Громов: Хозяин теней – 6

А слушал Шувалов очень внимательно. И замечания свои при себе держал.
Надо же, некромант.
Живой.
– Но рана поверхностная. Уж не знаю, попадает ли что-то к ним… ну и полынью люди используют. Пробираются на ту сторону, строят дорогу. Начинают добычу. Берут всё, до чего дотянутся…
Призрак потянулся и потёк, превращаясь в нечто длинное и суставчатое.
– Чтоб… – Орлов снова отпрыгнул. – А можно, чтоб как прежде? На грифона похож был! А это что?
  
– Понятия не имею. Он пока не говорит.
– Пока?
Шувалов. Ну вот кто ещё. Мог бы сделать вид, что не услышал.
– Думаешь, со временем заговорит? – лёгкая насмешка.
– Старые твари на многое способны, – я ответил как можно более равнодушно. – Говорят, некогда охотники держали и по дюжине теней. И были те посильнее Призрака.
– Ты ему что, имя дал? – а вот теперь на меня посмотрели как… как на дурачка?
Блаженного?
– А что, нельзя? – я ответил взглядом на взгляд. – Или тебе не нравится? Ему вот очень даже.
– Нельзя, – покачал головой Шувалов, причём на сей раз насмешки я не услышал. Напротив, он был вполне серьёзен.
– Почему?
– Тебя ведь не учили, верно?
– Димка, не умничай, а? – влез Орлов, который наклонившись, разглядывал Призраков.
– Я не умничаю. Я уточняю факты.
– Да как сказать… кой-чему учили, но многому не успели.
– Бастард?
– Это оскорбительно, – Серега, до того просто наблюдавший, вскочил.
– Прошу прощения, я не имел намерения кого-то обидеть, – Шувалов тоже поднялся и отвесил поклон, причём именно мне. – Я вновь же уточняю обстоятельства. Согласитесь, они довольно необычны… тварь крупна, а вместе с тем… скажем так, я не слышал, чтобы у кого-то… пребывающего в возрасте столь юном…
Звучало смешно, но я не смеялся.
Парень действительно старательно подбирал слова, чтоб опять кого-то да не задеть. И это стоило уважения.
– …имелась собственная тень. Тенями наделяют охотников опытных, не раз и не два побывавших на той стороне. И это довольно болезненный ритуал. Но дело даже не в нём. Охотников учат. Готовят. Укрепляют их разум, чтобы он мог противостоять воле твари. По окончании слияния она будет пытаться подмять человека под себя. И обладание тенью – это ежедневная, ежечасная борьба…
Мы с Призраком переглянулись. Кажется, от этакого и он прифигел. Потому и принял прежнюю форму, чтобы сесть и поскрести задней лапой башку. Клюв при этом приоткрылся и выражение морды стало слегка дурковатым.
– Эм… – только и выдавил Орлов. – С ним? Борьба?
– Да. Отец… – Шувалов слегка замялся, явно не слишком понимая, стоит ли говорить, но всё же продолжил. – Наш род постоянно имеет дело с охотниками. Нам нужны кое-какие ингредиенты. Им… некоторые специфические артефакты.
– «Полог тьмы»? – влез Серега.
– Он в том числе, – Шувалов позволил себе улыбку. И слегка расслабился. – Поэтому я много слышал. Так вот. Имя – это личность. Признание за тварью права на личность.
Призрак свистнул и кивнул.
– Он понимает?! – Орлов опять сунул под клюв огненный шар, который был принят с благодарным кивком. – Видишь?! Понимает!
– Тени не способны понимать человеческую речь. Только команды, которые отдаёт хозяин. И исполняют их лишь когда воля хозяина крепка. А стоит её ослабнуть, и тварь выходит из-под контроля.
Шувалов убрал руки за спину.
– Твоя тварь… она…
– Призрак, – повторил я. А потом уточнил. – А из старых родов ты с кем-нибудь встречался?
– Их не осталось, – Демидов опустился на корточки, разглядывая тень. – И да. В шахтах постоянно что-то да случается. И с Охотниками мы дружим. Так что доводилось видеть. И их, и тварей. Так вот, готов поклясться, что те – не такие.
И поглядел на Призрака так, задумчиво-задумчиво. Заодно и я задумался. Не сболтнул ли лишнего? С другой стороны… тайна Громовых доживает последние дни. Стараниями Третьего отделения, чтоб их.
