Саламандра (СИ)

— Мальчики пьют воду из бокалов, — Лекс щелкнул пальцами и служанка вложила ему в руку металлический стаканчик с водой, тот сразу протянул его Ламилю, — покажи Чани, что ты умеешь пить воду, как взрослый!
Ламиль принял стакан и начал пить подслащенную воду. Он сопел и пыхтел, но очень старался, совсем, как детёныш ящера. В этот раз у него даже получилось не облиться, и поэтому ребенок выглядел победителем. Лекс сел на пол, распутал с Ламиля намотанный палантин и вместо него надел маленькую алую тунику с цветочками у ворота. Алый цвет очень пошел карапузу. Он был еще белокожим, с золотисто-карими глазами и густыми черными завитушками волос, которые обещали вырасти в густую шевелюру.
  
— Красивый ребенок, — глаза у Чаречаши загорелись, он посмотрел на брата и что-то прикинул в уме, — я хотел бы, чтобы он вырос таким же, как и ты! Я тоже хочу сильного младшего. Это будет интересно. Не только гаремный баловень, но и приятель в развлечениях, мы могли бы ездить вместе на охоту, и я не опасался бы оставлять его дома одного во время своих отъездов. Да, пожалуй, это будет именно то, что надо.
— У тебя будет очень красивый жених, — Лекс с улыбкой погладил ребенка по кудряшкам, — он еще разобьет тебе сердце.
Служанка принесла миску с мелко порубленными мясом и яйцами, и передала Лексу. Он сразу поставил миску на пол и, подняв пару кусочков, предложил их детенышу. Маленький Аши принюхался и осторожно принял первый кусочек. Проглотив, не жуя, он набросился на миску с угощением, наступив на нее лапой, чтобы добыча не убежала. Ламиль уронил стаканчик и заинтересованно присел у миски. Ему было очень интересно, что же можно есть с таким азартом. Ребенок вытащил из тарелки кусок рубленого яйца и потащил в рот, все взрослые замерли с не меньшим интересом. Ламиль засунул в рот кусочек яйца, прожевал, с удовольствием проглотил и потянулся за следующим, но Аши, недовольный, что его еду забирают, укусил Ламиля острыми зубками за пальчик.
Ламиль дернулся и сел на попку, подняв укушенный пальчик с глазами, полными недоумения. Он уже сморщился, готовясь расплакаться, Сканд и Чача недовольно сжали губы, но Лекс решил все по-своему.
— Ударь его! — Лекс взял ладошку Ламиля и стукнул Аши по морде, тот бросил миску и отбежал в сторону, не зная, как реагировать. Но Лекс смотрел на Ламиля, — никогда не позволяй обижать себя! И всегда отвечай ударом на удар, пускай другие плачут! А ты будешь сильным! Ты меня понял?
Ламиль поднял на Лекса глазки, в которых уже собрались слезинки, и показал укушенный пальчик, на котором собиралась капелька крови. Лекс наклонился и, подхватив ручку, пососал раненый пальчик и заодно поиграл с ним языком. Ламиль поджал плечики и захихикал. Он посмотрел на пальчик, крови уже не было и уже не было так больно.
— Правильно! Не надо плакать, лучше смейся, пусть враги недоумевают, — Лекс погладил Ламиля и посмотрел грозно на Аши, — не смей кусать Ламиля! — Лекс погрозил пальцем детёнышу, который нервно бил хвостом, — иди сюда, дурачок. Испугался?
Лекс жестом подозвал детёныша и погладил по голове, а потом придвинул к себе миску и взял оттуда кусочек вареного яйца. Он вздохнул, но был вынужден в воспитательных целях съесть, а потом придвинул миску к Аши и разрешил продолжить. Аши осторожно приблизился и, с опаской оглядываясь, принялся за еду. Ламиль с интересом смотрел за всем этим, но Лекс подхватил его на руки и уселся вместе с ним на лежанку.
— Ламиль, не ешь с ящерами, а то у тебя хвостик вырастет! Кушать надо за столом, как люди!
— У меня будет замечательный муж! — с довольной улыбкой отозвался Чаречаши, — как бы его теперь дождаться?
 О наглых ящерах 
Сканд ревниво занял место рядом с Лексом и Ламилем, а Чаречаши и Лейшану пришлось расположиться напротив, с другой стороны стола. Лекс понял, что есть лежа, да еще с ребенком, это из разряда фантастики, поэтому устроился боком, по-турецки, подобрав на сиденье ноги и устроив внутри, как в гнездышке, ребенка. Теперь было удобно дотягиваться до крайних тарелок, куда внимательные слуги поставили еду для Лекса. В ближайших к нему тарелках все было жареное и тушеное.
