Кофе и шоколад (СИ)
Перспектива провести всю ночь в компании с Черкасовым его не особо прельщала. Сергей – это уж точно! – не станет спать в джинсах и кофте и обязательно разденется, а полуголый Черкасов, спокойно дрыхнущий на диванчике всего в паре метров от него, – очередные десять безумных часов бессонницы.
“Впрочем, во сне ведь всё равно невозможно заснуть?” – расслабленно подумал Ромка, когда Серёжа вновь притянул его к себе, нежно обнимая.
Уставший организм, за несколько дней получивший лишь пару часов полноценного отдыха, наслаждался безмятежным забытьем и с удовольствием принимал идею, что они с хозяином сейчас спят и видят приятный сон. Ведь даже главный герой остался всё тот же, просто возбуждение спало, сменяясь тёплотой и спокойствием.
Совершенно потерявшись в закутках сна и реальности, Ромка пошёл на поводу у желаний и с наслаждением потёрся щекой о мягкую ткань кофты Черкасова, крепко-крепко к тому прижимаясь, словно бы напитываясь энергией.
– Не выгоняют друзей? – прошептал Сергей, кончики его пальцев рисовали на спине Ромы какой-то замысловатый узор. – А если это будет твой парень?
– Боже, не шути… – фыркнул Ромка, рассмеявшись.
Губы Черкасова, касающиеся виска, опаляли кожу, руки обнимали нежно и осторожно. Было весело, а ещё тепло, хорошо и уютно.
Было. Пока в коридоре вновь не запищал телефон Сергея, а к Попову не вернулось понимание реальности. Ведь звонок обязательно меняет сон, заставляет проснуться. Но Рома не просыпался, вокруг вообще ничего не менялось, лишь Черкасов мягко отстранился, шепнув, что всего на секунду, и кинулся за телефоном.
Секунда. Две. Резкий рык Сергея, ответившего-таки на звонок, и…
– Фа-ак! – протянул Попов, опускаясь на ближайшую табуретку.
Кажется, недосып дерьмово на него действует, и только что Ромка выставил себя полным идиотом. Невыспавшимся идиотом.
А Черкасов… Неужели он так завуалировано предложил встречаться?
“Никто не говорил, что из Волка и Красной Шапочки не может получиться пары”.
========== Глава 12 - Я говорю “да” ==========
Я тогда впервые услышал, как Серёжа отказывает в чём-то Самойлову. Лучшему другу. Из-за меня, если уж быть совсем честным. Из-за того, что решил этот день побыть со мной – хоть и сам решил, не спрашивая виновника торжества.
А потом я дико стыдился каждый раз, когда сам бежал помогать Корнееву, когда тому было тошно. Но чёрт… есть моменты, когда друзья действительно не могут справиться в одиночестве, а есть, когда они борзеют и желают просто видеть тебя рядом. Дэн – морально слабее Вика, хоть сам так и не думает, и в той истории ему жизненно нужна была поддержка…
Впрочем, тогда это было совсем не важно.
…
Когда мысль о “предложении встречаться” дошла до Ромки, тот сразу же кинулся следом за Черкасовым. Сергей деваться никуда не собирался, собственно, как и дружелюбно разговаривать с собеседником.
– Нет, не смогу я сегодня приехать, я ведь уже сказал! – голос парня с каждой секундой становился всё громче и раздражённей. – Нет, не каблук!
Ромка хмыкнул, замирая в дверях. Это уж точно: не каблук, определённо. Как можно стать подкаблучником, если девушки даже на горизонте не предвидится?
– Самойлов, ну ты совсем оборзел или притворяешься? Я – нет, – пауза после каждого предложения, пока Вик в ответ что-то пылко и весьма громко говорил. – Никто и не спорит, что у тебя руки из задницы растут. Слушай, Вик, не хочешь больше никому доверять, оставь всё, как есть, и вызови разок такси. Я приеду, как время будет, и всё сделаю. Именно. Нет, не сейчас. Ойй…
Не дослушав собеседника, Черкасов раздражённо нажал на кнопку отмены вызова и закинул телефон обратно в сумку. Недовольный, но не злой; спина вновь напряжена, плечи словно бы стали ещё шире, выдавая уверенность парня в правильности собственного поступка. Ромке почему-то дико захотелось подойти к нему и обнять, так же, как делал недавно сам Черкасов, обхватить руками со спины, прижимаясь к ней грудью. И на самом деле Рома понимал, что может так сделать, что имеет полное право, его никто не оттолкнёт, – и даже подошёл ближе, чтобы исполнить свой план… но, замерев в полуметре от своего гостя, лишь робко спросил:
– Может, съездишь к нему?
