Выжигаю имена в сердце своем (СИ)

Встав с кресла, шаманка скрылась за дверью спальни, пока Ян видел непрекращающийся сон о дальних краях, где лепестки цветов на деревьях были ярко-розовыми, а из города доносились весёлые звуки уличного оркестра.
* * *
Маркус поражённо пялился на Яна, который уже за последнюю минуту закатил глаза раза четыре. Рассказ для уроженца Панпуга, как милостиво выболтал Яну Маркус, звучал как остросюжетная присказка, что служила для подогрева читательского интереса перед действием собственно сказки. Некоторые моменты истории были нарочно опущены Яном, чтобы не вводить компаньона в ещё большее смятение. События на Тропе слепых отчётливо сохранились в воспоминаниях, заставляя гостя шаманки поверить, что случившееся не проделки бурно разыгравшегося воображения. Это подтверждала и помятая бумажка на дне котомки, в которой были перечислены выведенные красивым почерком пункты. И эти пункты потихоньку начинали сбываться.
— Ты был моим первым пунктом, — неохотно продолжил Ян. — Можешь считать это очередным бредом, но знаешь, в жизни происходит столько необъяснимого, что, хотя бы раз, но можно рискнуть и довериться. Наша встреча стала результатом случайного стечения обстоятельств именно из-за слов тёти Гургуньи. Не знаю, как, но шаманка знала, что в Знакае я встречу своё первое недостающее звено. Как и увидела связывающие нас цепи.
Маркус резко остановился.
— Не смотри так на меня. Сам понятия не имею, что это должно означать. Всё, что у меня есть, — это маленький клочок бумаги с весьма расплывчатыми шагами.
— Вы меня не подводите, господин Башазаг. Меньшего от вас я и не ожидал, — нарочито медленно похлопал в ладоши Маркус. — Десять из десяти — Башазаг умеет встревать в неприятности. Раз уж Ваша Светлость не ведает, что задумала милая или не очень милая старушка с домом, выходящим окнами на Мутанский залив, то поделитесь хотя бы, как она описала нашу предначертанную на небесах встречу?
Взмахнув переливающимися на солнце каштановыми волосами, Маркус вызвал нешуточное раздражение Яна. Наримец знал, к чему это ведёт.
— Пройдись меж рядов базара, и пред тобой возникнет широкоплечая фигура, от которой в глазах будет слепить, так шикарно она выглядит со спины. Крепко схвати его за руку и уведи от девушки-соблазнительницы. Найди скрытое место под полотняным шатром и раскрой личность красавца. Заслужи его расположение и обходными путями примани, заставив пойти в совместный поход. Всё важное отметил?
— Напомни, пожалуйста, почему я вынужден терпеть твоё присутствие? — недолгий гнев сменила обреченность. Как бы Ян не отнекивался, за то недолгое время, что им пришлось провести вместе, Маркус показал себя внушающим доверие человеком. Не обходилось без странностей, которые со скрипом приходилось терпеть, но постоянная забота и готовность ринуться вперёд в моменты опасности неизменно перевешивали чашу в сторону «бесит, но лучше с ним, чем без него».
— Из-за достоверного пророчества бабули. Я уже сам поверил ей. Эта встреча и впрямь была судьбоносной. Не хватало только пения птиц на заднем плане или падающих с неба блёсток, — резко обернувшись к Яну, северянин с гримасой притворного ужаса прислонил ладонь к широко раскрытому рту. — Прости, забыл спросить твоё мнение. Возможно, ты предпочитаешь лепестки роз?
Ян громко хлопнул себя по лбу.
— О, великий Ванабавл, если ты слышишь меня в этот тягостный момент, убереги от прекрасного на голову идиота!
— Видишь, несмотря на откровенный бред, который я чистосердечно признаю, для тебя я всё так же прекрасен. Также стоит сознаться, что тебе нравится эта игра. Я знаю, что ты просыпаешься и засыпаешь с мыслями обо мне, хоть правдоподобно исполняешь роль недотроги, — только Маркус успел подмигнуть, как в его лицо прилетел пустой бурдюк.
— Если уж собираешься лить воду, то делай это с умом. У нас заканчиваются припасы. Надо где-нибудь остановиться.
— Можем использовать слёзы разбитого сердечка Маркуса. Выйдет немного солоновато, но я что-нибудь придумаю.
 
