Темнота в окне напротив (СИ)

Но когда мне написал Натан и сказал, что Эстер уехала с какой-то женщиной из универа, я сорвался. 
Сначала подумал — что я идиот.
Ведь сказали, что она с женщиной, и, исходя из локализатора, остановилась в ресторане, хорошо мне известном.
Но что-то тревожило.
Наверное, то, что за всё утро я ей так и не написал. А точнее — меня с отцом настолько засосало в работу, что я успевал только грезить о нашей с Эстер скорейшей встрече и ждал момента, когда освобожусь.
  
Не выдержал. Ломанулся.
Но отец понял. Усмехнулся, а потом закашлялся, и от моего сердца оторвался ещё один маленький кусочек.
Сейчас я понимаю, что моё предчувствие не обманывало. Я уверенным шагом направляюсь к столику, за которым сидит Эстер со своей матерью и грёбаным идиотом Робом.
Твою мать.
Я в бешенстве.
То, что она так близко к этому парню, заставляет волосы на теле вставать дыбом. В ушах звенит её милый голос: «Привет, Роб». Они знают друг друга. 
Она за него переживала. А теперь этот ублюдок вот так просто сидит с ней рядом и дышит её воздухом, наслаждается ароматом… Он смотрит на неё с приоткрытым ртом, любуется… Чёрт, нет. Он не должен даже смотреть в её сторону!
Когда Роб переводит свой тупой взгляд на меня, выражение его лица становится испуганным. Должно быть, у меня на лбу написано, что я больше всего хочу сделать. А именно — переломать каждую кость в его теле.
Вскоре каждый сидящий за столом обращает своё внимание на меня, но только Эстер облегчённо выдыхает, как будто ей было необходимо подышать мной, а не говнюком, приткнувшимся рядом с ней. Остальные напрягаются и с непониманием смотрят на то, как я беру стул с соседнего столика и нагло протискиваю его между Эстер и Робом. Последний в ужасе дёргается в сторону. Я спокойно помещаюсь между ними, потому что в этом ресторане оставляют довольно много места между клиентами.
— Привет, милая. — я склоняюсь к щеке Эстер и, целуя, сразу же обозначаю, кем являюсь.
— Привет. — отвечает мне она и находит мою ладонь под столом. Плотно стискивает, словно цепляясь в поиске поддержки.
— Простите, а вы кто? — морщит нос мужчина, сидящий рядом с матерью Эстер.
— Хантер Келлер. — уверенно отвечаю я. — А вы?
Челюсть мужчины заметно напрягается.
— Я её отец. — сдавленно выдаёт он, кивая в сторону Эстер, и я понимающе киваю. Что ж, я буду честен по крайней мере с собой — родители Эстер меня подбешивают настолько, что хочется немедленно спрятать её подальше от них.
— Келлер. — произносит другой мужчина задумчиво. — Это те самые Келлеры, что владеют сетью казино по всей Швейцарии?
— Именно. — отвечаю я, и мужчина улыбается.
— Альберт Туччи. — протягивает он мне руку и смеётся. — Много моих знакомых спустили целые состояния в ваших заведениях. Это моя жена, Фьоринда, и сын Роберт. Приятно познакомиться.
Я возвращаю улыбку Альберту и скрепляю знакомство рукопожатием.
Не удивлюсь, если следующим в очереди на расточительство семейных денег будет именно Роберт… если, конечно, доживёт.
— Простите, но я не помню, чтобы мы вас приглашали. По крайней мере, сегодня. — едким голосом вставляет мать Эстер. Я поворачиваюсь к ней и думаю несколько секунд, как ответить.
— Это вы меня извините. Я не успела предупредить, что пригласила на этот обед моего парня. — обращается к матери и ко всем Эстер.
Чёрт.
Я только что вновь в неё влюбился. Она назвала меня своим, а ещё сжала крепче мою ладонь под столом.
— Значит, у Эстер уже есть парень. — натянуто улыбается другая женщина, мать Роба, а мать Эстер издаёт звук, похожий то ли на шипение, то ли на фырканье.
— Мы сами только узнали. — она грозно поглядывает на Эстер. — Но не помню, чтобы у них была официальная помолвка.
Да кто их ещё делает?
Я перевожу взгляд на Эстер. Она с абсолютно равнодушным видом нанизывает на вилку кусок мяса и кладёт в свой идеальный рот.
Наверное, это какой-то особый кинк аристократов. Но если для Эстер это так важно, то я что-нибудь придумаю.
Подходит официант, заметивший моё прибытие, и приносит для меня столовые приборы. После того как я заказываю себе кровавый стейк, стол погружается в отстранённые разговоры о политике, на которые лично мне абсолютно всё равно.
Я бросаю взгляд на Роба. Он сидит, уперевшись взглядом в стол, и молчит. Я также замечаю укоризненные взгляды в его сторону от его же родителей.
Чего они хотели? Чтобы Роб встал и попросил меня на выход? Это, скорее всего, сделаю я.
Даже не хочу думать, что этот обед был организован матерью Эстер, чтобы сблизить Роба с моей девушкой.
Но пока Эстер рядом, я успокаиваюсь.
Обед заканчивается довольно быстро. На радостях я оплачиваю счёт за всех, надеясь, что так они скорее оставят меня наедине с Эстер.
Она любезно прощается со всеми, оставляет ключи от машины своей маме и молча направляется к моей машине.
Эстер выбрала меня.
За это я готов отдать ей свою душу.
***
  
