Разводные процедуры (СИ)

– Спасибо, – сказала я просто и потянулась к нему. Поцеловала в щёку. Только получилось как-то совсем не по-дружески. Со вспышкой во мне. С потемневшим взглядом у него.
Это как лавина. Тронь камешек – и понеслось, не остановить.
Кто из нас шагнул первым навстречу друг другу, сказать трудно. Миг – и сильные мужские руки заключают меня в объятья. Одно движение ресниц – и горячие губы накрывают мои – неизбежно, властно, жадно.
  
Мы словно сорвались и летели то ли вниз, то ли вверх.
Его пальцы в моих волосах. Мои – в его. И тесно, очень тесно. В машине. В собственной коже. Мало. Очень мало его рук, губ, дыхания.
– Мила, – хриплый выдох и стон.
– Марк, – мой дрожащий шёпот и туман в голове.
Не знаю, как хватило сил оторваться и отстраниться. Но пока мы приходили в себя, у меня телефон зазвонил. Хватило одного взгляда на экран, чтобы растерять тягучее вожделение мгновенно.
– Андрей, – ответила на вопросительный взгляд Марка. Пальцы у меня дрожали, когда я принимала звонок.
 Глава 37 
Я вдруг с ужасом осознала, что целый день была на работе, а потом ещё к юристу поехала. Андрей намного раньше приходит со школы, а в доме – Олег, который решил в отпуск сходить.
Сыну перед уходом я делала наставления, как себя вести.
– Да я вообще к Кате пойду, – буркнул в ответ мне сын, явно не намереваясь общаться с отцом даже минимально.
И вот он звонит, а у меня сердце в пятки уходит. Там либо что-то дома случилось, либо у наших с Марком детей.
– Мам, а ты где? – спрашивает сын, как только я отвечаю.
– Мы у юриста были, – лепечу я в ответ.
– Ну, ты это… домой бы поскорее, а? Тут Фил явился, а дома отец. Кажется, Фил дверь пытается выломать и ругается, как портовый грузчик.
Я даже спрашивать не стала, откуда он эту фразу подцепил.
Марк уже гонит машину домой, не спрашивая, что и как. Он и так понимает: что-то вышло из-под контроля.
– А ты сам где? – важно, чтобы сын под раздачу «слонов» не попал.
– Да дома я. В своей комнате сижу, – буркнул Андрей.
– Вот и сиди дальше, я скоро буду – разберёмся.
Я на миг закрыла глаза, сжав в руках телефон.
– Филипп пришёл. Брат мой, – пояснила я Марку ситуацию. – Выламывает мне дверь. Как бы баба Клава опять в полицию депешу не накатала, – с этими словами я снова полезла в телефон и набрала брата.
Филипп ответил не сразу. Видимо, был увлечён «конструктивным диалогом» с нашей дверью.
– Да! – рявкнул он так, что я на одно ухо оглохла.
– Фил, я скоро буду, не надо выбивать дверь, пожалуйста.
– Что, тебе уже твой деятель нажаловался? – судя по всему, брат всё ещё взбудоражен и кипит.
– Андрей позвонил. Ты хотя бы ребёнка не пугал.
– Дома и дверь мне не открыл? Хорош, племянничек! – возмутился Фил.
– А как ты себе это представляешь? Подставить ребёнка под огонь? Там, в квартире, между прочим, его отец, который видеть тебя не желает. Хочешь, чтобы из-за тебя Андрей пострадал? Отойди от дверей! И вообще остынь, воздухом подыши. Подожди меня.
– Ну, ладно! Только ради тебя! – скрипел зубами мой брат.
Воистину сумасшедший день.
– Скоро будем дома. Устала?
– Очень, – кивнула, потирая виски. – Я вообще устала. От всего, – пожаловалась, понимая, что ныть некрасиво. Но мы уже вроде не чужие. Ведь так?.. О поцелуях старалась не думать. Но как это выкинуть из головы? Да и зачем.
Как ни странно, Марк не вызывал во мне негативных эмоций. На фоне предстоящего развода я могла бы обвинять всех мужчин, говорить, что все они – козлы и сволочи. Ну, и… может, на других я бы так и говорила. Но не на Марка. Он суховатый, немногословный, но какой-то правильный, что ли. Мой соседский зануда.
Если и существует каменная стена, за которую можно спрятаться и не переживать, то это он. Вот этот мужчина, что уверенно ведёт автомобиль. Тот, кто с какой-то потаённой глухой тоской спрашивал меня сегодня, верю ли я ему.
