"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Ферзенский император уснул с первыми лучами утренней зари.
― Эй!.. ― игриво звал его женский ностальгический голос.
Карлос быстро повернулся и увидел стоящую за его спиной женщину. Ею была Диана.
― Диана... ― выдохнул он.
С улыбкой присущей только ей девушка озорно, немного раздражительно, но искренне окликнула его снова.
― Но.... Почему ты так одета?
Озаботился мужчина, смотря на её оголённые плечи и лёгкое платье цвета топлёного молока. Осмотревшись вокруг и заприметив, что кругом лежал блестящий снег он принялся снимать с себя парадный кафтан, в котором восходил на трон. Усыпанный рубинами и другими драгоценными самородками, вышитый золотом он смотрелся на ней глуповато стоило ему положить одеяние ей на плечи.
  
― Слишком велик…. Давай я обниму тебя. ― потянулся Карлос к ней.
Но девушка отпрыгнула назад и улыбаясь она как-то задиристо сбросила с плеч нарядные одежды прямиком в сугроб.
― Снова ты за своё? ― усмехнулась Диана. ― Всё пытаешься примерить на меня то, что мне не подходит.
― Заболеть захотела?
Раздражение и волнение отражались в его голосе и когда он снова сделал шаг к ней навстречу шатенка уклонилась и сказала: ― Видишь? Вон там мой плащ. ― и указывая рукой добавила: ― У зеркала. Принеси мне его.
Удивлённый тем что это было сказано в приказном тоне, но ничуть не разозлившись Карлос спросил: ― Ты прекратишь убегать тогда?
В ответ на молча улыбалась, склонив голову набок.
Карлос обречённо вздохнул, а обернувшись назад обнаружил огромное зеркало высотой, превышающей его рост в несколько раз.
― Откуда оно здесь? Присмотревшись, мужчина увидел в отражении себя, но намного моложе, а позади девушку. Она смотрела на него и улыбалась, заправляя за ухо свои светлые волосы. Он не узнавал в ней никого.
― Долго мне ещё ждать? ― требовательно спросила светловолосая.
Вновь обернувшись, он не обнаружил Дианы, на её месте стояла та самая светловолосая незнакомка с голосом точь-в-точь как у Дианы.
― Не понимаю....
Слёзы выступили у неё на глазах: ― Мне так холодно....
Карлос не понимал происходящего, но поспешил найти её плащ, и когда во второй раз взглянул в зеркало в отражении увидел Диану.
― Жак, я скучаю...
― Неужели я схожу с ума
Нетерпеливо повернулся он обратно к девушке, но на месте Дианы в этот раз стояла дама кою он встретил когда-то на кладбище.
― Она скучает... Слышишь?
Будто издеваясь над ним повторила рыжеволосая и принялась стягивать с головы капюшон.
В этот момент ферзенец проснулся.
В холодном поту он вскочил на ноги и ринулся к двери.
Михаэль долго отговаривал старшего брата от этого решения, но тот был непреклонен. Следующим днём Император ферзена отбыл из столицы в земли Акроса.
* * *
Это был первый тайный визит ферзенского Императора в Акрос после смерти Дианы.
Кладбище не изменилось с того момента. Резиденцию Эрскинов на его взгляд долгие годы никто не посещает, но за ней неустанно следят садовники и прислуга. Первое изменение что Карлос засметил, оказалось статуей Дианы, что сидела за шахматной доской и пустующее место напротив.
Он медленно провел пальцами по выточенному из камня лицу и улыбнулся.
― Так похожа…
Затем опустил взгляд на разыгрываемую партию. Определённо Диана была заядлой мухлёвщицей, так как даже сейчас она держала под столом фигурку вражеского ферзя, а другой рукой собиралась делать конём мат королю.
Ферзенец чувствовал, что скульптура несет в себе настоящую историю того, кто её заказал.
Историю Дианы и Ноа, но Карлоса это не злило, как часто бывало в молодости. От ревности он заводился по-любому поводу, когда дело касалось Эрскин.
— Значит вот как ты покорила его сердце.
Карлос сел напротив каменной скульптуры и задумался о прожитой им жизне без неё.
― Я сделал всё что смог дорогая Диана. Принцесса, отнявшая твою бесценную жизнь и наше будущее, пятнадцать лет жила в доме утех, а после умудрилась покончит с собой. Она молила убить её… Я не сделала этого хотя безумно хотел. Я поступил с ней крайне жестоко после твоей смерти. Быть может, стоило убить её, а не отдавать на растерзание тысяче мужчинам?
