса. Его могучие ноги смяли лесную подстилку, взметнувшиеся листья полетели во все стороны. Блох пошире расставил ноги и подобрался, готовый встречать противника.
— Держать строй, парни, — бросил он. — Оружие к бою!
Шеренги сомкнулись, и окружающий мир снова утонул в грохоте и суете отчаянной схватки. Могучий удар отшвырнул Блоха назад, но его товарищи остались стоять на местах, и Маркус, отступив, изо всех сил взмахнул алебардой. Зеленокожий заревел на него, брызгая Маркусу в лицо вонючей слюной.
  
Поморщившись, Блох восстановил равновесие и бросился вперед. Запястья ныли от боли, ладони покрылись кровоточащими мозолями. Но, как и все прочие, он продолжал сражаться. Прояви он сейчас хоть малейшую слабость — и все будет кончено. Солдаты смотрели на него, и ему требовалось проявить силу, служить им примером для подражания.