Лекс взял кусок рыбы и предложил Ламилю маленький кусочек. Малыш посмаковал новое и недовольно выплюнул в ладошку. У края лежака появился заинтересованный нос Аши. Ламиль предложил ему пожеванную мякоть, и ящер, не раздумывая, подхватил еду, не забыв лизнуть ладошку кормильца. Карапуз засмеялся и с надеждой посмотрел на Лекса. Тому пришлось кинуть кусочек рыбы мелкому попрошайке, из-под лежанки послышалось довольное чавканье.
— Видишь, Аши нравится рыбка, и ты жуй и глотай! Мням-мням! — Лекс засунул в малыша очередной кусок рыбы, следом кидая кусочек ящеру.
Аши мелькнул лимонным хвостом и быстро проглотил подачку, а потом посмотрел на Лекса с явным интересом. Похоже, он понял, кто является источником пропитания. Ламиль проглотил рыбку, но следующий кусок перехватил и сам предложил еду настойчивому детёнышу. Аши легко запрыгнул на лежанку и аккуратно принял рыбку из руки Ламиля, а потом опять лизнул ладошку, от которой вкусно пахло, и не успел Лекс среагировать, как Аши вылизал лицо Ламиля, вызвав у того довольный смех.
— Хороший! — Ламиль схватил детёныша за шею, как плюшевую игрушку, и прижал к себе, — хороший Аши! Хочешь мням-мням?
Детёныш вначале попытался выдернуть зажатую борцовским захватом лобастую голову. Уперся лапами, нервно взмахнув хвостом, но услышав магические слова, замер и лег на живот, позволяя тискать себя, при этом скосив глаза на Лекса. Это было так потешно, что рыжик не удержался и дал нахаленку кусочек мяса, который разрывал на волокна для Ламиля. Аши стремительно подхватил с пальцев еду и, прижавшись к Ламилю, довольно заурчал. Звезде это очень понравилось, и он принялся гладить новую игрушку пальчиками, проверяя, в какую сторону чешуя и как моргают глазки. Аши стойко сносил любознательность ребенка, лишь бы кормили. Лекс без возражения кормил обоих. Ламиль, увлеченный ящером, глотал все, что ему засовывали в рот.
— Не корми ящера на лежанке! — у Тиро первого сдали нервы, — они такие сообразительные и наглые, что потом не отвадишь! А главное, чем невиннее мордочка, тем вреднее характер! Впрочем, как и у младших!
— Тиро, не бухти, малыш два дня сидел голодный! — Лекс отмахнулся от домоправителя, — один раз можно!
Лекс скормил по небольшому куску обоим и решил, что для первого раза хватит, а потом предложил Ламилю сладкой воды. Малыш попил сам, а потом вылил внутрь открытой пасти всё, что осталось в стаканчике. Аши, увидев, что еды больше не будет, попытался вырваться, но у Ламиля были на него свои планы. Он прижал его к себе и сладко зевнул. Лекс раздвинул ноги шире, позволяя улечься усталому после праведных трудов ребенку. Ламиль так и поступил. Он улегся, свернувшись в клубочек, и при этом так и не выпустил голову Аши. Детёныш дернулся еще раз, но Лекс прижал его к лежанке, ящер сразу сдался и подвернул лапы, чтобы лежать было удобнее. Рыжик погладил песчаную спинку, приветствуя такое послушание. Ящер заурчал, а Ламиль запел без слов мелодию колыбельной, что напевал ему в самом начале Лекс.
Рыжик растерялся, когда услышал знакомую мелодию, и чуть не заплакал. Он и не ожидал, что маленький ребенок сможет ее запомнить! Сканд встал и придвинул свою лежанку вплотную к лексовой. А потом улегся так, чтобы муж мог опереться на него спиной.
— Я, вообще-то, согласен с Тиро, — Сканд вздохнул, — не надо приучать ящера к рукам, потом не отучишь! И они, кстати, растут намного быстрее детей! Это сейчас он мелкий и милый, как додо, а через декаду это будет наглая тварь, которая попытается командовать, и все потому, что ему много разрешают! Ящеров надо держать в строгости!
  
— Хочешь, я подарю Ламилю додо? — Чаречаши с удовольствием наблюдал за милой семейкой.
— Нет! — Лекс сразу нахмурился, — у меня в доме и так полно детей, еще мелкую вертлявую гадость под ногами отслеживай, чтобы не придавить случайно! Никаких додо! Мне с Ламилем бы управиться! Кстати, о гадости… Тиро, а где наш прелестник?