Сатанинские тени (ЛП)

Я бросаюсь к свитку, и как только мои пальцы касаются его, все вокруг меня превращается в один цвет, но не раньше, чем я успеваю обернуться и увидеть фигуру с рогами, несущуюся на меня с огнем, пылающим из ее тела.
Я кричу, так громко, что у меня заложило уши. Я роняю свиток, прижимаю ладони к ушам и выдыхаю весь воздух, пока страх не рассеивается и чьи-то пальцы не хватают меня за подбородок.
  
— Дыши. — Он трясет меня. Я знаю, что это Дейн, но я снова ускользаю из этой реальности, и мне кажется, что что-то из того другого мира пытается затащить меня обратно. — Дыши, идиотка.
Все останавливается, и я широко открываю глаза.
— Не смей называть меня идиоткой после того, что ты заставил меня сделать!
Он выдыхает, убирает руки с моего лица и прислоняется спиной к столу передо мной. Мы оба лежим на полу. Оба измучены.
— Черт. Ты была там целую вечность.
Покачав головой, я держусь от алмаза как можно дальше.
— Я была там всего несколько минут.
— Так там и бывает. Время там другое. Солнце уже встает, смертная.
Он прав. Лунный свет, проникавший через окна, исчез, уступив место оранжевым и желтым оттенкам, заполняющим небо.
Он все еще без рубашки. Я стараюсь не смотреть на него снова. Но на этот раз я замечаю еще больше символов под засохшей кровью — начертанные чернилами слова, не имеющие никакого смысла. Мне хочется проследить за каждой чернильной линией. В мою голову проникает запретный образ, и я с удивлением смотрю на себя: я провожу языком по каждому кубику пресса, а потом падаю на колени. Я… я не думала об этом.
Я поднимаю взгляд на Дейна, а он отводит глаза.
— Тебе нужно прекратить, — говорит он.
Я поднимаю бровь. — Перестать что?
— Все. Перестань пытаться выяснить мою историю. Ты ничего не найдешь. Можешь перестать проводить часы в библиотеке с книгой моего отца. — Конечно, он об этом знает. — Почему ты интересуешься моим прошлым?
Я пожимаю плечами, счищая невидимую пылинку с юбки.
— Я хотела убедиться, что ты не превратишься в дракона, пока будешь внутри меня.
Он заметно бледнеет, и я хихикаю, глядя на его ужасающее выражение лица.
Дейн встает, не протягивая мне руку, чтобы помочь подняться.
— Шутить о наших будущих несчастьях — это незрело.
— Если хочешь выжить в моем мире, развивай в себе чувство юмора.
— Нет.
Его боевой клич.
Я поднимаю глаза и вижу, что он уже смотрит на меня. Дейн кусает губу, его глаза следят за моими движениями, пока я пытаюсь привести в порядок волосы и поправить одежду.
— Спасибо, смертная. Я неделями пытался раздобыть этот свиток.
— Сера, — поправляю я, стараясь не покраснеть от интенсивности его взгляда. — И ты не оставил мне особого выбора, верно?
— Нет. — Он ухмыляется, когда я качаю головой, и я точно буду вспоминать эту улыбку, когда позже буду ублажать себя. — Прими благодарность, когда ее предлагают, и забудь об этом.
— Ладно. Не за что. Если ты когда-нибудь еще попросишь меня сделать что-то подобное, я превращу задание номер пять в ад для тебя. Могу я уже идти?
Он пристально смотрит на меня, вычисляя, какое это задание, а затем кивает один раз.
Но когда я прохожу мимо него, кожа на плечах горит от прикосновения, Дейн кашляет и говорит, когда я тянусь к дверной ручке.
— Ты не ответила мне раньше. Ты вообще серьезно относишься к этим заданиям?
Я разворачиваюсь на каблуках, юбка развевается в воздухе от импульса.
— Лучше бы ты сейчас пошутил.
Дейн делает шаг.
— Срок выполнения третьего задания истекает через сорок часов.
Я скрещиваю руки и прислоняюсь к двери.
— Жаль. Я хотела еще пару дней попрактиковаться на подушке.
Он не понимает, и я недовольно фыркаю.
— Можешь зайти ко мне завтра. По правилам нужно сделать это пять раз, и каждый раз — не меньше минуты. Думаешь, справишься?
— А ты? — перебивает он.
