Властелин Безмолвного Королевства

«Черви в собачьем брюхе…» – подумал Хект, а сам сказал:
– Бак, ты не перестаешь меня удивлять. Откуда тебе это известно?
Отец-основатель Домино был не очень широко известен среди епископальных чалдарян, ведь он не обращал неверных на западе. Но Братство Войны почитало его как своего покровителя. До своего обращения он был имперским военачальником – доминиусом Анелосом Андулом Галлатином. Доминиусами тогда называли командующих, одержавших несколько значительных побед.
Хект подозревал, что Домино, как и Иосиф Алегиант несколькими десятилетиями после, обращал в свою веру с мечом в руке и именно поэтому так преуспел.
– Теологию изучал, – отозвался Горт. – Два года и еще целую неделю. А потом меня выгнали. Кто-то вылакал все вино из закромов учивших нас братьев. Нужно было свалить на кого-то вину, вот я и подвернулся под руку.
– Сделали козлом отпущения, значит.
Они двинулись дальше, но из леса не выходили. Извилистая тропа сначала тянулась вдоль берега небольшой речки, однако вскоре речушка меняла направление и убегала в сторону Сона, чтобы влиться в него вместе с другими притоками. Через некоторое время Хект почувствовал, как вдалеке под ударами копыт задрожала земля.
– Возвращаются.
Действительно, всадники возвращались в Сонсу, но уже неторопливо. Они внимательно осматривали опушку, выискивая следы, но Хекта и его спутников так и не нашли. А те уходили все дальше.
– Ну, теперь мне полегчало, – сказал Горт. – Хотя, может, им хватило ума прихватить с собой какого-нибудь плохонького колдуна.
– Они, конечно, преступники, но даже если среди них волшебник – как мы об этом узнаем?
– Пайп, ты, как всегда, просто излучаешь оптимизм.
– А почему он зовет вас Пайпом, если вы Мэтис? – спросил Пелла.
– Потому что дурак?
– Нет, потому что в Святых Землях я постоянно курил каф.
Пелла недоверчиво фыркнул. Он уже ни капельки не верил в то, что перед ним святые братья.
– Нужно возвращаться на дорогу. Поднажмем. В Алицею надо добраться до темноты.
До городка было еще шагать и шагать. А укрыться от ночи поблизости больше негде. К тому же чем скорее они устроятся в «Рыцаре жезлов», тем меньше заподозрят те, на кого идет охота.
Горт принялся расписывать разнообразные приключения в Святых Землях, в которые якобы попадал он сам вместе со своим старым другом Мэтисом Шлинком, но при этом использовал всем известный сказочный сюжет, сдабривая его небылицами и цитатами из легенд, так что Пелла не поверил ни единому слову.
– Я, пожалуй, схожу посмотрю, что впереди. А вы двое оставайтесь с Баком.
– Осторожнее там, – кивнул Горт.
Хект понял, что Пинкус тоже заметил: вернулось только пятеро всадников.
– Давайте я, – вмешался Пелла, который тоже отлично все видел. – Если там засада, меня явно не ждут. Кто бы они ни были.
– Ну, ступай, – согласился Горт.
Когда Пелла отошел подальше, Хект спросил:
– Ну что, дитя удачи, ты как поступил бы на его месте?
– Играл бы честно. Ему сейчас на нас никак не заработать. Он знает: стоит только попытаться урвать себе долю за тот неведомый выкуп, который полагается за Вэли, – ничего не выйдет, точно все отнимут. – Немного подумав, Горт добавил: – У него долгосрочная перспектива. Я тоже так делал. И все получилось. Но сердечко ему в конце концов разобьют.
Далеко впереди Пелла, насвистывая, скрылся в рощице.
– Храбрости ему не занимать.
– Иначе не выжить, если ты сам по себе.
Эти слова, в отличие от всех рассказанных Пинкусом историй о самом себе, прозвучали правдиво.
– Пойду-ка тоже вперед, – сказал Хект. – Вэли, оставайся с Баком.
Войдя в рощу, Хект увидел, как Пелла спорит с каким-то высоким костлявым типом. Сутулясь, тот оживленно размахивал руками. Рядом, возле самой дороги, паслась привязанная к кусту лошадь, которая, похоже, не обращала внимания ни на что, кроме травы. На седле с ослабленной подпругой красовался сонсианский герб.
Хект подобрался ближе. Герб Дуранданти. Этот клан давно уже водил дружбу с Братством Войны. Они рассорились, когда рыцари попытались ограбить дэвский квартал в Сонсе, но, видимо, потом тайно заключили мир. Наверняка план Дуранданти по восстановлению Сонсы как-то связан с Безупречным V и Братством.