Я сразу поняла: ему это важно и нужно услышать. Не сомнения, а чёткий ответ. Ему тоже досталось в своё время – от человека, которому он верил, от женщины, которую он когда-то любил.
И нет. Не это меня к нему тянуло, не это объединяло. Но скажи кто-нибудь совсем недавно, что я буду испытывать очень сложные чувства к соседу Марку Громову, с которым мы без конца цапались, я бы не поверила.
Филипп ждал меня в машине. За углом дома.
– Бабка ваша шныряла, – выдал он недовольно.
Несмотря на то, что уже прошло время, глазами Фил сверкал по-прежнему яростно. Вот же темперамент достался братишке… Вроде бы никого у нас такого бешеного и нет. Все спокойно-адекватные. И только он взрывной, как кислотная шипучка.
Я хохотнула. Бабку побаивался даже Филипп. Не признается, конечно, но то, что он из двора выехал и за углом спрятался, говорило само за себя.
– Сейчас ты успокоишься, выдохнешь, и мы пойдём ко мне. У тебя дело какое-то? Ты зачем приехал?
– Я вообще-то обещал за тобой приглядывать! – зло оскорбился Фил. – И как задницей чувствовал, что у тебя проблемы. А ты молчишь. А родители, между прочим, интересовались. Ты ж их сторонишься, мать извелась вся, расспрашивала о тебе.
У меня брови буквально на лоб полезли. Ну, да, общаться мы сейчас стали меньше и ни о чём. Пусть не каждый день, но я звонила. И старалась беречь их, не тревожить по мелочам. Ни о проблемах на работе не рассказывала, ни о том, что Олег домой явился, – тем более. К тяжёлой артиллерии собиралась прибегнуть в крайнем случае. И вот крайний случай явился ко мне сам, не спрашивая.
– То есть ты пришёл с инспекцией, зная, что меня нет дома? – я всё ещё пыталась поймать логику. Логика куда-то пряталась и даже нос не показывала.
Фил смутился. Редко когда можно увидеть его таким.
– Ну-у… я это… приглядывал за тобой. А что такого? Ты ж у нас нежная ромашка, тебя вокруг пальца обвести – тьфу! Только зазевалась – и всё, этот козёл уже на территорию пробрался. Права качает!
– А откуда ты про права знаешь? – уже я начинала злиться.
Фил посмотрел на Марка, словно помощи искал. И сразу во мне подозрения вылезли.
– Вы что, договорились о чём-то? – наехала я на Марка. Тот только меня остужающим взглядом окатил. Мол, как я могла так подумать?
А о чём, спрашивается, мне думать, когда стою тут, слушаю какой-то детский лепет от своего великовозрастного брата, который ещё почему-то и на соседа косится?
– Мил, да сам я, сам, – схватил Филипп меня за руку. – По собственной инициативе. Может, пойдём уже? Холодно.
Ну, да. Мороз под вечер. А этот фраер в лёгкой курточке и без головного убора.
– Пойдёмте ко мне, – тронул меня за руку уже Марк. – Спокойно обсудим всё.
Неплохая идея. Заодно ужин приготовлю, Андрея позову. Что-то мне самой не очень-то хочется домой идти, с Олегом встречаться.
– Хорошо, – вздохнула я. – Спасибо.
В ответ – только пожатие. Ободряющее, успокаивающее, такое нужное мне сейчас. Марк не мелочится, не спрашивает, а просто что-то делает для меня, и оказывается, я в этом нуждаюсь.
Я та, что привыкла на себе везти весь семейный воз, всегда чем-то жертвовать, потому что всегда считала: так правильно, так надо. Я никогда не упрекала в этом мужа. Вот только он, как оказалось, нашёл к чему придраться, предъявил претензии, заставил меня колебаться и брать весь груз ответственности на себя.
А сейчас я вынуждена снова искать компромиссы, потому что он то изменил, то ускакал к своему Артуру Петровичу, то вернулся назад. Но ведь моя жизнь не гармошка, нельзя до бесконечности тянуть меха и наивно верить, что они никогда не порвутся.
  
 Глава 38 
– О, папа. Тётя Мила, – встретила нас в дверях Катя и с любопытством посмотрела на Фила.
– А это дядя Филипп, мой непутёвый брат, – представила я Фила.
– Мадмуазель, – шаркнул ножищей братец и склонился в три погибели, чтобы поцеловать Катюшке руку.