Старсайд (ЛП)

Её глаза вспыхивают.
— Он тебе дорог?
— Нет, — выплевываю я. Но это ложь.
Она, кажется, тоже это понимает.
— Позволь мне кое-что рассказать тебе о великих мечах, Арис. О мечах, выкованных самими стихиями, богами, сильнейшими эмоциями. Выкованных из любви и ярости.
— Мечи богов, — произношу я.
Она кивает.
— Великие мечи сливаются с твоей душой. С твоим сердцем. И когда ты впускаешь в него кого-то… он может забрать то, что принадлежит тебе.
  
И я впустила его.
Мои руки дрожат от гнева. Щеки пылают от стыда. Неужели Рейкер знал об этом? Неужели именно поэтому он всё это время был со мной? Ждал, пока я влюблюсь в него, как дура, чтобы забрать мой меч?
Но почему тогда не убить меня? Почему не завладеть мечом таким способом? В этом нет никакого смысла.
— Почему именно мой? Почему не любой другой божественный меч?
Нам попадалось несколько. Тот, что был брошен в грязь. Тот, что скрывался в тумане. Он мог пойти за любым из них, но не сделал этого.
Она снова кивает, будто это был еще один правильный вопрос. Звезда на её лбу мерцает, когда она говорит:
— Твой клинок и его… когда-то они были единым целым.
Даже шум в ушах затихает.
Мои слова звучат как едва слышный шепот:
— Что?
— Ваши мечи — это две половины одного клинка. Вот почему они светятся одинаково. Давным-давно их разделили, ибо их сила в единстве была слишком велика. Ваши мечи связывают вас. — Тень проносится по её лицу. — Если он стремится снова соединить их, ты должна его остановить. Эти мечи, слитые воедино, принесут тысячелетия разорения.
Я не хочу этого. Я действительно хочу это предотвратить… но моя единственная цель — месть. Звездная Королева, похоже, знает и об этом.
— Связь с вашими мечами соединяет вас. Он — твоя карта. Следуй за ним, и ты достигнешь богов, которых ищешь.
Он — моя карта.
Даже если это правда — даже если я понимала, что это значит, — как мне туда добраться? Кто знает, когда он ушел? Он мог уже достичь Страны Богов.
— Но у меня… у меня ничего нет.
Она улыбается.
— В этом ты ошибаешься. Ты не одна, Арис.
Ты не одна.
Рейкер говорил эти слова. Он имел в виду себя, и он оказался лжецом.
Но он не был неправ.
Далекий пронзительный крик прорезает небо. Я знаю этот крик. Там, вдали, за облаками, сияет существо ярче всех звезд вместе взятых.
Мой дракон. Ее глаза мерцают, когда она видит меня. Словно она тоже искала.
Свет ослепляет меня лишь на мгновение. И в это мгновение моя кожа начинает гудеть, когда какая-то странная магия смывает всю кровь. Мягкие ткани и сверкающие доспехи покрывают мое нагое тело. Когда свет угасает, Звездная Королева парит передо мной, превращая луч света в меч из чистого звездного сияния. Она протягивает его мне.
— Любой может начать путь, Арис, — говорит Звездная Королева. — Но не каждый способен его завершить.
Она взмывает обратно в небо как раз в тот момент, когда мой дракон приземляется передо мной, заставляя гору содрогнуться.
Я отлетаю назад от мощного порыва, а затем бросаюсь вперед, обвивая ее шею руками. Мы прижимаемся лбами друг к другу, и звезда на ее голове сияет. Она сияет так ярко, что я чувствую, как нечто вжигается и в мою кожу. Я содрогаюсь от рыдания.
Затем она осторожно подталкивает меня носом. Принюхивается.
Я смеюсь, точно зная, какой запах она чувствует.
— Верно, — говорю я, подбрасывая вверх бриллиантовое ожерелье.
Она ловит его пастью. Бриллианты хрустят и разлетаются вдребезги под ее мощными зубами. Она сглатывает.
Я закрепляю меч звездного света за спиной, и он остается там, вибрируя. Готовый.
Как и я.
Я вскакиваю на дракона и произношу:
— Давай закончим это.
ГЛАВА 45
Ветер хлещет меня по лицу, отбрасывая волосы назад, но я не закрываю глаз. Весь мой мир теперь сосредоточен впереди. Звездная Королева была права. Я чувствую его. Словно тиски, сжимающие саму мою душу, проникающие в костный мозг; словно натянутый канат, эта мерцающая нить тянет меня через весь мир вслед за ним.
