Дикорожденный (ЛП)

Нора хихикнула, а затем быстро прикрыла рот рукой.
— Извините. — Просто порыв, хотя она не думала, что уже сделала что-то не так.
Мужчина смотрел на нее, но молчал. Или, по крайней мере, ей казалось, что он на нее смотрит — за визором ничего не было видно.
Слабо улыбнувшись ему, она сказала:
— Так… это карантин? Поэтому вы в костюме? Мне нужен терминал связи. Мне нужно отправить сообщение дяде, Джо Шоу. Одному из инженеров гиперврат «Абеоны». Он всё еще на «Абеоне». Кое-что случилось…
  
Зрение затуманилось, когда она вспомнила залитое слезами лицо Джо и его окровавленный нож. Она качнулась вперед.
Мужчина резко встал.
По спине Норы пробежала дрожь, когда он выпрямился во весь рост. Около семи футов, если бы ей пришлось угадывать. Он подошел к углу комнаты, где аккуратной стопкой лежали ее фиолетовый рабочий рюкзак и готовые обеды. Он взял верхнюю упаковку.
— От Джо не было новостей? — снова спросила Нора, наблюдая, как его серовато-белая рука переворачивает коробку с едой. — Может, его сообщение не прошло. Я Нора Шоу с космического терминала «Абеона». Номер 1178. Джо…
— Медленно, — сказал мужчина. — Говорить медленно.
— Ох, простите, — сказала она, и ее лицо загорелось.
Он не ответил, поглощенный возней с коробкой еды и становясь всё более раздраженным.
Она попыталась встать, но острая боль прострелила ногу, заставив ее вскрикнуть.
С нечеловеческой скоростью мужчина внезапно оказался рядом, поймав ее до того, как она упала на пол.
— Не двигаться, — сказал он. — Нога боль, не сломанная.
Ее дыхание сбилось от того, как он произнес слово «сломанная». Разве ангел из ее снов не говорил что-то подобное?
— Вы можете… Не могли бы вы сказать мне свое имя?
Он бережно опустил ее на кровать, натянув одеяло ей на ноги. Положил коробку с едой рядом с ней, а затем отступил к дальней стене.
Как только она открыла рот, чтобы спросить еще раз — паника нарастала из-за его заминки, — он заговорил.
— Ай-рик.
Нора выдохнула с постыдным облегчением.
— Эрик?
— Нет.
Он повторил предыдущее произношение. Два слога, но с двумя отчетливыми гласными в «Айр», требующими такого выверта языка, который Нора и не надеялась повторить.
— Эрик.
Мужчина покачал головой, а затем отрывисто произнес что-то, словно отдавая команду кому-то другому. Кораблю?
Постучав по стене позади себя, он провел по ней пальцем в перчатке. Его костюм и стена взаимодействовали, фиксируя его движения.
Нора смотрела, затаив дыхание и не в силах оторвать взгляд. В роликах о «Вальхалле» никогда не показывали таких технологий.
Мужчина остановился, поворачивая голову влево-вправо, словно проверяя свою работу. Он дважды прижал палец к стене, а затем отступил.
Светящимся желтым шрифтом, пульсирующим так, словно стена дышала, было написано одно слово: «Айрик». Он вернулся, чтобы поставить точки над буквами «а» и «й».
Не зная, что еще сделать, Нора подняла руку и неловко помахала.
— Привет, Аирик, — пискнула она, поморщившись, когда снова услышала, что произнесла имя неправильно. — Аирик, — попыталась она еще раз, приходя в ужас от того, что никак не может выговорить его верно. — Айрик… Айр…
— Хорошо. Нормально. Достаточно. — Он махнул рукой, словно давая понять, что сойдет и так.
Ее глаза оставались прикованы к его имени на стене.
— Рада знакомству… Айрик. Я Нора…
— Шоунора с космического терминала «Абеона». Номер 1178. Знаю. Ешь. — Он указал на коробку рядом с ней.
— Эм, вообще-то, Нора. И я не голодна. Вы надолго со мной останетесь? Потому что мне нужно немедленно поговорить с Дэвис — она же командир, так? Джо сказал…
— Медленно, — произнес Айрик; его голос был тихим, но напряженным. — Я понимаю… медленно.
По коже побежали мурашки, когда она услышала этот легкий рокочущий рык.
— М-можно мне, пожалуйста, поговорить с Дэвис?
