Дорога домой

Черт возьми, как же ее угораздило так влипнуть?!
Теперь, задним числом, Лесли понимала, что парни, скорее всего, заметили ее еще на опушке и, забежав вперед, устроили засаду, а шуршащие листья помешали ей распознать их шаги. Да, не зря она то и дело оглядывалась… И зря не взяла с собой никого из собак — их бы листья с толку не сбили, своим острым чутьем они распознают человека за сотни ярдов.
  
Бедняги, они до сих пор ждут ее! Привыкли, что иногда хозяйка отсутствует и сутки, и больше — и уверены, что она вот-вот вернется.
Что с ними теперь будет? Как они переживут без нее зиму?
— Фу-у! — брезгливо выдохнул кто-то из парней, когда грузовик остановился и они откинули закрывавший сзади кузов брезент.
— Логан, ты что, вообще? Она же нам всю машину провоняла! — возмущенно добавил другой.
Лесли, не открывая глаз, жадно вдыхала проникший снаружи свежий воздух — после царившего в кузове зловония это было наслаждением. Даже мучившие ее жажда и головная боль отступили ненадолго на второй план.
— Ты собираешься ее в таком виде к Хефе вести? — голос Юло она узнала. — Ему это может не понравиться.
— Не бзди! — хохотнул Логан. — Завтра у Пекоса остановимся — искупаем ее. А пока пусть в штаны ссыт, стерва! Ладно, давайте, берем!
Ее вытащили из кузова и, подхватив с двух сторон под мышки, поволокли по земле. Она висела кулем, даже не пытаясь шевельнуться, и открыла глаза, лишь когда, снова привязав к связанным рукам покрышку, ее усадили на колючий гравий.
— Ага, живая, — удовлетворенно сказал Логан.
— Пить дайте… — простонала Лесли.
На этот раз он не удостоил ее даже ответом — повернулся и направился к грузовику. Остальные мужчины потянулись следом.
Пока они разводили костер, Лесли сползла на бок и, дотянувшись губами до земли, ухватила небольшой плоский камешек. Это хорошо помогало от жажды.
Снова садиться не стала — так и осталась лежать на боку, перекатывая во рту камешек и глядя на сидевших вокруг костра парней. На сей раз они не стали варить мясо — ели его с сухарями, смачно хрустя ими и запивая все это ячменным кофе.
От разносившегося вокруг запаха кофе у нее засосало под ложечкой, она закрыла глаза и открыла их, лишь услышав:
— Эй, Юло, ты чего?
— Да хочу эту стерву на подветренную сторону перевести. А то воняет так, что кусок поперек горла становится, — подойдя к ней, с раздражением объяснил тот.
Церемониться не стал — потянул вверх покрышку, заставив Лесли выпрямиться на связанных ногах, и, обхватив ее за живот, потащил волоком. Через десяток ярдов усадил на землю, наклонился, пристраивая покрышку вокруг очередного валуна, и вдруг еле слышно шепнул:
— Пей! — Лесли в первый момент не поверила своим ушам, но горлышко висевшей у него на поясе фляги и впрямь оказалось возле самых ее губ. — Быстро, пока никто не видит.
Она успела сделать несколько жадных глотков, прежде чем Юло выпрямился и как ни в чем не бывало пошел к костру.
До моста через Пекос они добрались, когда солнце уже перевалило за полдень. Парни вытащили Лесли из кузова, спустились к реке и бросили ее на заросшем травой берегу. Упав на землю, они слабо застонала, всем своим видом демонстрируя полнейшее бессилие.
Она в самом деле ослабела, хотя и не до такой степени, как стремилась показать. Но эта остановка была ее последней и единственной возможностью вырваться — из услышанных обрывков разговоров Лесли знала, что до Логова осталось всего часа три пути, а потому к моменту купания должна была выглядеть как можно более беззащитной и беспомощной.
Покамест парни занимались своими делами — раздевшись догола, шумно и долго плескались в воде, после чего развели костерок, нагрели воду и принялись старательно бриться.
Старательность эта объяснялась просто: парням изо всех сил хотелось заслужить одобрение Хефе. Судя по тому, с каким уважением они отзывались о своем вожаке, в банде он был царем и богом, и сегодня, привезя ему столь ценную добычу, как Лесли (эх, знать бы еще, почему она так важна для них!), они не хотели испортить впечатление собственным расхлябанным видом: Хефе любил, чтобы его «солдаты» выглядели аккуратными.
