Эхо Ривеннора (СИ)

Как хорошо, что Мира в самый первый день выгребла половину ближайшей аптеки и собрала мне полный медкомплект для похода в Башню! Я вытащил сумку с лекарствами, у Номада удивлённо поднялась бровь, а у Мэй округлились глаза:
— Что ты делаешь, человеческие препараты могут быть для него ядовиты!
И тут я выдал такое, от чего удивился сам:
— Это прямоходящее пресмыкающееся гуманоидного типа, с низкой кислородной ёмкостью крови; он зависим от внешней температуры и высоко чувствителен к гипоксии и некротическим процессам. Его кровь бирюзовая из-за медесодержащего дыхательного пигмента, подобного гемоцианину у земных головоногих, а вот гемоглобина у них нет.
  
— Что? — переспросила Мэй с открытым ртом, глядя на меня, как на чёртика, выскочившего из табакерки. Номад одобрительно хмыкнул сверху: он забрался на вершину самого покатого из каменных зубцов, чтобы нести стражу с базукой наперевес.
— Это значит, что для ящернов ядовиты парацетамол и аспирин в любых формах, железосодержащие препараты бесполезны, а ибупрофен и все остальные НПВС будут токсичны… кроме, наверное, мелоксикама, блин, а его как раз нет.
Я лихорадочно рылся в сумке и быстро определял подходящие средства.
— Держи бинт и салфетки, спасибо ковиду за санитайзер, вымой руки и вскрывай упаковку бинта.
— НПВС? Что это?
— Нестероидные противовоспалительные средства.
Да уж, не даром я вкачал Медик 2 и повысил интеллект до 13-го, мысль работала быстро и чётко.
— Саири, откинься назад и расслабься, закрой глаза, будет больно, старайся не двигаться. Готов?
Тот уже хотел повиноваться, но рука Мэй легла ящерну на плечо.
— Стой. Это риск: мы лишь предполагаем, что человеческие средства тебе не повредят, а помогут. Но мы можем ошибаться. Ты готов довериться нашим суждениям?
Она говорила «мы» и таким образом брала часть ответственности на себя.
— Доверяю, — хрипло кивнул маг.
— Окей.
Такая цивилизованная, Мелисса была обязана озвучить опасность и получить подтверждение. Informed consent, как говорят мои американские коллеги.
Ладно, я аккуратно срезал лохмотья бывшей рубахи, которые перетягивали ящерну грудь и начал быстро снимать слой травы, пропитанной бирюзовым. К сожалению, он уже немного прилип к корке засохшей крови и действовать приходилось осторожно. Руки двигались не супер уверенно — мечом я владел в разы лучше, а тут напоминал старательного школяра.
Очищенная рана выглядела как сцена из фильма про Чужих. Вся поверхность рассечения покрыта густым и вязким тёмно-бирюзовым сгустком, почти как желе; края неровные и даже зубчатые, множество мелких лоскутов чешуи и кожи торчат в разные стороны. Будто коготь Альфы не резал тело ящерна, а рвал. Это минус чешуи: да, она лучше защищает, чем простая человеческая кожа, но при вспарывании тянет и рвёт ткань, из которой растёт. Это знает каждый рыбак, а ведь у рыбы чешуя чистится куда легче, чем у ящеров.
Но это были плохие новости, а дальше началась череда хороших. Во-первых, я отыскал в лекарствах «Лидокаин-спрей», и это было чуть ли не единственное обезболивающее, которое могло помочь в данной ситуации и не вредило ящерну!
Саири тихо стонал, но быстро затих.
— Так лучше, — шепнул он.
Номад наверху пошевелился, словно облегчённо сменил позу, а Мэй, последние секунды сидевшая, не дыша, наконец выдохнула. Всё же они нормальные люди, и это хорошо.
— О, ура, о, — пробормотал Фунишар, нависший над нами, как маленькое меховое солнце.
— Пушистый, ты бы взлетел повыше и палил окрестности, — сказал я. — Мешаешь.
— О, ладно, о.
Обезболив пациента, я выждал минуту, в это время обработал «Мирамистином» и «Левомеколем» тёмные круги от некро-дрейна.
— Какой план? — спросила Мэй.
— Сейчас обезболивающее впитается в ткани, залью рану «Мирамистином», это антисептик широкого спектра действия. У него нулевая токсичность, а помогает против большинства бактерий, грибков и некоторых вирусов. При этом даже не щиплет, — я улыбнулся.
