Вечно голодный студент 5 (СИ)

Но и этого, судя по всему, сделано не было, поэтому сейчас здесь живёт Зверь.
Он развалился под статуей тираннозавра — я могу рассмотреть его внимательно, пока он не знает обо мне.
Сложно сказать, что это за животное, потому что я не умею различать подробности по ЭМ-полю, но одно хорошо — этот Зверь не умеет скрываться в ЭМ-спектре, но вот с теплом всё очень неоднозначно.
  
Я переключаюсь на ИК-зрение и понимаю, что Зверь в нём практически невидим. Его шкура надёжно скрывает тепло, но чего он не может спрятать — это горячий пар, выдуваемый из его ноздрей.
В поляризационном режиме он тоже виден очень хорошо, потому что его шкура ничего не делает с поляризованными солнечными лучами. Это вселяет в меня надежду — я буду видеть его почти постоянно, за исключением случаев, когда между нами будут металлические преграды.
А теперь проблема.
«Надо тихо, без палева…» — медленно снял я РПГ-18 с плеча.
Зверь замер и прислушался. Слух у него очень острый, поэтому он услышал шорох брезентового ремня. Я тоже замер в тот же момент, когда Зверь напрягся.
Так и стоим, ожидая чего-то…
Мне нужно лишь несколько секунд, чтобы навести на эту тварь гранатомёт и сделать прицельный выстрел. И всё будет кончено.
Наконец, Зверь успокоился и продолжил грызть какую-то кость, а я лихорадочно размышлял, как быть.
Щелчок взводимого гранатомёта он услышит тут же, поэтому мне нужны какие-то альтернативные решения. Из пулемёта его вряд ли удастся положить наповал, поэтому РПГ-18 — это единственный рабочий способ. Слишком уж здоров этот урод, чтобы надеяться на какие-то там пули.
А затем Зверь просто прыгнул из лежачего положения, прямо в моём направлении.
Я сразу же понял, что он знает обо мне и пора действовать.
Больше не таясь, взвожу гранатомёт и вскидываю его к плечу.
Зверь, тем временем, перемахнул через узкую водную преграду, чиркнул когтями по каменной брусчатке и сразу же прыгнул снова.
По ощущениям, он сокращает дистанцию по 25–30 метров за прыжок, то есть, у меня есть ещё один его прыжок, а затем мне настанет полный капец.
Сохраняя почти абсолютное спокойствие, навожу прицел на место ожидаемого приземления Зверя и зажимаю спуск. Из-за характерной задержки перед выстрелом, противотанковая граната покидает трубу слишком поздно — Зверь уже прыгнул в третий раз.
Граната врезается в брусчатку и взрывается, но Зверь уже в воздухе, поэтому, как максимум, получил только осколочные повреждения и, возможно, оглушён взрывом.
— Ёб твою мать, — констатировал я и совершил рывок вправо.
На месте, где я стоял доли секунды назад, приземлился Зверь, который недовольно рыкнул и сразу же бросился ко мне.
А я не стал медлить и снова применил «Гликогеновый рывок», чтобы сломать траекторию и не позволить Зверю приземлиться прямо на меня.
Времени стрелять совсем нет, поэтому я не трачу его на такую ерунду и пытаюсь выработать решение, как мне выпутаться из этой передряги.
«Надо на фуд-корт, а затем на мост», — принял я решение. — «Зверь быстрее, чем я, но ничего, похожего на „Гликогеновый рывок“, у него нет, поэтому он уже показал мне свой максимум».
Серией рывков добираюсь до фуд-корта, а затем Зверь не на шутку удивляет меня, когда прекращает прыгать и переходит на стремительный галоп.
Дистанция между нами резко сокращается, несмотря на то, что я применяю рывок по кул-дауну, а впереди ещё и опрокинутый КамАЗ…
«Надо принимать бой и попытать счастье в манёврах», — выработал я решение. — «Рискованно, но есть шанс выжить».
Разворачиваюсь, вскидываю пулемёт, но сразу же понимаю, что опоздал, потому что Зверь будто прочитал мои мысли и прыгнул заблаговременно.
Успеваю отклониться чуть левее, но этого оказалось недостаточно, поэтому я выставляю перед собой пулемёт.
Правая лапа Зверя врезается в «Печенег», я не удерживаюсь на ногах и лечу спиной вперёд, на лету выпуская из левого запястья электропроводящую нить, которая обматывает правую лапу Зверя.
