Плохие намерения

 Я должен был чувствовать облегчение.
 Я не чувствовал.
 Я бросил злобный взгляд на Селену, когда она встала, чтобы получше рассмотреть объект своих пыток.
 Лили вошла в кафетерий, Ева шла рядом с ней. Водопад рыжих волос скрывал от меня ее лицо. Если бы я увидел, что она снова плакала, я бы, блядь, сорвался прямо сейчас. Тем утром в раздевалке и так было достаточно плохо. Та одинокая слеза, скатившаяся из ее глаза, будет преследовать меня до конца жизни.
  
 Это я довел её.
 Если мне требовалась еще одно подтверждение того, что я ублюдок, то эта слеза подходила как нельзя лучше. Я сказал ей, что она для меня больше не существует. Что за шутка. Я не мог выбросить ее из головы, она полностью завладела моими мыслями. Для меня существовала только она; это была правда, которую я не мог отрицать.
— Ты не слышала директора Смит? Это был розыгрыш, который вышел из-под контроля. Неужели ты думаешь, что Лили оставляет свой дневник где попало, чтобы его мог скопировать любой желающий? – Маркус фыркнул.
 Селена вздохнула.
— Ясно, что она не просто оставила его где попало. Это Кейден забрал его, верно?
 Я почувствовал, как она повернулась ко мне, удовлетворение исходило от нее, как вонь от старого сыра.
— Разве нет? Тебе надоело постоянно видеть ее дома, всю такую странную и надоедливую, и ты решил преподать ей урок.
— Ты что, блядь, оглохла? Это был розыгрыш, и точка. – Ашер огрызнулся, что заставило Селену замолчать на целую минуту.
— Ну, Жучок, похоже, не нашла это смешным, и вы, ребята, тоже, так что я сомневаюсь, что это был просто розыгрыш.
 Раздражение, кипевшее в моей крови, перелилось через край, и я дернул подбородком в сторону Селены, толкая ее поднос с обедом.
— За этим столом слишком много народу. Проваливай.
 Ошеломленная тишина встретила мои слова.
— Прости что?
 Я смерил ее взглядом.
— Я сказал, что за этим столом слишком много людей, и ты здесь лишняя. Ты скучная, и мне чертовски надоело слушать, как ты болтаешь без умолку. Отвали, пока я не перестал быть вежливым.
— Ты такой засранец, – сказала Селена через мгновение, встав и скрестив руки перед собой. — Я думаю, ты просто бесишься, потому что Жучок расстроена по какой-то причине, не знаю по какой. Может, потому что ты слил ее дневник.
— Еще раз заговоришь об этом гребаном дневнике или о Лиллиан Уильямс, и тебе не понравятся последствия, – процедил я. Дерьмо, что я сейчас делал? Угрожал случайной дрянной девчонке? В кого я превратился? Сначала сломал нос Джошу, теперь запугивал королеву сук нашего класса. Из-за Лили я был сам не свой, и абсолютно ничего не мог с этим поделать.
— Думаешь, только у Лили есть темные постыдные секреты? Я уверен, что такие найдутся и у тебя, и если ты не заткнешься нахрен и не перестанешь произносить ее имя своим поганым ртом, я сделаю своей миссией выяснить их, и убедиться в том, что все о них узнают. – Я чуть не зарычал на Селену.
 Она моргнула, глядя на меня, в ее густо накрашенных глазах выступили слезы.
— И не называй ее больше Жучком, раз уж на то пошло, – добавил я.
 Селена развернулась и умчалась прочь. Ее гнев и крокодильи слезы никак не повлияли на меня. Я не собирался сбавлять обороты. Меня беспокоил только вид слез Лили. Веснушки, единственного человека, которому я открылся впервые за долгое время. На самом деле, впервые за всю жизнь.
 Эта неделя была медленно разворачивающимся кошмаром, и я был готов проснуться от него. Слив дневника был необдуманным, импульсивным поступком, порожденным гневом и обидой, а теперь я не мог отмотать время назад. Ну а Лили дала всем знать о моем прошлом... и оно стало достоянием общественности. Теперь, благодаря моей атаке на нее, каждый гребаный неудачник в школе думал, что может издеваться над ней. Воспоминания о каплях крови на ее белой футболке преследовали меня.
— Разве это не похоже на закрытие ворот после того, как лошадь ускакала, когда ты сам же ее и выпустил? – Маркус приподнял бровь.
 Я неловко пожал плечами и встал. Я не смог удержаться от того, чтобы не перевести взгляд на Лили и Еву. Они сидели за столом в конце зала и молча ели. Я отвернулся, прежде чем она успела заметить мой пристальный взгляд.
— Чувак, ты почти не притронулся к еде.
— Я не голоден. Увидимся на катке. – Я бросил свой поднос на пути к выходу, не оглядываясь.
 29.Лили
 
