Плохое влияние (ЛП)

Бульвар Э. Ши, 1616. В то же время, что и на прошлой неделе.
Я хмуро смотрю на экран, чувствуя, как страх скручивает мой желудок. Это оно. Это тот кусочек пазла, который я так долго ждала. Я грызу ноготь большого пальца, испытывая противоречивые чувства. Я не хотела совать нос в чужие дела, но теперь, когда я это увидела, я не могу притворяться, что не видела.
  
Я слышу, как выключается вода, и быстро хватаю свой телефон с тумбочки рядом с его телефоном и фотографирую адрес. Джесс, только что принявший душ, выходит как раз в тот момент, когда я зажимаю телефон между бедер. Он резко останавливается, когда видит, что я проснулась, полотенце низко повязано вокруг его талии, мокрые волосы зачесаны назад, и одна непослушная прядь падает ему на глаза. У меня руки чешутся протянуть руку и прикоснуться к ним.
Не говоря ни слова, он подходит ко мне, запускает руку в мои волосы и сжимает их на затылке. Я смотрю на него снизу вверх, поглаживая ладонями его живот, чувствуя, как напрягаются его мышцы от моего прикосновения.
— Я должен уйти, — говорит он хриплым голосом.
Я убираю руки с его живота.
— Шокирующе.
— Я вернусь еще до того, как ты проснешься. — Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я подставляю щеку, отказывая ему. — Не будь занудой, — говорит он, прежде чем прикусить мочку моего уха. Его губы скользят вниз по моей шее, посасывая чувствительную кожу. По моим рукам пробегают мурашки, и я сжимаю бедра, чтобы унять боль.
Снова раздается жужжание, и он отстраняется, опуская взгляд на экран, черты его лица напряжены.
Сегодня вечером я собираюсь выяснить, что он скрывает.
  
