Неродственная связь (СИ)

Хотя, если подумать, он тоже не в моём вкусе... Может, дело даже не во мне, а в том, что Дина, зная меня вдоль и поперёк, просто не может представить такую связь?
— Да, немаленький, — соглашается мачеха. — После смерти отца он долго был сам не свой. Я даже переживала, как бы у него не началась серьёзная депрессия. А теперь, если у сына действительно появилась девушка, это вроде бы хорошо. Главное, чтобы не было отката. Ты, кстати, не замечала, чтобы Аслан с кем-то общался в университете?
Откусив изумительно мягкий пирожок, я делаю вид, что задумалась на несколько секунд.
— Нет, к сожалению. Аслан ни с кем особо не контактирует, а если и да, то я этого не вижу.
— Жаль, — вздыхает Дина. — Но если она есть, то я почему-то представляю её светлой, доброй и ласковой…
— Может быть, — ворчу, стараясь скрыть недовольство.
— Взял бы да пригласил её в гости, познакомил. Почему нет? Я бы с удовольствием накрыла красивый стол, приготовила что-нибудь особенное. Посмотрела бы на неё, поговорила...
Отодвинув от себя пустую чашку с чаем, я бросаю взгляд на часы. Сегодня суббота — мы с папой и Диной собираемся к дяде Коле. У родителей годовщина свадьбы, а у него как раз есть всё, чтобы отпраздновать с размахом: огромный гостинично-ресторанный комплекс, СПА, озеро, конюшня и даже винный погреб.
— …или взял бы с нами в путешествие, — продолжает строить планы мачеха. — Но Аслан, к сожалению, отказался ехать. Наверное, хочет провести выходные как-то по-своему.
Я застываю с чашкой у раковины, не сразу осознавая, что вода из крана бьёт слишком горячая. Кожа на моих руках начинает краснеть, но я почти не чувствую этого, задумавшись над её словами.
— Как это не едет?
— Не знаю, сказал, что не хочет.
Едва закончив разговор, я взлетаю по ступенькам и направляюсь в гостевую комнату. Захожу без стука, как обычно, и застаю Аслана за ноутбуком.
— Почему это ты отказался от семейной поездки к дяде Коле?
Я подхожу ближе и обнимаю его со спины. На экране мелькают цифры и строки кода — дремучий лес, в котором я до сих пор не ориентируюсь.
— В душе не ебу, кто это.
— Дядя Коля — давний друг родителей. Отличный мужик, я его обожаю.
Вдыхая запах кожи, я прикрываю глаза и мягко тыкаюсь носом в шею, ощущая, как Аслан на секунду замирает, отложив работу.
— Что мне там делать, Алин?
— Ты просто не представляешь, как там круто. Лес, огромная зелёная территория, современные номера, лошади, мини-зоопарк и три ресторана...
Его глубокий выдох отзывается внутри меня тихой вибрацией, словно проникает сквозь кожу. Несложно догадаться, каким будет ответ, но во мне пока море энтузиазма.
— Ок. Отдохни за меня.
Я недовольно фыркаю, и мои нежные прикосновения сменяются лёгкими укусами.
— Если не поедешь ты, то не поеду и я. И мы спалимся, потому что Дина уже подозревает, что у тебя кто-то есть.
Отстранившись, я подхожу к шкафу и вытаскиваю с нижней полки вместительный рюкзак, начиная складывать туда вещи. Сначала мне попадается толстовка — тёплая, серая. Затем пара не слишком аккуратно свернутых футболок. Шорты, спортивные штаны — всё летит в рюкзак без разбору.
Чёрную водолазку и джинсы Аслан больше не носил — это было исключением на один вечер. Ради меня.
— Слушай, а где у тебя носки?
В комнате раздаётся скрип колесиков стула. Крышка ноутбука с грохотом захлопывается, и Аслан поворачивается ко мне, скрестив руки на груди с явным недовольством.
— Пожалуйста, прекрати рыться в моих вещах. Давай я как-нибудь сам.
— Поедешь? — застываю, глядя на него.
— Посмотрим.
Ох уж этот многозначительный ответ...
Чтобы не испортить настрой, я ухожу к себе в спальню и принимаюсь собираться. На пару дней, конечно, нужно взять всё самое необходимое: купальники, вязаный костюм, куртки — одну потеплее, другую полегче, вечерние платья, обувь на любой случай и косметику.
В одну дорожную сумку всё это, естественно, не помещается. Приходится использовать две.
Я до последнего не уверена, согласится ли Аслан, поэтому немного нервничаю, спускаясь вниз и загружая вещи в багажник отцовской машины. Если он всё-таки не поедет, у меня есть план Б — сослаться на то, что разболелся живот.
  
