Гибель империи. Уроки для современной России

Пример шахтеров, добившихся хотя бы декларативного перераспределения в свою пользу товаров народного потребления, не мог не сказаться на положении в других отраслях, жизненно важных для функционирования советской экономики, в первую очередь нефтегазовой. В письме, опубликованном 10 марта 1990 г. в газете “Тюменская правда”, адресованном Председателю Совета Министров СССР Н. Рыжкову, Председателю ВЦСПС С. Шалаеву, руководитель тюменского областного комитета профсоюза нефтяников и газовиков Н. Тифонов предупредил: “Если до 1 апреля не будут наконец рассмотрены остававшиеся до сих пор без ответа неоднократные обращения трудовых коллективов нефте– и газодобывающей промышленности области к ЦК КПСС и правительству, коллективы готовы к остановке нефтегазодобывающих предприятий” [524]. Результатом ультиматума стало решение о выделении части добытой продукции нефтегазодобывающим предприятиям для ее реализации на экспорт и в стране. Это сокращает и так мизерный объем валютных поступлений, которыми может распоряжаться государство.
Из обращения Верховного Совета СССР к советскому народу по поводу повышения розничных цен: “В обеспечении населения страны хлебом и хлебопродуктами сложилось критическое положение. […] В 1989 г. около 40 % потребности страны в зерне покрыты путем завоза его из-за рубежа. Это означает, что в каждом килограмме потребленного хлеба треть его стоимости приходится на затраты валюты” [525].
Валютный кризис сказывается и на промышленном производстве. Директора Куйбышевского металлургического производственного объединения НПО “ВИЛС”, Ступинского металлургического комбината, Белокалитвинского металлургического завода, Каменск-Уральского металлургического завода, Красноярского металлургического завода, завода легких сплавов Минавиапрома СССР – Президенту СССР т. М. Горбачеву (октябрь 1990 г.): “…Положение с поставками первичного алюминия привело к остановке ряда прокатных цехов на металлургических заводах. За 9 месяцев 1990 г. недопоставлено 35 тыс. тонн первичного и 15 тыс. тонн вторичного алюминия. В октябре 1990 г. в счет госзаказа на алюминиевый прокат дополнительно своей телеграммой ЛВ-10-172 от 24.09.90 г. тов. Воронин Л. А. обязывает алюминиевые заводы Министерства металлургии СССР отгрузить 20 тыс. тонн первичного алюминия на экспорт. Это приведет к остановке прокатных мощностей, выводу рабочей силы и лишению семей работающих средств к существованию. 80 тыс. заказчиков – металлообрабатывающие предприятия отраслей промышленности не получат 150 тыс. тонн алюминиевого проката, не выполнят планы по выпуску товаров народного потребления на сумму более 12 млрд рублей. Последствия, которые возникнут после остановки заводов, невозможно компенсировать никакими продуктами, закупаемыми за счет продажи алюминия. Учитывая эти обстоятельства, мы вынуждены обратиться к Вам с просьбой разобраться в сложившейся обстановке и оказать помощь металлургическим заводам Минавиапрома СССР алюминием первичным на госзаказ 1990 г., рабочих – работой, а семьи работающих – средствами к существованию. Наше обращение к Председателю СМ СССР тов. Рыжкову Н. И. положительных результатов не дало” [526].
Если в 1989 г. в обиход при обсуждении вопросов экономической политики и сложившегося положения в стране в качестве общеупотребительного входит слово “кризис”, затем “острый кризис”, то к началу 1991 г. все чаще используется другое слово: “катастрофа”. Из программы Правительства РСФСР по стабилизации экономики и перехода к рыночным отношениям: “Экономика республики все ближе подходит к той грани, за которой нужно будет говорить уже не об экономическом кризисе, а о катастрофе. […] Степень неуправляемости экономикой достигла катастрофических размеров” [527]. Еще одно слово, которое в это время нередко упоминается в официальных документах, посвященных описанию ситуации в стране: “чрезвычайная”. Название Постановления Президиума Верховного Совета РСФСР от 25 января 1991 г. таково: “Об утверждении положения о чрезвычайной комиссии Съезда народных депутатов РСФСР по продовольствию”. Аналогии с реалиями 1918 г. очевидны. Из обращения ленинградской власти в правительство: “Создавшаяся чрезвычайная обстановка в г. Ленинграде по обеспечению города мясомолпродуктами вынуждает нас обратиться к Вам со следующим. Письмом Главпродторга № 2/10-20/615 от 15 марта 1991 г. Ленинграду установлен рыночный фонд на мясопродукты в количестве 512 тыс. тонн, то есть на уровне прошлого года. […] Однако Главпродторгом запланировано получить из союзных республик всего 173,8 тыс. тонн, что составляет 62 % к уровню прошлого года” [528].
 
Пример еще одного характерного документа того времени: Указ Президента СССР от 26 января 1991 г. № УП-1380 “О мерах по обеспечению борьбы с экономическим саботажем и другими преступлениями в сфере экономики”. Название говорит о многом тем, кто осведомлен об экономических реалиях 1917–1921 гг.
Объемы производства продолжают падать (см. табл. 6.6). Наиболее быстрыми темпами снижается производство в топливно-сырьевых отраслях. Сокращение добычи топлива в процентном отношении к соответствующему периоду 1990 г. составило 6 %, в т. ч. нефти – 10 (по России – 11), угля – 10 (по России – 11).
Таблица 6.6. Основные показатели экономического развития СНГ и России в 1991 г. (темпы снижения за год, %)
Источник: Российская экономика в 1991 году. Тенденции и перспективы. М.: Институт экономической политики, 1992. С. 31.
Из материалов, подготовленных Институтом экономической политики [529]. Резко сократилась добыча нефти: если в 1988 г. в России она составляла 569 млн т., то в 1991 г. ожидается добыча 461 млн т. Таким образом, всего за 3 года добыча нефти снизилась почти на 20 %. При этом падение добычи с каждым годом ускорялось (в 1991 г. по России оно составило 55 млн т). Уровень добычи нефти в СНГ и России в 1991 г. соответствует середине 70-х гг. Основными причинами падения добычи являются выработка ряда старых месторождений и отставание с вводом новых производственных мощностей из-за резкого сокращения финансовых и материально-технических ресурсов, направленных на развитие отрасли.
Развитие нефтедобывающей промышленности в настоящее время характеризуется высокой степенью выработанности запасов высокопродуктивных месторождений, ухудшением структуры сырьевой базы, снижением дебитов новых и действующих нефтяных скважин, ростом обводненности добываемой нефти, растущей необеспеченностью оборудованием и материалами, значительной изношенностью объектов производственной инфраструктуры, обострением экологической ситуации в районах добычи.
В структуре запасов нефти промышленных категорий существенно увеличилась доля низкоэффективных категорий. Если на начало двенадцатой пятилетки она составила 34 %, а по основному нефтедобывающему региону – Тюменской области – 44 %, то к началу 1991 г. – соответственно 45 и 57 %. Это связано со снижением доли высокоэффективных запасов в их приросте (по Западной Сибири она сократилась с 88 % в начальной стадии освоения района до 25 % в настоящее время) и высоким (более 60 %) уровнем выработки высокопродуктивных запасов.
Внутреннее потребление нефти и нефтепродуктов в России и СНГ в 1991 г. из-за резкого снижения их экспорта сократилось незначительно. Экспорт сырой нефти сократился в 2 раза.
В 1991 г. резко ускорилось начавшееся в 1989 г. снижение добычи угля. В 1991 г. добыча угля в России составит 352 млн т., что ниже уровня 1990 г. на 11 % [530]