 
— Доброе утро, я звоню из «Вестей Хэйд-Харбора» и хотела спросить Вас о том, как отыскать статьи, опубликованным около десяти лет назад. Я не смогла найти их в Интернете, поэтому мне интересно, как можно получить к ним доступ?
 Я записала адрес, который дама дала мне по телефону. Секретарь «Хроники Миднайт Фоллс» оказалась более чем любезной и, к счастью, не потребовала журналистского удостоверения.
— Хорошо, и я могу просто заглянуть туда и просмотреть старые издания? Отлично. Я заеду чуть позже.
 Я была не против пропустить сегодняшнюю игру, чтобы поехать в Миднайт Фоллс и попробовать выяснить, кто откопал ту статью.
— По пятницам закрыто, дорогая. Приходи в субботу… они работают каждую третью субботу месяца.
— Хорошо, сойдет. Третья суббота месяца? Похоже, посетителей у них было немного.
 Я повесила трубку и записала адрес маленькой библиотеки, где хранились все выпуски «Хроники» с момента их создания в 60-х годах. Похоже, мне предстояло вернуться в Миднайт, но на этот раз я поеду одна. Я итак достаточно втянула Еву в свое дерьмо. Мне нужно было разобраться во всем самой. Кроме того, я не хотела, чтобы гнев Кейдена распространился и на нее. Это было между мной и им.
 Остаток недели прошел без происшествий. В основном я пряталась по разным классам, с головой уходила в учебу и старалась как можно чаще сливаться со школьной мебелью. Как ни странно, люди довольно быстро забыли обо всем. По какой-то причине они, похоже, поверили в то, что это был розыгрыш. Моя бурная реакция на него должна была распространиться как лесной пожар по школе, но, на удивление, не получила широкой огласки. Довольно скоро разговоры снова вернулись к Кейдену и его загадочному прошлому.
 Сегодня вечером была важная игра. Победители официально станут ближе к Национальным соревнованиям, чем Хэйд-Харбор был за последние десять лет. Мой отец волновался, черт, да вся школа сходила с ума.
 Так получилось, что матч проходил против команды «Вулканы», за которую играл мой коллега Тайлер. Он был чертовски взвинчен и писал мне весь день.
 Я не хотела идти и даже сказала об этом своему отцу. К сожалению, разочарованное выражение его лица разбило остатки моего сердца вдребезги, поэтому я болталась на ступеньках ледовой арены, ожидая приезда мамы. Ева была на работе, так что мне предстояло наблюдать за игрой Кейдена в одиночестве.
 Мой телефон завибрировал в кармане. Мама опаздывала. Отлично. Кроме того, отец не брал трубку, и она хотела, чтобы я нашла его, чтобы пожелать удачи. Одно из его маленьких суеверий перед игрой: папа не сможет думать об игре, если он не получит от мамы пожелание удачи перед началом матча.
 Я поплелась внутрь, неохотно пробираясь к раздевалкам и кабинету отца.
 Игроки сновали туда-сюда, некоторые только что пришли, другие уже оделись. Сегодня в воздухе витало напряжение. Джош болтался у лестницы. Его нос больше не был забинтован, но под глазами все еще виднелись синяки.
  
— Привет, ты ищешь своего отца? Он только что зашел в кабинет.
 Улыбка Джоша немного успокоила меня. Было приятно видеть дружелюбное лицо, когда я так нервничала.
— Спасибо. Да, я должна передать ему особое пожелание удачи. – Я одарила Джоша небольшой, неуверенной улыбкой, первой со вторника, как мне казалось.
— Правда? От кого?
— Кто у нас здесь? – прогремел громкий голос позади, и внезапно меня обхватили чьи-то руки, подняли и закружили.