Хотя, признаться, у дяди Коли мне всегда нравится. Не было ни одного раза, чтобы я пропустила поездку туда на годовщину родителей. Это уже своего рода традиция. Да и подарок для них я приготовила заранее…
— О, всё-таки едет, — довольно замечает мачеха, пристёгивая ремень безопасности, когда Аслан спускается по ступеням с рюкзаком на плече.
Я внутренне ликую, хотя внешне сохраняю невозмутимость. У нас, пусть и неидеальная, но всё же семья, а такие небольшие совместные поездки всегда сближают.
В дороге в машине шумно и весело. Папин «мерс» — большой и комфортный. Правда, меня то и дело тянет потребовать внимания Аслана: чтобы он коснулся моей ноги, погладил или сжал. Но я знаю, что нельзя.
Первое время Тахаев спокойно смотрит в окно, а потом достаёт из отсека книгу. Погружаясь в чтение, он полностью отстраняется и не участвует в душевных разговорах. Тем временем мы втроём обсуждаем, что у дяди Коли, оказывается, новые жизненные повороты: мужчина завёл любовницу и съехал от жены.
Это неожиданно вызывает бурю эмоций у родителей — они то возмущаются, то смеются, перебивая друг друга.
— А я его предупреждал: не связывайся с малолетками, — говорит папа. — Проблем потом не оберёшься. Они ушлые, хитрые. Сначала им ничего не надо, а потом: «Милый, я беременна, бросай жену».
В салоне громко играет шансон. Я его терпеть не могу, но он неизменно ассоциируется с семейными путешествиями. Только теперь нас больше — и я искренне этому рада.
— А ты откуда знаешь? — хмурится Дина, бросая взгляд на отца. — По личному опыту раздаёшь советы?
Пока они спорят, перебрасываясь колкими фразами и всё больше накаляя обстановку, я ловлю момент, пододвигаю руку и касаюсь руки Аслана.
Он продолжает смотреть в книгу, но от моего прикосновения едва заметно поднимает уголки губ. Моё сердечко тает каждый раз, когда он так делает. И после тоже — когда незаметно для остальных сплетает наши пальцы.
  
Глава 41
 
***
На подъезде к комплексу я не выдерживаю — наклоняюсь между передними сиденьями, чтобы лучше разглядеть главный вход.
Дядя Коля начал стройку ещё задолго до моего рождения, но с тех пор многое изменилось. Из скромного мотеля вырос элитный пятизвёздочный отель с более чем сотней номеров.
Территория напоминает сцену из фильма: ухоженные клумбы, ровные ряды фонарей и высокие кованые ворота, за которыми начинается длинная аллея. Парковка плотно заставлена автомобилями премиум-класса, а вдоль дорожки неспешно движутся гольф-кары, приветливо ожидая гостей.
— Гончаров, кстати, говорил, что нанял в ресторан топового мишленовского шефа, — произносит папа, заглушая двигатель. — Он представит его за ужином, когда присоединится к нам.
— Твой друг нас даже не встретит? — удивляется мачеха, недовольно поджав губы.
— Нет, сказал, что дела. Но администрация знает о нашем приезде, всё должно быть готово.
Дина выходит из машины первой, открывает багажник и аккуратно достаёт оттуда домашние пироги. Несмотря на то что дядя Коля привык к изыскам высокой кухни, перед этими простыми угощениями он никогда не может устоять.
Аслан закидывает рюкзак на плечо и легко подхватывает мои две сумки. Отец несёт одну общую с Диной, но внушительных размеров. Однако вскоре нас перехватывает носильщик, забирая большую часть багажа.
Мы проходим через просторный холл, отделанный мрамором и украшенный массивными люстрами с переливающимися хрустальными подвесками. Зона ресепшена утопает в мягком свете, а за стеклянной стеной открывается вид на террасу.
Администратор вручает нам три магнитных ключа, и я мысленно скрещиваю пальцы, надеясь, что наши с Асланом номера окажутся подальше от родительского.