Раздаётся скрежет сминаемого металла, а затем подаётся разряд и Зверь ревёт от боли.
Основательно шоркнув асфальт жопой и рюкзаком, останавливаюсь и ощущаю адскую боль в обеих руках. Кажется, это вывих или очень сильный ушиб.
Зверь лежит на асфальте и болезненно рычит, а я, в это время, пытаюсь поднять пулемёт, чтобы добить его, пока он в ахуе.
Мне удаётся поднять «Печенег» своими дрожащими руками и навести его на Зверя, но при нажатии раздаётся лишь один выстрел, а затем пулемёт отказывает. Но хуже всего то, что я лишь чиркнул пулей по асфальту рядом с левой лапой чудовища.
Отпускаю вышедший из строя «Печенег» и пытаюсь взять СР-3М, но мои руки тоже вышли из строя почти полностью.
«Надо валить, пока цел», — констатировал я. — «Нет, надо убирать эту тварь, пока есть возможность».
Только вот Зверь начал подниматься на передние лапы. Между нами метров двенадцать и я поражён тем, что не попал из пулемёта. Похоже, что ствол погнуло…
«Вот и пиздец», — подумал я, увидев, что Зверь сумел подняться на передние лапы.
Он смотрит на меня, как мне кажется, с ненавистью — очень хочет замочить меня и компенсировать энергетические затраты.
Не желая сдаваться так просто, заставляю себя поднять СР-3М и открыть огонь.
Большая часть пуль улетела хрен знает куда, но меньшая часть постучала Зверя по башке и туловищу, вызвав протяжный болезненный рык.
Он, неожиданно для меня, вскочил на все четыре лапы и бросился в бегство.
Озадаченно смотрю ему вслед, а затем спохватываюсь и поднимаюсь на ноги, чтобы тоже нарисовать Себастьяна.
Разворачиваюсь и перепрыгиваю через опрокинутый КамАЗ, после чего врубаю пятую передачу и бегу прочь.
Список повреждений рук впечатляет — сплошь разрывы мышц и вывихи суставов, а также итоговый оффер на 34 327 килокалорий. Принимаю это предложение и лишь ускоряюсь.
Мне нужны быстрые углеводы — гликоген показывает, что его осталось около половины бака, поэтому необходима СРОЧНАЯ компенсация в виде шоколада и сгущёнки, припасённых специально на такие случаи.
Выбегаю на Ставропольскую улицу и задаю стрекача.
Надо перекантоваться в безопасном месте, дать форсрегену время на восстановление рук, подумать, что можно сделать с «Печенегом», а затем начать размышлять о том, что делать со Зверем…
*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, Академия ФК «Краснодар», 6 сентября 2027 года*
Просмотрел я запись с моей GoPro — в моменты схватки рассмотреть эту тварь не удавалось, но теперь я могу сказать однозначно — это был ягуар. Причём не какой-то там дефолтный пятнистый ягуар, а чёрный, как моя судьба.
Мои ощущения подсказывают мне, что у него масса минимум килограмм 400, причём состоит он большей частью из очень плотных мышц. И кости у него очень крепкие, потому что мой СР-3М не смог пробить ему черепушку.
«Какая же, сука, жёсткая мразь», — подумал я, вновь внимательно рассмотрев летящего на меня Зверя.
Всё-таки, идея с GoPro — это гениально. Так можно не только дать гражданам Фронтира зрелищ, но и получить бесценную информацию о мутантах, которых можно изучить в динамике, непосредственно в боевой обстановке.
Я, например, понял о Звере кое-что важное — он прыгает особым образом, впиваясь когтями в землю для лучшего сцепления, но на каменной брусчатке это работает не очень хорошо, поэтому на ней он прыгает на меньшую дистанцию.
Это обусловило мой выбор места нашей следующей встречи — парк возле спортивной арены. В футбольный клуб «Краснодар», как я понял, вливались прямо безумные деньги, потому что возле арены оборудован очень тяжёлый люкс — фонтаны, декоративные деревья редких пород, всякая светотехника и прочие атрибуты победоносного клуба, выигрывающего турнир за турниром и каждый год утирающего нос Барселоне и Мадридскому Реалу, а на закуску хавающего Баварию и Манчестер Юнайтед…