Ночная смена (ЛП)

— Потому что… — начала Сайк, но её голос дрогнул.
— Потому что… — подхватила я, чтобы подтолкнуть её, но тут до меня дошла правда. — Потому что дело вообще никогда не было во мне, верно?
Сайк закрыла глаза.
— Меня послали спасти её. Чтобы я напоила её кровью предков Трона Роз. Чтобы она почувствовала себя обязанной нам — насколько такое существо вообще способно это чувствовать.
  
Я почувствовала, как на лбу у меня нахмурились брови. Они отправили Сайк туда в качестве ходячего пакета с кровью. Меня снова захлестнула волна отвращения.
— Но я вызвалась поехать сама, — продолжила она и после долгой паузы добавила: — Потому что я знала, каково это.
— Расскажи мне. Я хочу знать.
Сайк наконец открыла глаза и уставилась на меня в упор.
— Ты правда думаешь, что Сайк38 — мое настоящее имя? И как думаешь, сколько мне лет?
В памяти всплыли фотографии на полу у мистера Ноября. Другие девушки, напротив имен которых он писал «спасена».
— Ты знала, что его зовут Юрий, — ответила я ей.
Сайк сглотнула и кивнула. От этого движения она поморщилась от боли.
— Когда-то очень давно у меня было другое имя. Другая жизнь. У меня была семья и дом. Звери разрушили всё это. Меня держали в живых на вампирских объедках крови достаточно долго, чтобы сломать внутри всё, что я знала. Юрий — человек, которого ты убила… — здесь её взгляд ожесточился, и я наконец поняла, почему она возненавидела меня с самой первой нашей встречи, — Юрий спас меня от них. Это вышло случайно, он искал её. Но когда он наткнулся на меня, он вытащил меня и остальных, таких же как я, и привез к Трону Роз.
Я напряглась.
— И они хорошо с вами обращались?
— Достаточно хорошо. Он выторговал нашу безопасность. Сказал, что если когда-нибудь найдет Анну, то отдаст её им.
— Значит, если бы Трон Роз знал, что Звери творят… — я запнулась, не зная, как назвать то, через что прошли Анна и Сайк.
— Они бы ни за что не стали действовать сами. Юрий мог быть их орудием, и они время от времени давали ему кровь, но они никогда не могли заявить о своем интересе к Анне, пока её действительно не найдут. Если бы Звери узнали об интересе Трона Роз, они бы спрятали её еще дальше.
Я не могла не спросить.
— Почему они пытали тебя?
— Почему они пытали любую из нас? — Она одарила меня измученной улыбкой. — Чтобы кормить тварей, которые их защищают. Тиени.
У меня пересохло во рту. В распоряжении Теней была больница, где они могли кормиться. Неужели Звери насыщали своих монстров страданиями маленьких девочек?
— Их методы — это старые методы, одни из самых древних среди нас. Их дневные связаны строгими традициями. Каждый старший ребенок в семье со временем становится чистокровным Зверем — у них так много жестоких внутренних стычек, что им необходимо постоянно пополнять свои запасы солдат, — хмыкнула она. Может, поездка Анны в Америку с Юрием и её братом как раз и планировалась для того, чтобы этого избежать?
Сайк продолжила:
— Вторых по старшинству детей топят в Тиене. Метафорически. Хотя в тот момент это не было похоже на метафору.
Я не могла смотреть ей в глаза.
— Тогда для чего… были нужны те фотографии?
— Чтобы порождать еще больше отчаяния. Даже далекая боль, причиненная Зверем, принадлежала им по праву. Представь себе, как боль сочится, словно вода по стене пещеры, пока не сливается с другими такими же каплями и в конце концов не стекает в протекающую внизу реку.
— А я-то думала, что букмекеры и контрабанда наркотиков — это худшее, что бывает, — пробормотала я про себя.
— О, нет. Это всего лишь ради денег. Власть — совсем другое дело. — Она снова закрыла глаза и, похоже, мысленно собиралась с силами, чтобы попытаться встать.
— Сайк… почему ты не могла просто заставить её остаться?
Сайк замерла в своем движении и посмотрела на меня.
— То есть ты не знаешь?