 
И как же в этот план вписывается Вэли?
Все зависит от того, кто она такая.
Пелла демонстрировал свою преданность и заговаривал Дуранданти зубы, чтобы тот повернулся спиной к дороге. Долговязый так ничего и не заметил, пока не всполошилась лошадь.
Жердяй развернулся. Щеки у него были впалыми, а неестественно бледное лицо напоминало череп.
– Привет! – поздоровался Хект и двинул незнакомцу прямо промеж глаз. – Вот черт! Я и забыл, как это больно! – Он изо всех сил потряс рукой. – Я так понимаю, на жизнь этот парень зарабатывает явно не охотой за головами.
Его жертва, скосив глаза, сделала два неуверенных шага и припала на одно колено.
– Думаю, вы правы, ваша честь. Он старался казаться прожженным воякой, но у него не очень хорошо получалось.
– Значит, я теперь снова «ваша честь»? – поинтересовался Хект, дуя на разбитые костяшки.
– Это я на всякий случай, ваша честь. Вы ж тут уже людей колотите.
– Ты и правда похож на Бака, – усмехнулся Хект. – Помоги оттащить его под дерево.
Тощий Дуранданти успел уже опуститься на оба колена.
Подоспели Горт и Вэли.
Долговязый сидел, привалившись спиной к молодому деревцу и неуклюжими, неверными, как у пьяного, движениями пытался утереть нос.
– И зачем же ты это сделал? – поинтересовался Горт.
– Решил, что так проще всего. Затяни-ка подпругу у кобылы. Посадим его в седло. А Вэли сзади пристроим. Так быстрее получится.
– Думаешь, его не хватятся?
– Хватятся. Мы с ним побеседуем на ходу. И решим, что делать.
– Хм…
Горт понял это по-своему: нужно выведать у Дуранданти все, что он знает, а заодно скормить ему побольше ложных сведений.
Хект пересказал Пинкусу свои опасения по поводу тайной дружбы клана Дуранданти и Братства. Горт подтянул подпругу, а потом осмотрел нос пленника.
– Не сломан. Даже крови нет, просто сопли. Да еще слезы из глаз.
– Вы его отдубасили до зеленых соплей, ваша честь, – захихикал Пелла.
Они успели вовремя – прошли Алицею за час до заката, не привлекая особого внимания. До самого городка путников на дороге больше не попадалось. Но в самой Алицее царило оживление, какого Хект по прошлому визиту не помнил. На улицах появились рваные палатки и наспех сколоченные хибары. Повсюду бродили нищие оборванцы. В прошлый раз ничего подобного тут не было.
Через две мили после Алицеи Хект отпустил Дуранданти – привязал на Западном тракте к иве. Лошадь он тоже привязал неподалеку, и она тут же с радостью принялась щипать траву. Господин Стейн Хэмил не противился.
– Вопить не будешь – развяжешься быстро. А будешь – так тебя, скорее всего, ограбят. А то и вовсе убьют.
Горт с детьми отстали от них перед Алицеей и должны были уже устроиться в «Рыцаре жезлов». По пути они пытались убедить Стейна Хэмила из дома Дуранданти, что в городок только заглянут, чтобы поклянчить еду, а потом нагонят своего спутника и все вместе двинутся к Племенце. Поскольку Хект и Горт долгое время провели в плену в Племенце, им не составило труда убедительно расписать ее в деталях.
Пайпер осторожно зашел в «Рыцаря жезлов». Народу почти не было. А вот и Горт.
– Ну как? – спросил тот.
– К дереву его привязал. И жеребца рядом оставил. Завтра к вечеру будет дома. Если ночные страшилы до него не доберутся.
– Как бы нам об этом не пожалеть. Вдруг у них хватит храбрости сунуться за нами даже в чужие владения. Но я рад, что ты его не прикончил.
– Да он же обычная рабочая лошадка. Даже не знал, почему гоняется за нами. Ты комнату раздобыл?
«Рыцарь жезлов» был расползшейся во все стороны несуразной развалиной, по большей части одноэтажной, которую сотни раз достраивали и надстраивали. Более старые части этого уродливого строения выглядели настолько плачевно, что, казалось, вот-вот отвалятся. Когда Хект подходил, какой-то мальчишка, чуть младше Пеллы, грязью из ведра замазывал снаружи щели, из которых сочился дым. Дым шел от камина в общей зале – трубу явно давно следовало прочистить. Хотя запах дыма хоть немного заглушал вонь.