Он ушел далеко и быстро. Возможно, он всегда был способен на такую скорость. А может, это я его замедляла. Может, я всегда была для него лишь этим — препятствием, которое нужно преодолеть.
Конечно, так и было. С чего я вообще взяла, что всё могло быть иначе?
«Я тоже тебя вижу».
Эти слова преследуют меня, от них щиплет в глазах.
— Ты видел меня — и ты меня бросил, — бросаю я в пустоту, и ветер подхватывает мой голос, превращая его в эхо.
После всего, что случилось, было глупо полагать, будто то, что мне дорого, может оказаться чем-то большим, чем временное видение.
Гнев, агония и предательство переплавляют меня, пока я не становлюсь чем-то большим, чем просто это тело, эти доспехи и мерцающий меч звездного света. Я сама становлюсь мечом, выкованным в ярости.
Боги и не подозревают, что их ждет. Я не боюсь смерти так, как боятся они.
Это меня убьет.
Так и должно быть.
Крылья моего дракона бьют по воздуху, покоряя небеса, седлая ветра; она сражается подо мной, словно у нее есть своя собственная цель. Прижавшись к ней всем телом, я слышу, как ее мощный пульс отзывается в моем собственном сердце.
— Твое имя, — шепчу я, и я знаю, что она меня слышит. — Я так и не… я так и не узнала твоего имени. Может, поэтому, когда я звала тебя, ты не слышала меня.
Она издает низкий рокочущий звук, и ее чешуя под моими руками мелко подрагивает.
— Не думаю, что я выйду оттуда живой, — признаюсь я. — Ты спасла меня ради этого. Ты помогала мне ради этого. И за это я благодарю тебя. — Я делаю неровный вдох. — Я бы хотела отблагодарить тебя, назвав по имени.
Не благодари меня раньше времени.
Это был не голос в привычном смысле слова, а чувство, сплетенное в слова. Я ощущаю его так, будто она говорит прямо в моем сознании. Я не слышу звуков… но каким-то образом всё равно понимаю сказанное. Точно так же, как мой меч когда-то открыл мне свое имя.
— Как ты это сделала? — выдыхаю я.
Но ответа не следует.
Нить в моей груди натягивается — Рейкер. Он и наши мечи уже близко.
— Там, — говорю я, завидев мерцающую арку даже с высоты небес. Она скрыта стеной облаков, густых, как грозовой фронт.
Я вцепляюсь в ее чешую, когда она бросается вниз.
Прямо сквозь бурю.
И мы погружаемся в море магии. Она повсюду: мерцает, впитывается в каждое мое чувство, затапливает меня изнутри.
Всё вокруг пытается завладеть моим вниманием. В облаках зияют дыры, из которых изливаются радуги, подобные тропам, касающимся сверкающей земли. Стоит мне сосредоточиться на чем-то одном, как всё остальное исчезает.
Это место само по себе является испытанием. Кто-то может проделать весь этот путь, думаю я, и навсегда затеряться в этом лабиринте сияния.
К счастью, у меня есть мой дракон. Она прорезает эту красоту и приземляется перед аркой, образованной лучами серебристого света. Должно быть, это вход в источник магии. Я не вижу, что находится за ним — это место окутано плащом чар.
Я соскальзываю со спины дракона. Но в тот самый миг, когда я собираюсь войти, на меня падает тень. Я напрягаюсь. Резко оборачиваюсь.
Прямо рядом с моим драконом приземляется еще один зверь.
Вместо того чтобы тянуться к мечу, я едва не падаю на колени.
Зейн. Он сидит на спине массивного крылатого существа. В глазах начинает печь. Он сделал это. Он его приручил.
Великолепный Шлемоклюв.
Его улыбка преображает всё его лицо. Мгновение — и он уже на земле, сжимает меня в сокрушительных объятиях.
  
— Ты… ты жива, — говорит он, отстраняясь и глядя на меня широко раскрытыми от изумления глазами.
— Как и ты. — Я хмурюсь. — Ты уже… был внутри?
Он кивает и достает из сумки серебряную чашу. Она наполнена мерцающей жидкостью, которая каким-то чудом не выплескивается.