Закон Свалки

– Допустим, я бы попробовал провести тебя через лес, – сказал я. – Но без оружия и снаряжения в Зоне ты протянешь недолго. Где, говоришь, твой портал находится?
– В районе вашего села Буряковка, – сказал Тан, продемонстрировав хорошее знание карты нашей Зоны.
– Понятно, – протянул я. – Значит, на Свалке.
– Что? – не понял «мусорщик».
– Сталкеры этот район называют просто Свалкой, – пояснил я. – Туда после Чернобыльской катастрофы было свезено огромное количество зараженной техники, использовавшейся при ликвидации последствий аварии на Четвертом энергоблоке – которая, как я теперь подозреваю, произошла не без участия ваших правителей. А потом Свалку оккупировали бандиты, построив на ней настоящую крепость. Что там сейчас, не знаю, давно не бывал в тех местах, но подозреваю, что ничего хорошего, – не любят бандюки, когда на их территорию лезут посторонние.
  
– Этого никто не любит, – вздохнул Тан.
Похоже, горестные вздохи были его любимым способом выражения эмоций – хотя, возможно, он просто так легкие продувал от тяжелого воздуха Зоны, насыщенного сырой и удушливой болотной вонью.
Я посмотрел на небо. Тяжелые свинцовые тучи, постоянно заволакивающие его, были по краям подсвечены алым. Плохой предвестник. Очень плохой.
– Думаю, не случайно твои палачи сбросили тебя сюда накануне Выброса, – сказал я. – Хотели гарантированно на тот свет отправить. Мол, если лес не убьет, так Выброс точно прищучит. Ладно, «мусорщик», похоже, нам по пути. Держись точно за мной, не отставай. Попробую вывести тебя отсюда.
Сказав это, я вытащил «Бритву» из ножен и направился на запад, к выходу из леса смерти.
* * *
Задуманное мною оказалось непростым делом.
Я надеялся, что лес, обжегшись на мне, пропустит и меня, и «мусорщика», следующего за мной на расстоянии вытянутой руки.
Оказалось – ошибся.
Гибкие ветви словно озверели, пытаясь схватить нас обоих!
Мне приходилось работать «Бритвой» в режиме вентилятора, рубя щупальца дендромутантов направо и налево. Через несколько минут я был чуть ли не весь покрыт вонючим древесным соком… и заметил, что внимание деревьев ко мне значительно ослабло.
Тан мог лишь отбиваться своими щупальцами от атакующих. Если б впереди не шел я, прорубая относительно безопасную просеку, «мусорщика» давно уже ждала бы участь его собратьев, которых поубивали живые деревья. А так он пока держался, хотя краем глаза я видел, что его движения становятся все более медленными. Еще немного, и какой-нибудь дендромутант точно схватит его своими гибкими отростками…
И тут мне пришла в голову идея!
Отрубив очередное толстое щупло, я схватил его и швырнул назад, в лапы Тана.
– Облейся соком! – заорал я. – Быстрее!
Из обрубка и правда во все стороны вырывались пульсирующие струи, словно внутри него билось сердце, выталкивающее наружу густую зеленую кровь.
«Мусорщику» не пришлось объяснять, что к чему!
Схватив обрубок, он поднял его над головой и мощным движением щупалец, словно из тюбика, выдавил на себя содержимое извивающейся ветви. Отбросил ее в сторону – и тут же я швырнул ему еще одну…
И тут нам обоим стало полегче.
Лес смерти перестал бесноваться в попытках схватить нас. Теперь его ветви двигались беспорядочно и намного медленнее, словно в недоумении прощупывая пространство. