Бескрылая птица (СИ)

— Приехали, сэр! — вдруг услышал он громкий бас своего кучера.
«Должно быть, я вновь забылся. Только и осталось влюбиться в нищую кузину, насколько бы красивой она не была!» — с насмешкой над самим собой подумал Энтони.
— Езжай домой и забери меня завтра в семь, — скомандовал он кучеру: он не желал опаздывать на завтрак в Гринхолле, зная, как его отсутствие за столом огорчит его мать. Этот молодой человек очень любил и уважал свою мать, несмотря на то, что она с неодобрением относилась к его ночным кутежам с друзьями в Логове.
«Логовом» назывался небольшой двухэтажный дом, который Энтони и два его лучших друга арендовали почти на окраине Лондона. Предназначением этого места было: распитие крепкого алкоголя, развлечение с продажными женщинами или игра в карты. Однако, это не было чем-то вопиюще непристойным: почти все молодые аристократы Лондона кутили с таким размахом, словно эти ночи были последними в их жизнях. Что сказать, Энтони Крэнфорд был одним из них, и даже его матушка не могла остановить его от этих пьяных встреч с друзьями! Молодость, что с нее взять? С ее желаниями следует лишь смириться или смотреть на них сквозь пальцы.
— А! Крэнфорд! — Послышался громкий крик, едва Энтони переступил порог «Логова». — Попал под этот жуткий ливень, приятель? Ну и везунчик же ты!
И на встречу новоприбывшему вышел его лучший друг — сын и наследник богатого банкира Джереми Уингтон. Этот молодой человек не мог похвастаться аристократическим происхождением, но, благодаря миллионам его отца, Джереми входил в число друзей почти всех молодых аристократов Лондона. С Энтони Крэнфордом его связывала особо крепкая дружба: когда и как познакомились эти двое, а так же, как нашли общий язык два настолько разных по характеру и мышлению джентльмена, кажется, навсегда останется загадкой. Однако, леди Крэнфорд, недолюбливавшая Джереми из-за его «пагубного влияния на ее сына», подозревала, что Энтони имел несчастье познакомиться с Джереми Уингтоном на одной из студенческих попоек, когда оба учились в Оксфордском университете.
Джереми Уингтон был весельчаком с довольно приятной наружностью: высокого роста, с длинными до плеч темными волосами и карими глазами, и на его лице никогда нельзя было увидеть даже намека на растительность — он всегда был гладко выбрит. Сын банкира всегда был одет со вкусом, имел талант писать любовные стихи, неплохо танцевал и мог выпить бутылку крепкого виски всего за четверть часа. Его любили в свете за его веселый характер и будущие миллионы, которые принесут счастье одной из лондонских красавиц-аристократок. Единственной персоной, которой приходилось улыбаться ему фальшивой улыбкой, была мать его лучшего друга Энтони.
— Проклятый дождь испортил мой новый костюм, — с легким смехом сказал Энтони, снимая с себя мокрый сюртук и откидывая его в угол небольшой скудно обставленной прихожей. — Как бы не подхватить насморк после того, как небо излило на меня Темзу!
— Ты прав, друг мой, ни слова больше! — Джереми хлопнул в ладони и крикнул куда-то в сторону: — Эдди! Неси-ка сюда стакан джина, да пополнее! И не смей выпить по пути половину, черт усатый! — Затем он снова обратился к Энтони: — Да ты промок до нитки! Что ж, снимай тогда свое тряпье: высушим его у камина. Все одно одежда нам сегодня не нужна: нас посетили красотки из борделя миссис Бри.
— Вечер обещает быть насыщенным, — усмехнулся на это Энтони, и вдруг перед его взором возникло прекрасное лицо его кузины, заставив его спросить: — Есть рыжие?
— С каких это пор тебе стали нравится рыжие? — хохотнул на это Джереми. — Хотя, молчи! Но тебе повезло: на нашем маленьком собрании присутствуют целых две рыжих девчонки. А Эдди уже положил глаз на двух блондинок.
— Если рыжих две, и блондинок тоже две, сколько тогда гость ты заказал? — рассмеялся Энтони. — Полборделя, не меньше, я прав?
— За кого ты меня принимаешь! — горячо воскликнул на это Джереми. — К нашим услугам все девки борделя и не меньше!
В эту ночь Энтони веселился с двумя рыжими девками из борделя миссис Бри, представляя при этом, что в его постели лежит прекрасная огненноволосая кузина Вивиан. Сама же героиня его фантазий спала на шелковых простынях в своих покоях, но не видела ни одного сна и даже не подозревала о том, что ее кузен уже упал к ее ногам.
 