— О, Ванабавл, надеюсь, ты наградишь своим поцелуем смерти эту неприкаянную душу.
  
Глава 6
 
Часть II Глава 6
Пересечение Пансо и Панпуга — Мидвей.
Мидвей представлял собой компактный и стремительно развивающийся городок со сквозным типом управления. За счёт тяжкого труда не покладавших рук жителей городские начальники смогли добиться высот в производстве мануфактурных и прочих изделий, что люди могли прощупать и вкусить. Жалобы на непригодность товара молниеносно доходили до ушей начальников высшего уровня, и все неполадки незамедлительно устранялись. Качество товара с каждым разом становилось всё лучше, пока, наконец, продукция местных производств не начала регулярными партиями выходить за рамки города, прокладывая путь на рынки соседних континентов.
Город был богат на стекающихся сюда тряпичных дел мастеров, жаждущих поскорее прославиться, вольных торговцев и любопытных жителей соседних поселков. Послы Пансо и Панпуга быстро смекнули, что торговля между государствами здесь проходит охотнее, дружелюбнее и гораздо активнее, после чего начали назначать встречи в процветающем Мидвее.
Строгие нравы севера и праздная жизнь западного континента, привыкшего видеть игривые лучи вездесущего солнца в течение всего года, отразились на архитектуре города. Со стороны почитающего традиции холодного народа преобладали высокие здания с коваными дверями, по бокам которых нередко устанавливались скульптуры святых. Окна украшались массивными рамами и витражами, главной темой которых служили отрывки священных писаний. Мученичество и человеческая жертвенность часто изображались на стенах церквей и соборов, приучая прихожан к патриотизму и служению народу.
Приверженцы беззаботных дней воздвигали высокие башни красных, тёмно-жёлтых оттенков, украшая их геометрическими орнаментами и резьбой по дереву. К ним вплотную пристраивали несколько округлых низких башенок, что вкупе создавало образ дикого растения, олицетворяющего силу роста. В отделке домов особо успешных жителей использовались дорогостоящие материалы, такие как мрамор и редкие породы камней. Внутреннее убранство домов запада, в отличие от жилищ северян, характеризовалось широким свободным пространством и отсутствием лишней мебели.
Выходцы из диаметрально противоположных культур, в представлении стороннего наблюдателя, могли давно перегрызть друг другу глотки, но на протяжении уже пяти десятков лет хранили глубоко почитаемую связь, что далась народам не без боя. Эта зыбкая территория стала первой на мировом ринге, что отвоевала официальное право на наследование и совместное пользование ресурсами земли более чем одним народом. Какими бы противоречивыми ни были взгляды на мир, медведи прекрасно уживались на одном клочке земли, отрицая взаимную неприязнь.
Этот город будущего и стал следующей остановкой на пути приятелей. Длительное путешествие должно было сплотить единомышленников, но по определённым причинам отталкивало их всё дальше друг от друга.
— Нет, ты когда-нибудь пробовал батат? Если нет, то, вообще, не стоит заикаться о лучшем сорте картошки! — Казалось, пар вот-вот повалит из ушей разгорячившегося Маркуса, готового крушить всё на своём пути.
Длительная поездка без привалов сказалась на душевном равновесии парней, подрывая их и без того натянутые отношения. Итогом стали всё чаще повторяющиеся эпизоды беспричинной агрессии, которые разгорались как будто по щелчку пальцев.
— Ты в курсе, — не сдержался Ян, не имея в запасе ни старого терпения, ни понимания, — что наша западная картошка тоже пользуется популярностью на севере? Особенно молодая картошка, которую можно кушать сразу с кожурой. Плюс ко всему, это не только вкусно и практично, но и полезно. В кожуре содержится много кальция и железа, а также она предотвращает непрошенные проблемы с кишечником, да, Маркус?
— Не смей тыкать в людей их же слабостями, господин Башазаг. Пока сам не окажешься на моём месте, не имеешь права даже пикнуть об этом, — пригрозил мечник указательным пальцем. — И, вообще, не от твоей ли готовки меня так понесло?