— Нет.
— Почему нет?
— Нет Дэвис. Только я. И… Эд'ун. — Он обвел рукой пространство вокруг, словно указывая их местоположение.
За глазами запульсировала боль.
— Эд'ун — это еще одна колония на Марсе? Потому что это значит, что я разбилась…
— Разбилась. Да, ты разбилась. Но теперь — безопасность. Ешь. Пей.
Нора сидела ни жива ни мертва, пока Айрик подходил к ней. Он разорвал коробку с едой — не потянув за язычок, а используя острые выступы на своей перчатке — и протянул ей упаковку.
— Ешь. Сейчас.
Она смотрела на собственное отражение в его шлеме: ее округлившиеся глаза освещались бликами, так что она видела, как глупо выглядит.
Волна гнева обожгла ее.
Может быть, дело было в наркотиках. Может, в том, что она позволила Джо сотворить с ней такое. А может, она просто злилась, что пережила совершенно невероятный способ умереть.
Она выбила еду у него из рук.
— Я сказала, что хочу поговорить с Дэвис.
Волна тошноты мгновенно накрыла ее, когда она осознала, что только что сделала, но, черт возьми, ей уже за тридцать, и надо же было когда-то учиться постоять за себя.
Айрик уставился на свою всё еще раскрытую ладонь, затем перевел взгляд вниз, туда, где на полу рядом с его огромным ботинком валялся пакет с едой. Медленно он повернул к ней голову, словно не веря своим глазам.
Ее сердце бешено заколотилось, когда он шагнул к ней. Гора мышц и роста, воплощение неповиновения и власти.
— Нет. Нет, Дэвис. Нет больше никого. Только я.
— Ч-что значит, больше никого?
— Здесь пусто. Вызывать мертвый.
Нора отодвинулась на кровати, поморщившись от боли в лодыжке.
— Почему не хороша в спокойствии?
Если бы руки Норы не были как вата, она бы сорвала с него шлем и влепила пощечину так же, как ударила по еде.
Она глубоко вдохнула и заговорила медленно, как он и просил:
— Айрик, пожалуйста, скажи мне, где я. Мне становится страшно, и, знаешь ли, у меня и так выдался довольно дерьмовый денек.
Он смотрел на нее, склонив голову набок.
— Пожалуйста, — взмолилась она.
Он наклонился так, чтобы их головы оказались на одном уровне.
— Как ты сюда прибыть?
— Я не знаю… Пожалуйста, Айрик.
Как бы она ни сопротивлялась, она не могла сдержать слез, услышав отчаяние в собственном голосе.
Что-то в ее слезах наконец-то заставило его пошевелиться. Он взмахнул рукой над стеной, где написал свое имя. Стена замерцала, словно пруд, в который бросили камешек, пошла рябью, пока не прояснилась, став похожей на стекло.
О, блядь.
Менее чем в пятидесяти футах от окна стадо массивных, неуклюжих существ паслось на пурпурной траве. У них была серая шерсть, слоноподобные туловища, только в два раза больше, и головы как у волов. Некоторые лежали на боку, купаясь в свете двух заходящих солнц под сине-розовым небом. Одно из них лениво повернулось к ним, безмятежно пережевывая пищу. Оно моргнуло всеми тремя парами глаз, прежде чем вернуться к еде. За ними раскинулся густой лес с деревьями такой высоты, что она не видела крон.
Это был не Марс. И, учитывая, сколько сотен часов документальных фильмов о дикой природе она пересмотрела, она знала, что это и не Земля.
— Думаю, мне пора идти, — сказала она, пытаясь выбраться из кровати. Ее конечности запутались в простынях. Она забилась с криком, пытаясь освободиться.
— Будь спокойна, Шоунора. — Айрик бросился к ней. Он распутал одеяла, но продолжал плотно удерживать ее за ноги. — Куда идти?
Нора резко повернула голову к двери. Краем глаза она заметила, что он проследил за ее взглядом.
Он зарычал — хищник, почуявший, что его добыча вот-вот сбежит.
Прежде чем она успела попытаться, Айрик вскочил на кровать, натянув простыню поверх нее. Койка прогнулась под его весом. Он прижал ее к матрасу, натягивая ткань: его кулаки уперлись по обе стороны от ее плеч. Его колени находились по бокам от ее бедер, всё его тело изогнулось, запирая ее в клетку под собой.