— Эй, Бони, займись-ка стервой! — Логан наконец вспомнил и о ней.
Боунз босиком, в одних штанах развалился на траве у костерка — младшему и по возрасту, и по рангу, брить ему было пока особо нечего.
— А чего с ней делать-то? — отозвался он.
— Свяжи ей ноги посвободнее, чтобы могла только мелкими шажками идти, привяжи к поясу длинную веревку — и гони ее в воду. Да, и руки развяжи, — не нам же ее мыть!
Вот! Вот он — ее шанс! Лесли продолжала лежать неподвижно, хотя внутри все будто кулаком сжало. Почувствовала, как Боунз возится с ее ногами.
— Вставай!
Она заерзала, попыталась подняться — со связанными позади руками это получалось неловко, и он, ухватив за плечо, помог ей выпрямиться.
Теперь они стояли совсем близко, чуть ли не вплотную. Боунз напряженным взглядом шарил по ее лицу и шее, от волнения аж сглотнул.
— Ты… это… — он покосился на расположившихся у костерка парней, — сейчас мыться пойдешь, так смотри у меня! — обхватил ее за талию, обвязывая веревкой — Лесли прохватило мгновенным импульсом страха: а ну как он сейчас нащупает нож?!
Но Боунзу было не до того. Снова воровато покосившись на своих товарищей, он облизнул губы и, скользнув рукой ей под куртку, больно стиснул грудь.
Лесли стерпела, даже не дернулась, лишь прошипела:
— Ты что?!
Словно обжегшись, он отдернул руку и, повернув Лесли к себе спиной, принялся развязывать ей запястья. Она метнула глазами туда-сюда, оценивая обстановку. Вокруг голая степь — спрятаться негде, кусты вдоль берега растут редкие и несерьезные. Просто кинуться бегом в степь? Да, у нее будет фора — парни ведь до сих пор босиком, но что если они начнут стрелять?
Она искоса взглянула на громоздившуюся футах в десяти от костра груду рубашек, сапог и оружейных поясов. Конечно, поначалу парни инстинктивно рванутся за ней, но скоро вспомнят и про обувь, и про револьверы…
Оставался грузовик. Если ключ торчит в замке зажигания, завести его можно за четверть минуты, а потом — только ее и видели! Если же ключа нет (хотя с чего бы?!), то принимать бой лучше в таком месте, где на нее не смогут навалиться сразу со всех сторон — грузовик для этого вполне подходит…
— Иди, — Боунз подтолкнул ее к воде, — мойся!
Лесли сделала коротенький неловкий шажок, взмахнула руками, будто стремясь удержать равновесие, на самом же деле — расправляя затекшие от неподвижности мышцы. В последний раз огляделась — и рухнула на четвереньки от внезапного пинка ногой в зад.
— Шевелись, задрыга! — заржал позади Боунз.
Вот как?! Ярость нахлынула волной — сейчас он свое получит, сволочь!
Неуклюже пытаясь встать, Лесли подалась влево, чтобы оказаться к остальным парням спиной, и незаметно вытащила нож. Короткое движение — и веревка на ногах оказалась перерезана.
Повернувшись к Боунзу, она с ходу рассекла соединявшую их веревку и одним взглядом охватила его вытянутое от испуга лицо, расстегнутую ширинку и запущенную туда руку. В следующий момент она полоснула его ножом по горлу и кинулась вверх по склону, к грузовику.
Раздавшиеся позади шум и крики лишь подстегнули ее — она пулей рванулась вперед; до грузовика оставался какой-нибудь десяток ярдов…
Нет, ее подвело не собственное тело, а мокрая подошва ботинка, проскользнувшая по траве. Лесли припала на колено — всего на миг, но этого было достаточно, чтобы кто-то из парней догнал ее и прыгнул на спину. Она не глядя ударила ножом назад и почувствовала, что попала; вывернувшись из-под его тяжести, вскочила и снова ударила, теперь уже целясь в печень, но парень — это оказался Юло — отшатнулся влево, и лезвие лишь резануло его по животу.
  
Она снова рванулась к грузовику, но лежавший на земле Юло мертвой хваткой вцепился ей в щиколотку, а Логан, налетев сбоку, сбил ее с ног и вжал лицом в траву. Парни навалились на нее, выкручивая руки так, что, казалось, затрещали суставы.