Так мы и проработали в течение следующих минут.
— До прихода Альфы осталось полчаса, — проинформировал Номад. — Внешняя активность по-прежнему минимальна.
— Логично: местная флора и фауна мало мобильная, этаж построен так, что мы сами проходим через их логова и ареалы обитания. Поэтому, когда место зачистили, почти никто уже не придёт. Кроме Альфы.
— Саири, ты как? — спросила Мэй, аккуратно и весьма неплохо перебинтовав его, пока я приподнимал.
— Почти хорошо, — улыбнулся тот.
— Ешь кровохватку, — напомнил я. — Нам надо снять с тебя эффект дрейна, тогда ты наконец сможешь полечить себя сам, магией.
Вероятность действия проверялась заново на каждой съеденной ягоде — и на 25%, то есть с пятой попытки, она наконец сработала.
— Могу! — воскликнул Саири, в руках которого переливалась родниковая вода, пронизанная слабым голубым свечением. И тут же скастовал на себя пару самых сильных исцеляющих заклинаний, на которые был способен.
— Отлично, — оценил Номад.
— О, ты снова жив, о, — радостно воскликнул Фунишар и принял свою великолепную фарфоровую чашечку из рук Саири, после чего взмахнул хвостом, и чашечка… рассыпалась в золотистую сверкающую пыль.
Хмм, он как-то может материализовывать вещи из магии? А как насчёт меча-кладенца +10 против Альфы? Какому там божеству поклонялся наш меховой шар?
— Мне гораздо лучше, благодарю вас всех за спасение и помощь, — кивнул Саири и поднялся.
— Держи, — я вручил ему ещё два турмалиновых мерца. Хоть как-то помочь ослабевшей магии.
— Степень восстановления? — уточнил Номад, желая понимать, насколько солдат под его началом вернулся в строй.
— Примерно вполсилы, и телесно, и в заклятиях.
— Принято. Народ, нам нельзя оставаться на этом месте, нужно идти дальше. Прошло почти три часа со старта охоты, осталось семь, а большая часть пути впереди. Да, это место выгодно для обороны от Альфы и теперь у нас куда больше шансов, чем в прошлый раз, — он взвесил в руках базуку и кивнул на меня. — Но, с другой стороны, если опоздаем к вратам, то все погибнем.
— Не лучше ли всё-таки задержаться здесь? — спросила Мелисса. — Мы уже поняли, как тут обороняться…
— Альфа тоже понял, — покачал головой Номад. — Наверняка за прошедший час он нашёл подходящую тактику для охоты, и его следующая атака будет уже с учётом нашей защиты. Стоит поменять тактику. Взвесив все за и против, предлагаю не сидеть на месте, а двигаться вперёд.
Он явно принял меня как члена отряда, Мэй промолчала, а Саири и Фунишар уже давно смотрели как на своего.
— Согласен, — кивнул я.
И мы двинулись.
— О, забыл сказать, о. Яр был прав, — вдруг в тишине промолвил Фунишар, хвост с кисточкой философски изогнулся. — Он не мог убить охотников красиво и приятно, потому что Смерть всегда уродлива, её не приукрасишь, о. Можно обмануть себя милыми обрядами или чистенькой декорацией, но за ними всегда чудовище, наивысший хищник из всех: Смерть, и мы все её жертвы, о. Хорошо, что Яр не враг нам, а друг в борьбе с высшим хищником, о.
Мэй вздохнула, но ничего не сказала, а я вспрыгнул на каменистый гребень и с усмешкой обернулся к остальным:
— Ну, подозрительные типы, теперь ваша очередь. Обещайте, что не ударите мне в спину.
— Так точно.
— О, честное Фунишарское, о.
— Обещаю.
— Договор.
 Глава 5 
 Два хита 
— Он близко, о!!! — Фунишар ощутил возмущение энергопотоков и мигом нырнул к земле. Это спасло ему жизнь.
Альфа напал с неба: астральная изнанка вывернулась у нас над головами, потому что в этом месте астрального плана вздымался полупрозрачный гребень, — и поджарая туша хищника прыгнула с него на нашего мехового друга. Не рванись он вниз, был бы разодран в клочья, а так Альфа промахнулся и врезался в землю посередине отряда, раскидав нас с Номадом. Саири и Мэй успели отпрыгнуть и разбежались в разные стороны, как мы заранее проговорили — чтобы атаковать с двух боков.