Семья герцога Литерского (СИ)
Кисиль до крови закусил губу. Как будто мало ему других проблем, чтобы они еще тут на ровном месте поругались из-за какого-то мальчишки.
Тори подошел бесшумно.
- Я выполнил ваше поручение, граф.
- Молодец, - кивнул Кисиль, заставляя себя запихнуть злость куда подальше, - Тори, не сердись, прошу. Ты же понимаешь? Понимаешь, как это влюбиться так, что готов и не ждать ответных чувств. Когда готов отдавать, не задумываясь о том, что можно еще и брать. Я просто боюсь. Боюсь за него. И знаю Вика, потому что знаю себя. Я тоже попытался бы заставить Лурье образумиться, если бы учуял, что тот влюбился на выполнении важного дела.
- Я понимаю.
- Я не смогу, Тори. Никогда не смогу ответить тебе взаимностью. Мне жаль, что так вышло. Хочешь, я могу отпустить тебя сейчас? Ты вернешься в Карумию? Я дам тебе денег.
- Нет, - покачал головой Тори, - Я уже давно знаю, что не дождусь ответных чувств, так что не вижу повода сейчас что-то менять. Я помогу тебе до конца и только потом вернусь в Карумию. Надеюсь, с тобой?
- Я не собираюсь встречать в Кальрадии старость, если ты об этом. Давай настойку.
- Не нужно. Я сам подам вам чай, - улыбнулся Тори.
- Откуда ты уже все знаешь? – хмыкнул Кисиль.
- Сплетни между слугами расползаются жуть как быстро. В деревне тебя ждет Вик. Он слегка недоволен.
- Как ты его нашел?
- О, скорее он меня, - пожал плечами Тори, неосознанно потирая плечо там, где под кофтой расплывался синяк от цепких пальцев Виктора Лурье.
- Я встречусь с ним вечером. Откуда он вообще здесь? Не уехал в столицу?
- Не знаю, - покачал головой Тори.
- Ладно, иди.
- Я не доносчик на тебя, Кисиль. Я не сказал ему, что ты ездил в Карумию.
- Ох, иди. Я думаю, что Вик об этом догадался сам.
Кисилю жутко хотелось поспать, но дела требовали его присутствия: следовало найти мальчишку и выпить с ним чая, а после найти Вика и объясниться с ним, приятель однозначно зол на него.
Впрочем, похоже, против него ополчились все. А еще эта задница, которая нещадно болит!
глава 31.
не бечено
Эддрик нежно обнимал Кисиля со спины, уткнувшись губами в сгиб шеи. Они стояли у окна, выходившего во двор. Кисиль вяло наблюдал за суетой слуг во дворе и наслаждался легкими поглаживаниями мужа.
Если прикрыть глаза, то можно было представить, что они втроем – частичка деревенской жизни, и принадлежат к той аристократии, которая не интересуется дворовыми сплетнями и интригами, не подбирает наряды, модные в этом сезоне, и не гонится за увеличением капитала.
Тогда их жизнь была бы совсем другой. Они бы завтракали за старинным круглым столом в комнате, где окна выходят в тенистый сад. Не позволяли бы себе пропустить полуденный отдых, который столичная знать давно выкинула из жизни, как нечто ненужное. А к пяти к ним приезжали бы гости на чай из соседнего поместья.
В их доме уже давно появились бы дети: ведь младшим мужьям положено в первую очередь озаботиться продолжением рода супруга. И были бы слышны смех и топот детских ног. Были бы общие игры с малышами. Разбитые коленки и сказки перед сном.
И Эддрик наверняка не настаивал бы на особом воспитании для младших детей. Всё несколько проще вдали от столицы. Кисиль слышал, что на окраинах зажиточные дворяне устраивают удачные браки для всех своих детей, выдавая их старшими при наличии земли и доходов.
Смог бы он так жить? Ценя каждую минуту семейной размеренной жизни?
- Спасибо тебе, - шепнул Эддрик. - Я бы не смог.
- Что не смог? – оторвался от мыслей Кисиль.
- Подать ему отвар для выкидыша.
- Откуда ты знаешь? – нахмурился граф.
- Догадался, - Эддрик пожал плечами и снова прижался губами к коже на шее супруга.
Риэль появился в комнате неожиданно, в несвойственной ему манере размахивая руками. Вслед за ним в комнату, сквозь распахнувшиеся двери ворвался мучительный крик.
- Я даже знать не хочу, кто из вас это выкинул! Что, в семье герцога Литерского не может возникнуть такая проблема, как внебрачный сын его младшего мужа? - Риэль яростно шипел, уперев руки в бока.
- Мы не сомневаемся в тебе, Риэль. Это не твой ребенок.
- О! - расхохотался маг, зло щуря глаза. - Это мой ребенок, мой!
Даже огромное удивление не сгладило для Кисиля ощущение боли от вцепившихся в его плечи пальцев Эддрика.
- Как? - опустошенно спросил герцог.
- Древняя ритуальная магия. Раньше было неспокойно на границах и доблестные воины зачастую отправлялись защищать государство, не успев зачать потомство. Тогда они оставляли прядь волос своим младшим супругам. И в случае, если они не возвращались, супруги варили это зелье и оказывались беременными, продолжив тем самым род уже мертвого мужа. Забытый ритуал.
- И почему же он забыт? - Кисиль чувствовал, что вопрос дурацкий, но ничего поделать с собой не мог - мозг отказывался толково воспринимать происходящее.
- Твоя прядь волос у него была? - сухо спросил Эддрик.
- Нет, - поджал губы маг, - но ему удалось решить эту проблему. Ритуал потому и был отовсюду изъят и предан забвению, что им можно воспользоваться не только в отношении умершего супруга. Но тем и ужасны восхитительные знания монастыря – в его библиотеке слишком много забытых ритуалов. Не зря забытых.
- Почему он так кричит?
- Прерванный ритуал. Магия не прощает ошибок. Наши предки побеспокоились о том, чтоб у младших мужей не было шанса отказаться вынашивать плод от нелюбимого мужа. В наказание - смерть.
- Он умирает? - испуганно спросил Кисиль.
- О да, - сердито отозвался маг и шагнул в объятия мужей, ища поддержки.