– Ну уж нет, – проворчал Черкасов, оборачиваясь и изучающее заглядывая Ромке в глаза, словно искал в них ответ. И нашёл. – Точно нет, у меня и другие дела имеются! – уже твёрже заявил Сергей, он в один шаг подошёл к хозяину квартиры и закинул руку ему на плечи. – И дела эти зовутся “отдых”.
– Уверен? – вновь поинтересовался Ромка, пытаясь сообразить, смог бы сам вот так отказать Денису; представить не получалось, отчего становилось как-то тошно. – Может…
– Не может! – простонал Черкасов, утягивая парня на кухню. – Я же не виноват, что он рукожоп, правда?
Сергей плюхнулся на стоящую у стола табуретку, на секунду отпуская Ромку, который, впрочем, сбегать не стал, так и оставшись стоять рядом. Он не знал, чего хотел добиться таким вот образом: то ли плюнуть на всё, обнять Серёжу за шею и зарыться пальцами в волосы, то ли вообще послать все правила в задницу и залезть к нему на колени. Если Рома не ответил прямо, будет ли такое поведение считаться за положительный ответ на завуалированный вопрос Черкасова? Или нет?
– Наверное… – пробормотал он.
– Как-то ты неуверенно это сказал, – Сергей усмехнулся, запрокидывая голову, чтобы лучше видеть стоящего рядом собеседника. – Ладно, согласен, я сам его разбаловал, когда каждый раз бежал по первому зову, но меру же иногда надо знать.
– А что случилось? – не смог удержаться от вопроса Попов, зато сумел пересилить себя и не начать приставать к Черкасову.
– Колесо спустило, Вик уверяет, что надо заклеивать, проткнул где-то… – пробормотал Сергей, а потом нервно помотал головой и, резко её опустив, лбом прислонился к животу Ромки, продолжая говорить: – Блин, знаешь, как я на самом деле отработал твой зачёт Мымре?
Рома замер, боясь спугнуть разоткровенничавшегося парня. Узнать было интересно, хоть уже и не особо актуально. Почему-то в голову всё равно лезли абсолютно пошлые мыслишки, хоть Попов и понимал, что такого быть никак не могло. Но всё же даже скромный поцелуй в щёчку, который мог бы подарить Вере Васильевне бывший враг, вызывал такую дикую волну животной злости, что ноги подкашивались и хотелось впиться зубами в глотку этой совершенно не привлекательной женщины. Ему, Ромке, который вообще редко проявлял агрессию!
Кажется, с Дэном он общается слишком много…
– Только не злись, хорошо? – попросил Черкасов.
– То есть всё действительно было гораздо пошлее массажа? – фыркнул Рома, мысленно убивая себя за ехидство.
Серёжа вновь поднял голову и чуть приподнялся, так что губы его оказались в паре сантиметров от Ромкиных.
– Ты думаешь, бывает что-то пошлее такого массажа? – шепнул Сергей, заставляя Попова дико краснеть. – Нет, отработка была совсем не пошлой, ни капли. И я действительно платил “натурой”, – с каждым словом, губы его всё ближе, жарко шепчут слова откровения. – Но ты так отреагировал, что я не удержался… – признался Черкасов, практически уже касаясь чужих губ и опаляя их дыханием. – Прости.
Ромка сам преодолел последние миллиметры, отделяющие их от поцелуя, потому что сил терпеть больше не было. Да и как тут вытерпишь, когда этот чёртов Черкасов настолько соблазнителен и притягателен, как сам грех? И губы у него мягкие, восхитительно нежные, не покусанные, как у самого Ромы, зато поцелуи – сильные и требовательные.
– Я тогда, после зачёта, смотрел на тебя и хотел поцеловать, – тихо-тихо, почти неслышно прошептал Серёжа. – А потом решил, что заставить показать, какой же была “отработка натурой” – лучшая идея. Вдруг повезёт?
И очередной поцелуй, на этот раз куда спокойней, легче, показывающий не всепоглощающую страсть, а скорее искреннюю заботу. Но у Ромки и от такого голова шла кругом, приходилось цепляться за плечи Сергея, чтобы не упасть, и радоваться, что тот сам, обхватив руками за пояс, крепко прижимает его к себе. Предложение “встречаться”? Кажется, Черкасов не ждал положительного ответа, он дал его себе сам, решив всё за Рому.