Гринхолл спал, и лишь одна персона никак не тушила свечу в своей большой, но холодной спальне: леди Крэнфорд держала в слегка дрожащих руках небольшой портрет и ее губы двигались в молчаливом бормотании.
  
Глава 6
 
— Мисс Вивиан!
Молчание.
— Мисс Вивиан!
Вновь молчание.
— Мисс Вивиан! Доброе утро! Пора вставать! — Джейн легонько потрясла спящую девушку за плечо, и та нахмурилась, а затем спрятала лицо в подушку.
Джейн терпеливо подождала пару минут и вновь принялась будить свою госпожу.
— Мисс Вивиан! Уже утро! Вам пора вставать! — настойчиво сказала она и, подойдя к закрытым наглухо темным шторам, резко открыла их, и комнату тут же наполнил бледный, но бодрый свет июньского лондонского утра.
— Нет, нет, я еще не готова! — тихо, но протестующе тоном сказала Вивиан: ее голос прозвучал глухо, так как ее лицо все еще было спрятано в подушке.
— Но леди Крэнфорд приказала! Через полчаса она ждет вас к завтраку в Малой столовой! — Джейн подошла к кровати и решительно отобрала у Вивиан одеяло, отчего та зябко обняла себя за плечи, поджала под себя ноги, но продолжила лежать.
— Господи, снова она! Приказала! — проворчала себе под нос Вивиан и открыла один глаз: — Который сейчас час?
— Половина седьмого утра, мисс Вивиан.
— Так рано? Мой тетушке не спится, или, может, ей больше нечем заняться, кроме как завтракать так ужасно рано? — Вивиан поморщилась, но медленно поднялась с постели: увы, она понимала, что у нее не было возможности не появиться к раннему завтраку — она была в полной власти странного распорядка дня своей тетки. В разуме девушки мелькнула мысль притвориться больной, но, подумав, что тогда ей нужно будет оставаться в комнате весь день, отбросила эту мысль: ведь сегодня ее ждали магазины, в которых она купит и закажет красивые ткани, шляпки, платья, туфли, перчатки и зонтики! Нет, этим удовольствием она не могла пожертвовать даже ради еще пары часов сна!
— Вам нужно вставать так рано каждый день, мисс Вивиан, — тепло улыбнулась на это Джейн. — Наша мэм встает в пять утра, а ровно в семь она, ее сын и ее гости садятся за завтрак. И еще: каждое воскресение Крэнфорды посещают мессу.
— О, нет, только не это! — простонала Вивиан: она никогда не посещала церковь и любила поспать до полудня. — Неужели все в этом доме встают так рано и все так религиозны?
— В церковь ходят все. Прислуга встает в пять утра, мисс Вивиан. Я тоже встаю в пять. Но бедной Эмили приходиться вставать в четыре утра, чтобы к пяти подготовить теплую воду для умывания для мэм, одеть ее и принести ей свежезаваренный чай.
— Бедняжка Эмили! Должно быть, к полудню она валится с ног, — искренне сочувствуя несчастной горничной, сказала Вивиан. — Но мне нужно поторопиться… Как мне запомнить все правила этого дома? Поможешь мне, Джейн?
— Конечно, мисс Вивиан: именно для этого я здесь! Умойте лицо, а я найду для вас подходящее для завтрака платье.
— Я собиралась надеть вон то желтое. — Вивиан небрежно кивнула на стул, на спинке которого аккуратно висело скромное по фасону, но довольно яркое хлопковое платье.
— Это платье не подходит: леди Крэнфорд не любит за завтраком ярких цветов, — решительно сказала на это Джейн. Она подошла к открытому, лежащему у стола чемодану, и достала оттуда бледно-голубое платье. — Вот это в самый раз!
 
Вивиан лишь тряхнула своей огненной гривой и подумала, что она ни за что не успеет привести себя в порядок всего за полчаса. Однако, благодаря Джейн, которой Вивиан была премного благодарна, утро было спасено, и ровно в семь мисс Коуэлл вошла в маленькую, но красивую и дорого обставленную столовую. Джейн даже успела убрать волосы госпожи в простую, но элегантную прическу.