Глава 31
 
Элли
— ЧТО ОН ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ? — я огрызаюсь на Хэлстон.
— Он подслушал наш разговор, — с горечью говорит она, протискиваясь мимо меня. — Он угрожал рассказать Джесс, если мы не позволим ему пойти с нами.
— Да, я настоящий засранец, раз пытаюсь обезопасить вас двоих, когда вы едете по какому-то дурацкому адресу посреди ночи, — невозмутимо говорит Салливан.
— Подождите, вы что, снова вместе?
— Нет, — усмехается Хэлстон, в то время как Салливан говорит: — Да.
Мои брови взлетают вверх.
— Рада, что мы это прояснили.
— Ты готова идти? — спрашивает Хэлстон. Я сжимаю руки перед собой, внезапно пересматривая свой план. Это немного безумно — преследовать парня, с которым встречаешься, в неизвестном направлении, но приводить с собой двух человек, один из которых его лучший друг? Это полная чушь.
— Это плохая идея.
— Даже не начинай со мной эту хрень, Эллисон Пэрриш. Мы отправимся по этому адресу, и ты получишь ответы на свои вопросы.
Я качаю головой, все еще терзаясь. Это то, что сделала бы моя безумная мать. «Любовь сводит с ума, детка». Нет. Я выкидываю мамин голос из головы. Это не любовь.
— Возможно, это противоречит мужскому кодексу или еще какой-то хрени, но я согласен с Хэлс.
Не знаю, что меня больше удивило — то, что он на ее стороне, или то, что он только что назвал ее Хэлс.
— Я думаю, у него могут быть неприятности.
— Что? — Я бросаю обвиняющий взгляд на Хэлстон, которая пожимает плечами, давая понять взглядом, что для нее это тоже новость. Одно дело подозревать, но когда кто-то другой подтверждает твои подозрения, это становится слишком реальным.
— Расслабься. Я ни в чем не уверен. Но ты не представляешь, во что ввязываешься. Шеп уже надерет мне задницу. Он убьет меня, если я отпущу вас двоих одних.
— Думаю, мы узнаем это часа через два, — говорю я, показывая им экран своего телефона с указанием маршрута и предполагаемого времени в пути.
***
Примерно через два часа и тридцать семь минут мы оказываемся на парковке невзрачного здания без опознавательных знаков. Мой желудок скручивает от волнения, и я думаю, что меня сейчас вырвет прямо здесь и сейчас.
— Ты готова к этому, малышка? — спрашивает Хэлстон, хватая меня за руку. Я делаю глубокий вдох, готовясь к тому, что нам предстоит.
— Ага. — Мои ботинки хрустят по рыхлому гравию на парковке, когда мы направляемся к фасаду здания. По крайней мере, я думаю, что это фасад. Там нет ничего, кроме раздвижной стальной двери с тремя маленькими прямоугольными окошками.
Чем ближе мы подходим, тем больше я нервничаю. Мои ладони становятся липкими, а пульс отдается в ушах. Я слышу, как что-то грохочет внутри, что-то громкое, но не могу понять, что именно. Может быть, аплодисменты?
Салливан идет впереди, прижимаясь лбом к одному из стеклянных окон.
— Ни хрена не видно. Они затемнены.
Беспокойство пробегает по моей спине, когда он поднимает металлическую дверь. У меня отвисает челюсть, когда я вижу открывшуюся передо мной картину. Теперь звук можно безошибочно узнать. Толпа людей собирается вокруг чего-то посередине, а из динамиков раздается песня «The Way You Like It» в исполнении Adema, и они соревнуются, чтобы их услышали сквозь насмешки толпы.
— Что это за место, черт возьми? — кричит Хэлстон, осматривая окрестности.
— Черт меня побери, если я знаю, — говорит Салливан. — Но я рискну и скажу, что это незаконно.
— Быстро закрой дверь и не выделяйся. У меня такое чувство, что люди не должны просто так приходить в такое место.
Салли берется за ручку и опускает ее, прежде чем мы пробираемся к краю толпы.
— Держитесь поближе, — говорит Салли, беря нас с Хэлстон за руки. Хэлстон в нерешительности приподнимает бровь, но уступает и протягивает ему свою наманикюренную руку. Я веду ее впереди, и мы начинаем проталкиваться сквозь толпу. Я рада, что на мне мои надежные ботинки и удобная одежда. В воздухе витает острый запах крови и дыма, и постепенно все начинает вставать на свои места. Подбитые глаза. Синяки. Тайные телефонные звонки.
Как раз перед тем, как мы прорываемся вперед, я вижу, как парень в синих шортах падает на твердую землю. Кольца нет. На полу нет коврика. На этом парне даже перчаток нет.
— Так это и есть большой секрет? Джесс тусуется в каком-то бойцовском клубе?
— Нет, — отвечаю я, не уверенная, слышит ли она меня. — Они делают ставку именно на него. — Отпустив руку Салливана, я протискиваюсь сквозь толпу, пока не оказываюсь в центре.
— Элли! — кричит Хэлстон, но я не слушаю.
Мой желудок сжимается, когда я вижу, как Джесс, весь в поту, в одних джинсах и ботинках, закрывает лицо кулаками, и они с другим парнем кружат друг вокруг друга, как акулы в аквариуме. Волосы Джесси падают ему на лоб, когда он насмешливо подмигивает своему противнику, жестом подзывая его подойти поближе.
Толпа становится шумной, меня толкают, и я, оглянувшись, замечаю Хэлстон и Салливана еще дальше.
— Элли! — голос Салливана гремит, его крупное тело расталкивает людей, когда он пытается расчистить безопасный путь для Хэлстон. Я резко оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джесси поворачивает голову на звук моего имени. Его взгляд встречается с моим, и шок перерастает в гнев.
Синие Шорты использует возможность ударить Джесси, пока тот отвлекся, и наносит удар в челюсть. Джесси с силой отскакивает в сторону, и я вздрагиваю, как будто сама приняла удар на себя.
— Джесси! — мой голос звучит гортанно и отчаянно, когда я в ужасе наблюдаю, как он падает на землю, его голова ударяется о бетон. Мои руки взлетают ко рту, и я на мгновение застываю на месте. Синие Шорты поднимает руки и с важным видом обходит невидимый периметр, злорадствуя под рев толпы.
  
Вырываясь из этого состояния, я бросаюсь вперед, но Джесси поднимает ладонь, останавливая меня. Салливан внезапно оказывается у меня за спиной, его рука обхватывает меня за талию, прежде чем оттащить в сторону.
Джесси встает, прикрывая предплечьем окровавленный рот. Он выглядит чертовски диким.