Между строк (ЛП)

Я беру свои карты.
— Есть. Но сначала мне нужно выиграть место для ночлега.
Он улыбается и берет свои карты.
Первая игра длится дольше, чем я ожидала. Он уверенный, сильный игрок, но не глупый. Он не принимает поспешных решений.
Я делаю промах в самом начале. Рискую, когда у меня уже шестнадцать очков.
Нет нужды рассказывать ему о моем прошлом. Или о том, что я только что провела четыре месяца с чемпионом мира по онлайн-покеру, помогая ему писать мемуары. Недавно я оставила его в Чикаго после сдачи второго черновика книги.
  
Конечно, блэкджек гораздо проще. Никаких фишек. Побеждает тот, кто ближе к двадцати одному. Но все равно приходится делать ставки с учетом вероятности. Эйден выигрывает первый раунд. Я качаю головой.
— Черт.
— Ночь еще только начинается, — говорит он.
Люди вокруг нас явно думают иначе. Они постепенно уходят, заканчивая ужин. Без всякого повода официант подходит к нам с миской орехов и молча наливает Эйдену еще бурбона. Я все еще пью второй бокал вина.
— Может, нам стоит немного повысить ставки, — говорю я.
На этот раз моя очередь раздавать карты, а азарт делает меня смелее. Я чувствую себя кем-то другим, кем-то, кто умеет вести такие разговоры и говорить такие вещи.
Эйден поднимает бровь.
— О? О чем ты думаешь?
— Я ничего не знаю о тебе, — говорю я. — Думаю, будет справедливо, если победитель раунда также сможет... задать вопрос по своему выбору. Проигравший должен будет ответить честно.
— Ты хочешь узнать меня, Хаос?
— Это очень глупое прозвище.
Снова мелькает полуулыбка.
— Правда? Потому что ты именно такая. Но я согласен. Твоя очередь раздавать.
Мы играем в тревожной тишине. Это нелегкая игра. Между нами витает напряженность, и я замечаю каждое его движение. Как он сжимает рукой стакан. Как он перемещает свои длинные ноги под столом, одна из которых касается моей икры.
Он не похож на типичного туриста. Есть много признаков, которые его выдают. Его дорогие качественные ботинки сильно поношенные. Но его брюки выглядят новыми, а кожаная куртка совершенно не похожа на то, что выбрал бы турист.
Много контрастов.
Он смотрит на свои карты.
— Итак. Куда ты направляешься?
— В Лос-Анджелес.
Он поднимает брови.
— В Лос-Анджелес, да? Большой город по сравнению с этим местом.
— Да. Когда-нибудь был там?
Он улыбается.
— Да, раз или два.
— Я тоже, но только на короткое время. Я с нетерпением жду, когда смогу побыть там подольше и по-настоящему исследовать город. Посмотреть достопримечательности.
Он кивает и берет еще одну карту.
— Там есть много всего интересного.
— Мм-хмм.
Мы играем в тишине еще один раунд. Он проходит быстрее, чем предыдущий, и в конце он стонет, когда превышает 21. Я выигрываю с жалкими 14 очками.
— Не думал, что ты это сделаешь, — говорит он.
Я делаю глоток вина и смотрю ему в глаза.
— Не недооценивай меня.
Его взгляд задерживается на моем.
— Я учусь этого не делать.
Вино разливается сладостью на языке, усиливая легкое опьянение. Я чувствую вкус нового приключения. Судя по его глазам, он тоже.
Кто-то кашляет. Мы оба поднимаем взгляды и смотрим на бармена, стоящего рядом.
— Боюсь, мы закрываем бар, — говорит бармен. — Мне очень жаль.
— Печально.
Эйден смотрит на меня, его выражение лица не читаемо.
— Мы выиграли по две игры каждый. Осталась одна, — шепчу я.
— Похоже, нам придется закончить эту игру где-то еще, — говорит он.
Я дышу быстро и поверхностно.
— Да, похоже на то.
— Хорошо, что в конце коридора есть удобная пустая комната.
  
