Семья герцога Литерского (СИ)
Злость отступала, оставляя тупое чувство обреченности. Мальчишке, что заходится криком в гостиной на первом этаже, уже ничем помочь нельзя. А смотреть, как из него выворачивает внутренности, как он рвотными позывами схаркивает кровь, Риэль не хотел. Он и так точно знал, что еще долго будет слышать эти крики в ночных кошмарах. Дурной самоуверенный мальчишка, потерявший страх в стремлении добиться своей любви. Маг грустно усмехнулся. Даже если он не был бы замужем за Эддриком, оставаясь любовником короля, мальчику ничего бы не светило.
Герцог Литерский старался не обращать внимания на громкие стоны, которые спустя пару часов перешли в ужасающие крики. Силы оставляли мальчика, но магия наказывала сполна, не давая легко уйти.
- Облегчить мучения? - осторожно предложил Кисиль сердитому магу.
- Там поле, магическое поле. К нему не подойти.
Граф Глиссер сидел неестественно прямо в кресле напротив рабочего стола Эддрика. Он никак не ожидал таких последствий своего решения.
Риэль стоял напротив него и разглядывал уставшее лицо. После долгой дороги у Кисиля не было времени прийти в себя. Нервно сцепленные в замок пальцы и поджатые губы. Маг собирался дать супругу помучиться еще пару минут, чтобы тот понял, что в дела магии самому лучше не лезть, положившись на Риэля, прежде чем сообщить успокаивающую информацию.
Слуга, вызванный Эддриком, вошел, почтительно постучав. Бледное лицо говорило о том, что дворецкому тоже не просто дается слушать крики и стоны умирающего.
- Необходимо сегодня же внести некоторые изменения в жизнь замка, - сообщил ему Эддрик. - Второй этаж, где находятся наши спальни, должен быть немедленно закрыт ото всех. Выдели четырех наиболее верных слуг, которые займутся обслуживанием только этого этажа и нас, когда мы будем там находиться. Больше никто и ни под каким предлогом не будет иметь права войти туда без моего личного на то распоряжения. Второй этаж с сегодняшнего дня закрыт также и для гостей. Все ясно?
- Да, герцог, - кивнул дворецкий.
- Ты думаешь, будут еще прецеденты? – нервно усмехнулся Кисиль.
- Думаю, так мне будет спокойнее, - пожал плечами Эддрик. – А теперь пора собираться в столицу. Уезжаем через пару часов. Я не могу больше слушать эти стоны. Уверен, они и так мне будут сниться даже несколько месяцев.
- Кисиль, - окликает Риэль.
Граф устало поднимает глаза на мага.
- Кисиль, не нужно винить себя слишком сильно. Мальчик все равно бы умер.
- А ребенок?
- Ребенок остался бы жив. Принцип жизни за жизнь. Вынашивающий такого ребенка никогда не выживает.
- Он это знал и все равно пошел на это?
- Не знал. Не прочитал об этом ритуале достаточно. Схватился за описание, которое нашел в первой попавшееся книге.
- Откуда ты это знаешь?
- Поговорил с помощником учителя. Тот расстроен и сожалеет, что на слово поверил Таль Ри о том, что мы с ним тайно встречались и последствием таких встреч стал ребенок, узнав о котором я спешно уехал в Сапало. Цепочка случайных совпадений. Слишком много «если». К моменту, когда ты, в стремлении спасти семью, подлил зелье для аборта, все было уже предрешено.
- Спасибо, - фыркнул Кисиль, - мне стало чуточку легче. А теперь извините меня, я прогуляюсь перед отъездом.
Когда Кисиль нашел друга, Вик уже не был взбешен. Насмешливо спокоен, собран и, похоже, готов к поездке.
- Куда собираешься?
- В столицу. Ведь ты тоже? Ты же закончил дела в Карумии?
- Точно. Планы слегка изменились.
- Я уже в курсе. Скажи, мой дорогой друг, ты успел не только влюбиться так сильно, что ведешь себя до крайности глупо, но еще и залететь?
- С чего ты такое взял? – хмурится недоуменно Кисиль, но тут же вспоминает, что Тори встретил Вика как раз в тот момент, когда искал настойку для аборта.
Граф Глиссер качает головой, тихо смеется и пересказывает происходящее дома Вику. На душе становится легче от разделения с другом проблемы. Тем более, что Вик хлопает его по руке и говорит, что для спасения семьи, не раздумывая, поступил бы точно также.
- Как ты планируешь вывозить деньги?
- Золотом, драгоценностями.
- Ты считаешь, что посты на границах ничего не заподозрят?
- О, ты во мне сомневаешься? – Кисиль рассмеялся, чувствуя, как леденящий ужас, охватывающий от криков в Сапало, отступает под приливом азарта.
- Ничуть. Просто любопытство.
- Ну, не зря же я гоняю туда-сюда лошадей. Они уже толком и не проверяют, зная, что в каретах младший муж кузена короля везет подпруги и седла, зерно и корма для лошадок, что табуном гонит в Сапало.
- Удачно совпало.
- Ну почему же совпало? – фыркает Кисиль и залпом допивает вино.
В столице они долго приходят в себя после дороги и происшествий, случившихся накануне. Разве что на сон уходит больше двенадцати часов. Кисиль искренне старается не показывать, на что похожи его ягодицы после борьбы за любовь к супругам, но в общей постели сделать это крайне трудно.
И опять они лишь восхищают его, потому как Риэль просто идет за настойками, а Эддрик лениво обнимает его, целуя то в щеки, то в шею. Они втроем не обсуждают вспухшие рубцы ни до того, как Риэль щедро мажет их холодной мазью, ни после. Впрочем, боль отступает и за это Кисиль даже готов ответить на парочку вопросов о шрамах, но их нет.