– Скажите… а вы собак когда-нибудь держали? – я потянул Призрака к себе и тот с обиженным свистом растворился.
– Животные не любят некромантов, – Шувалов произнёс это с лёгкой печалью. – Поэтому, увы, нет…
– А у Орловых отличные псарни! У нас лучшие борзые в Империи! Мы их даже для Императорского охотного двора поставляем.
– Никит, он о другом спрашивал.
– Да? – искренне удивился Орлов.
Сложно с аристократами.
– О другом, – подтвердил я.
– У нас дома собаки были. И есть. У отца. У братьев вот. Я не заводил, мне уезжать было, но так-то да, кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду, – Демидов кивнул.
– А я вот не понимаю! – Орлов крутанулся на месте.
– Собаку можно бить и мордовать. Слабая сдохнет, а сильная приспособится. И команды она выполнять будет. Но если случай представится, то она такому хозяину глотку вырвет, – пояснил Демидов за меня. – А можно взять щенком и учить. Чтоб служила. Не из страха, а потому как хозяина любит.
– Так это собаки, – теперь в голосе Шувалова слышалось некоторое сомнение.
– Поверь, не только собаки, – я поднялся. – Мы не опоздаем там?
– Точно! – Орлов подпрыгнул. – Что-то заговорились… что у вас там?
– Математика быть должна, – Серега скривился. – Немец…
– Немца уволили. У вас новый вести будет. Этот… как его…
– Каравайцев, – подсказал я, поднимаясь. – Не стоит опаздывать. Нехорошо получится.
– Ну да… а у нас фехтование… Шувалов, как человека тебя прошу! Давай нормально, а?
– Это как?
– Это вот без твоих фокусов! Я ведь тоже могу огнём шибануть… ну что вы стоите? Господи, дал же друзей… сонные мухи! Так вот, я тебе говорю, что в тот раз ты был не прав… да пошевеливайтесь вы, в самом-то деле. А то Антошин загоняет.
– Тебя загоняешь, как же, – проворчал Демидов. – Давай сперва ребятишек проводим. И это… я там слыхал кой-чего. У вас сколько уроков осталось?
– Два, – ответил Серега.
– А потом?
– Что потом? – я не понял. – Домой потом.
– Вас встретят?
– Не, мы сами, – отозвался Метелька. – Тут, если трамваем, то недалеко.
– Я могу попросить водителя, он подвезёт, – Серега даже обрадовался. – Я бы и в гости вас позвал, но в Зимний посторонних не пускают. Хотя мама говорит, что каждый день кататься утомительно и надо бы снять дом где-нибудь, чтобы рядом. В старый наш не хочет, но…
Серегу я слушал.
Кивал. И пытался сообразить, как вести себя дальше. Делать ли вид, что не узнаю Ворона? Или… нет, это глупо. Пусть он и очочки напялил, и причёску изменил, но всё одно собой остался.
И значит, я должен буду узнать.
– …думаю, в субботу. Вы как?
– Что?
Кажется, я что-то пропустил.
– В гости приглашают, – откликнулся Метелька. – На с тобой. И Серегу. К Демидовым. Пойдём?
– Эм… да. Конечно. С радостью.
Ну не такой, чтоб горячей, но надо же слухи со сплетнями где-то собирать. И чуется, не только о том, что в гимназии происходит.
Да и связи, опять же.
Связи налаживать по-любому придётся.
Опоздать мы не опоздали.
И до нужного класса Орлов с компанией нас сопроводили, чтобы практически вручить в заботливые руки Ворона. Тот стоял у дверей и близоруко щурился, протирая очочки тряпицей.
– Доброго дня, доброго дня, – Ворон пожал руку и Орлову, и Демидову.
А вот Шувалов благоразумно в стороночку отступил и даже как-то сгорбился, зыркнув на Каравайцева исподлобья. Но тот то ли не заметил, то ли сделал вид, что не замечает.
– Доброго…
Нам тоже досталось. Рукопожатие было крепким. Улыбка – радостной, и сам Ворон лучился нездоровым энтузиазмом. А главное, что в этот момент он и вправду сделался весьма похож на Егора Мстиславовича. И дело не в чертах лица, нет, что-то такое, труднообъяснимое.
  
Движения?
Жесты? Голос? Что-то ещё, из тонкой материи, преображающее людей. Главное, что если приглядеться, то очевидно – это совершенно другой человек. А вот если не приглядываться, то перепутать его с настоящим Каравайцевым легко.