34
 
Эстер 
Появление Хантера в самый неожиданный момент в ресторане что-то сделало со мной. Я внезапно ощутила… что не одна. Что есть кто-то, кто словно по волшебству окажется рядом, когда я в этом нуждаюсь.
Конечно же, это не волшебство.
— Ты следишь за мной? — спрашиваю, пока Хантер выруливает с парковки.
Он медлит с ответом, не спешит признаваться, набирает полную грудь воздуха.
— Да. — коротко произносит и вновь смолкает.
Я уже приготовилась к длинным объяснениям, но давно пора понять, что Хантер не любит многословие. Он просто берет и делает. И отвечает коротко, но ясно.
Улыбаюсь.
— Я тоже хочу. — искренне признаюсь.
— Хочешь… что? — Хантер метает в меня удивленный взгляд.
— Хочу следить за тобой. Как ты это делаешь?
— Приложение. — Хантер сворачивает на обочину и останавливает свой внедорожник.
Если бы он знал, как мне нравится быть с ним рядом. Я ощущаю себя в полной безопасности и принятой. Хантер познал мою темную сторону, ни разу не укорил меня за это, и теперь с ним дышится легче.
Когда Хантер протягивает руку, я понимаю, что он требует телефон. Послушно передаю. Он берет свой, что-то делает в обоих телефонах и спустя некоторое время возвращает обратно мой.
— Теперь ты можешь за мной следить, когда тебе захочется. — На лице Хантера спокойная улыбка.
То, как решительно он это сделал — очаровывает. Хантер Келлер не волнует, что теперь я могу следить за каждым его шагом. Наоборот, кажется это ему даже нравится.
Я опускаю глаза и засматриваюсь на открытое приложение и на карту. На ней две мерцающие точки. Я и Хантер. Совсем рядом.
— Спасибо. — Разглядывая карту, я понимаю, что теперь мне будет чем заняться. — И спасибо, что пришел.
Хантер вновь протягивает руку, и я смотрю на нее с непониманием. Замечаю, что, пока изучала приложение, он достал откуда-то мазь. Не дождавшись ответа, Хантер сам берет мое запястье и начинает смазывать синяки кремом, который приятно пахнет травами и оставляет прохладу на коже.
— Эта мазь лучше сработает. — Он заботливо осматривает места, где оставил свои отметки.
Мне нравится, как он заботится обо мне. Господи, да после таких нежных прикосновений он может делать со мной все, что захочет.
— Прости, я… — произносит он. — Не рассчитал.
— Это пустяки. И потом, мне понравилось. — Заглядываю в его темнеющие глаза. — Я хочу, чтобы ты был со мной… самим собой, особенно когда… берешь меня и… делаешь шедевр.
Хантер смотрит на меня так, словно уже видит, что именно собирается со мной сделать в следующий раз. От этого низ живота скручивает возбуждением.
  
— У тебя еще есть занятия или ты свободна? — спрашивает Хантер.
— Две лекции. Через пятнадцать минут. — отвечаю.
Он моргает раз. Два. Опускает взгляд на мои запястья. Сжимает руль до скрипа.
— Я заберу тебя после занятий. — Хантер переводит взгляд на дорогу и заводит машину.