Глава 3
 
Шарлотта
— В номере есть мини-бар.
Его улыбка становится еще шире.
— И тот, кто выиграет, за него заплатит. Мне нравится ход твоих мыслей, Хаос.
Мы молча идем по коридору к номеру, ключ-карты от которого есть у нас обоих. Золотые цифры на двери блестят, контрастируя с темным деревом.
Он сканирует свою карту и придерживает для меня дверь. Я прохожу мимо него в комнату, которую на эту ночь считала своим убежищем. Посреди номера стоит большая кровать. В углу – письменный стол. Двухместный диван и небольшое кресло перед телевизором. Справа – ванная комната, где мы... встретились ранее. Мы оба проходим мимо нее.
И большая кровать посреди комнаты... Теперь этот факт гораздо сложнее игнорировать. Она огромная, с роскошным белым постельным бельем и таким количеством подушек, которое не может понадобиться ни одному нормальному человеку.
Эйден открывает мини-бар, а я сажусь на диван. Провожу рукой по мягкой ткани и стараюсь не задумываться о будущем. Я хочу остаться в настоящем. Принять глупое решение.
Я нахожусь в промежуточном состоянии. Я могу быть кем угодно на одну ночь, а завтра сесть в машину и уехать.
Эйден протягивает мне несколько маленьких бутылочек и садится в кресло напротив меня. Здесь он выглядит еще более мощным. Он занимает больше места, и кажется, что кресло исчезает под ним. Этот мужчина резко контрастирует с изысканной элегантностью комнаты, окружающей нас.
Он раздает карты сильными руками. Мой взгляд задерживается на них. Длинные пальцы, широкие ладони.
— Расскажи мне что-нибудь о себе. Я тебя совсем не знаю, — говорю я.
На его губах появляется улыбка.
— Тебе ли об этом говорить. Для женщины, которую я видел голой, я почти ничего не знаю о тебе.
Я задерживаю дыхание.
— И это не нормально для тебя, верно?
— Да, — говорит он и делает еще один глоток из своего бокала. — Не нормально.
Эта комната просторная. В ней есть отдельная терраса. Еще бы, это же номер повышенной комфортности, а не стандартный, который я бронировала. Но вдруг он кажется очень маленьким.
— В мою защиту скажу, — говорю я, — что это был очень длинный день.
Его взгляд становится хищным.
— Не думаю, что тебе нужны оправдания.
Я беру свои карты.
— Не везде есть... хороший напор воды.
— Могу себе представить.
Его взгляд тяжело ложится на меня, и я чувствую, как меня охватывает жар.
— Жаль, что я, — он перебирает карты, прежде чем снова посмотреть на меня, — прервал тебя, не дав закончить.
Я сжимаю карты в руках.
— Это было немного невежливо.
— И несправедливо. Как ты сама отметила ранее, я видел так много тебя, а ты совсем не видела меня.
— Не очень по-спортивному, — говорю я.
Он слегка качает головой.
— Совершенно верно. Звучит, как будто нам нужно немного повысить ставки.
— Победитель все равно получает комнату, — говорю я.
— Да. Конечно.
Его пальцы барабанят по подлокотнику, глаза смотрят на меня.
— Но давай немного продлим – лучший из девяти раундов, а не из пяти.
Я скрываю улыбку.
— Похоже, тебе тоже некуда спешить.
— Нет. Мне просто нужно сначала выиграть, как и тебе.
Он наклоняет голову.
— Вместо вопросов... проигравший в раунде должен снять один предмет одежды.
Мое сердце замирает в груди, а потом начинает биться сильнее. Я скрещиваю ноги и стараюсь выглядеть невозмутимой.
— Конечно. Почему бы и нет?
На мне совершенно приличное нижнее белье. Я так думаю. Черные трусики, верно? Может, серые. А бюстгальтер – один из моих обычных. Придется довольствоваться этим.
Теперь мы оба играем быстрее. Это негласное соглашение – ускорить темп.
Он проигрывает следующую партию. Чем дольше мы пьем, тем сложнее играть умно. И, честно говоря, я сама промахнулась не раз.
Он отвлекает меня. Но на этот раз мне снова удается выиграть, и он тихо ругается, когда тянется за курткой.
  
— Ты хороша, Хаос.
— Не надо так удивляться.
Его губы складываются в полуулыбку, и он снимает поношенную кожаную куртку, бросая ее на пол позади себя. Теперь на нем серая фланелевая рубашка, две верхние пуговицы которой расстегнуты. Из-под воротника выглядывает загорелая кожа и волосы на груди.