Список всего, чего я на данный момент не знала, занял бы чертову библиотеку. Сайк увидела выражение моего лица и сжалилась над моим невежеством.
— Звери зовут их nochnaya, что значит ночные. Она дитя-вампиров, рожденный от двух родителей-дневных, истинное дитя ночи. Именно ради этого они держат нас, дневных, в узде — в надежде, что когда-нибудь кто-то из нас, один из наших детей, станет таким же, как она. — Сайк глубоко вдохнула и выдохнула. — Прямо сейчас она всё еще маленькая девочка. Голодная, злая маленькая девочка. Но она способна расти и меняться. Потому что, в отличие от всех остальных, она на самом деле жива. Неужели ты не заметила?
Я поджала губы, вспомнив, как прошлой ночью мне почудилось биение её сердца. Возможно, я не знала этого наверняка — но я это чувствовала.
— Она будет жить вечно, пока сама не решит остановиться, — продолжала Сайк. — А затем, когда она умрет и восстанет снова через три дня… Для вампиров она станет кем-то вроде бога. — Она посмотрела на меня, и её взгляд словно бросал мне вызов. — Богу не указывают, когда оставаться, а когда уходить. Она хотела быть свободной, поэтому и ушла.
Не думаю, что Сайк стала бы останавливать Анну, даже если бы Трон Роз прямо приказал ей об этом. Слишком уж много общего было между ними. Она с любопытством потрогала свои перебинтованные раны пальцами.
— Она так долго голодала. Мне повезло, что она оставила меня в живых.
И мысль о том, что я могла бы зайти в гостиную и обнаружить труп Сайк на своем диване, стала последней каплей. Я едва не закричала на неё:
— Ты бы позволила ей убить себя?!
— Я бы умерла за неё и была бы этому только рада.
— Ты не можешь говорить это серьезно, Сайк… — Я покачала головой.
Медленная, искренняя улыбка расплылась по её лицу.
— Я никогда не буду достаточно сильной, чтобы отомстить за всё, что было сделано. Но когда-нибудь — она сможет.
Она призадумалась над этим, на мгновение повеселев, а затем резко поднялась на ноги. Я вскочила вслед за ней, готовая подхватить её, если она начнет падать.
— Мне пора идти, нужно готовиться к твоему суду, — сказала она, придерживая у плеча клочья своей рубашки, прежде чем взять плащ.
Я покачала головой.
— Останься здесь.
— Со мной всё в порядке.
— Ага, конечно. — А может, её машина была настолько шикарной, что ездила сама. — Сайк, ты потеряла кучу крови. Они всё поймут.
Она накинула плащ на плечи с болезненным шипением и расправила воротник, прежде чем заговорить снова:
— Мистер Уэзертон подписал контракт. Это единственное, что сейчас имеет значение. — Она направилась к моей входной двери.
— Она явится на суд? — крикнула я ей вслед.
Её рука уже лежала на дверной ручке.
— Я бы пожала плечами, но это будет больно, — бросила она и вышла.
И вот я осталась наедине со своим испачканным кровью диваном. Если Анна не явится сегодня вечером, я не была уверена, что мистер Уэзертон всё еще захочет заниматься этим делом.
38 Sike в молодежном слэнге означает то, что все что было сказано ранее, было шуткой
ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ
Какое-то время я сидела посреди своей совершенно пустой гостиной, собираясь с мыслями. Во-первых, мне нужно было в душ. Срочно. От меня несло десятью разными видами мерзости.
Во-вторых, мне следовало написать письмо Джейку и отдать его Сайк до того, как она ушла. Впрочем, еще не поздно. Я достала бумагу из тумбочки и порылась в сумочке в поисках ручки. И тут я вспомнила про святую воду Папы Римского. Я пошарила рукой внутри полузастегнутой сумки, ища её, но ничего не нашла.
Я полностью расстегнула молнию на сумке и вывалила всё её содержимое на пол. Кошелек и ключи были на месте, но святая вода исчезла.
  
Я попыталась вспомнить, когда видела её в последний раз. Мясник отдала её мне, и сразу после этого я её припрятала. Ти не стал бы её красть, и Сайк уж точно этого не делала. Кого еще я видела между тем моментом и нынешним?