― Она заключила бы её до конца жизни в темнице.
Карлос повернул голову не поднимая глаз.
У выхода с кладбища стоял Ноа чьё лицо тронуло время, волосы седина, а вот кобальтовый холодный и где-то осуждающий взгляд оставался прежним.
― Что ты здесь делаешь, Карлос?
― Она часто мухлевала?
Спросил ферзенец проигнорировав вопрос акроссийца.
Чуть подумав Ноа, ответил: ― Постоянно. Стража!
Эскорт Ноа и Карлса синхронно обнажили мечи и встали на защиту своих господ. Войны готовы биться насмерть — это читалось в их глазах.
― Оставьте нас. ― отдал приказ Ноа.
Карлос кивком головы также отозвал пустынных воинов и тогда мужчины остались одни.
Солнце садилось, а морозный ветер гулом проносился сквозь оголённые ветви клёнов.
Ноа встал за статуей Дианы. Он долгие годы объединял расколовшуюся страну после событий тридцати четырехлетней давности, а спустя семь лет женился на дочери западного князя соседнего княжества. Вынужденный брак помог с восстановлением ослабленного королевства, что теперь почитало короля Монро и его прекрасную супругу, подарившую мужчине троих детей.
― Слыхал недавно у тебя родилась дочь. Поздравляю… Имя у неё красивое ― Диана.
― Спрошу ещё раз. ― осёк его Ноа. ― Зачем вернулся?
― Опять же.... Это не твоё дело, герцог. ― с ненавистью ответил Карлос и поднялся на ноги.
― Убирайся Карлос. Уходи прочь и не возвращайся. Иначе…
Карие очи вмиг нашли холодящий душу кобальт и чуть сощурились.
Ноа прекрасно понимал, что угрозами ферзенца не пронять, да и в нынешнем положении начинать войну из-за ненависти друг к другу не целесообразно. У акросийца теперь было то, что он хотел защитить тем более от темпераментных ферзенцев.
― Хочу оставить прошлое в прошлом… ― выдохнул Ноа выпуская белые клубы пара. ― И ты оставь.
― Даже проститься не позволишь? ― поворачиваясь к надгробной плите спросил Карлос. ― Я нарёк мучится от сожаления тебя, но тем временем сам изнываю от тоски. Вот ведь... А ты вижу в порядке.
Ноа было жаль Карлоса. Боль от утраты Дианы сумела скрасить его супруга, вот только не было того трепета коей был между ними с Леди Эрскин. Он уважал, ценил, доверял и был благодарен своей жене за её терпеливое отношение. Благодарен за то, что княжеская дочь помогла ему исцелить раненую душу и собрать расколовшиеся сердце. Он любил её, но Диану он любит больше.
― Я покину эти земли навсегда, но лишь после разговора с ней.
Карие и кобальтовые глаза будто пламя и лёд устремились друг на друга.
Нынешний король Акроса отчётливо читал во взгляде ферзенца тоску, печаль и бесстрашие
Осознав, что мужчина до сих пор не смирился и не отпустил Диану, Ноа решил уступить в последний раз. Он ещё помнил о той, сводящей с ума боли после потери любимого человека.
― Покинь территорию столицы до того, как пробьёт полночь.
Когда топот копыт и звук отъезжающей кареты стих, Карлос приблизился к могиле. На надгробие была выгравировано «Теперь я свободна», а под надписью строки любовной записки-стиха известного писателя за чтением книг которых девушка любила коротать время.
 
 
«От любви сходить с ума считается болезнью.
 
 Неизлечимо болен я, лишь от любви к тебе.
 
С блаженной грустью пришел к тому, что излечиться от тебя я не способен.
 
Ты та, из-за кого готов страдать от боли с улыбкой на губах.
 
И больно мне не от любви к тебе, а от того, что нет любви в твоих глазах.
 
Невыносимо видеть, что любовь моя приносит лишь страданья твоему сердцу.
 
И лучше я приму лекарство, зовущееся Смертью,
 
Лишь это облегчит твои страданья.
 
Любовь – это болезнь, сводящая с ума,
 
Лишь от любви сердца чернеют чаще.
 
Его, не тронутое тьмой, я вырву из груди и подарю тебе.
 
А после ласково скажу:
 
Прости меня за боль, что принесла тебе моя любовь…
 
Протягивая руку, в которой бьется сердце».