Мы смотрим друг на друга, и я настолько уверена, что он сделал еще один шаг, что почти готова последовать его примеру, но продолжаю крепко прижиматься спиной к двери.
— Ты когда-нибудь кого-нибудь целовал?
Его челюсть напрягается.
— Да. Целовал.
— Потому что ты спишь со всеми подряд в академии?
Досадно, но он снова ухмыляется и делает еще один шаг.
— Я точно не сплю со всеми подряд, смертная.
— Сера.
— Нет.
Я наклоняю голову, чтобы дать ему какой-нибудь остроумный ответ, но у меня ничего не получается, потому что его ботинок скользит по полу, и он подходит еще ближе.
— Ладно, — говорю я. — Докажи.
Мое сердце начинает биться с опасной скоростью, когда он кладет обе руки на дверь по обе стороны от моей головы.
— Доказать что?
— Что ты справишься с этим, — отвечаю я, поднимая подбородок, чтобы смотреть ему в глаза.
Он смеется. — Я говорю это без всякой иронии, но я скорее вырву себе сердце и скормлю его волкам.
— Ты такой козел.
Я отталкиваю его руку, но он хватает меня за рубашку, чтобы не дать мне выйти за дверь.
— Подожди.
Одно слово. Одно требование. Резко произнесенное сквозь зубы.
Я отталкиваю его руку.
— Ты — демоническая версия хлыста. Чего ты хочешь?
Он машет пальцем, и шары теней летят к окнам, окутав нас тьмой.
— Я только что вспомнил, что завтра у меня дела, и я не могу рисковать провалом. — Он проходит в центр комнаты, садится, опираясь локтями на колени, и ждет. — А ты можешь рискнуть провалиться, смертная?
Я сглатываю, кусаю губу, потом потираю руку. — Нет. Полагаю, нет.
Он гудит, издавая глубокий звук из груди. Он разносится по комнате и оседает прямо между моих ног.
— Тогда… — Он облизывает губы. — Иди сюда.
Глава 12
Кажется, целую вечность я смотрю на Принца Тьмы, размышляя, обдумывая и перебирая в уме, что же может пойти не так. Одна часть меня тянется к нему, к мужчине, сидящему в кресле с раздвинутыми ногами, локтями, упертыми на них, и наблюдающему за мной. Другая часть кричит, чтобы я распахнула дверь и выбежала из этой комнаты, подальше от него.
На самом деле он не хочет этого.
Но как только эта мысль приходит мне в голову, я перестаю теребить пальцы за спиной и делаю шаг вперед.
— Сначала мне нужно обсудить несколько вещей.
Дейн гудит так низко, что я чувствую это между ног.
— Продолжай.
— Ты все еще хочешь меня убить?
Он думает секунду, прижимая язык к внутренней стороне щеки.
— Да. Если что, я хочу убить тебя еще больше.
Я фыркаю. — Я серьезно, Дейн. Я не буду целоваться с тем, кто планирует вонзить кол в мое сердце.
Он наклоняет голову.
— Ты смертная, а не вампир. Или ты как-то забыла об этом? Я мог бы убить тебя, не пошевелив и пальцем.
Гневный взгляд на него не дает абсолютно никакого эффекта. Он не колеблется. Я страшна примерно как щенок.
— Ты только и делаешь, что болтаешь, — говорю я смело. Глупо. Просто чтобы усилить растущее раздражение в его глубоких глазах, продолжаю: — Если бы ты собирался покончить с моей жизнью, ты бы уже это сделал. — Я поднимаю подбородок. — Ты блефуешь.
Его глаза слегка темнеют.
— Почему ты думаешь, что я блефую?
— Дела говорят громче слов, — отвечаю я, скрестив руки. Он все еще сидит на стуле, выглядя красивым, расслабленным и раздражающим. — Ты не убьешь меня.
— Посмотрим, смертная. — Он поднимает бровь, произнося слово «смертная», и мне хочется дать ему пощечину. — Что еще?
Я сглатываю, не зная, что именно вызывает во мне это чувство: интенсивность его пристального взгляда или то, что он будет последним человеком, которого я увижу перед смертью. Может, и то, и другое.
  
— Это для задания.
— Очевидно.
— Мы сделаем это один раз, для задания.
— Пять раз, — отвечает он, и на его губах появляется легкая ухмылка. — Ты сказала, что нам нужно сделать это пять раз, по минуте каждый. Для задания, конечно, как ты постоянно упоминаешь.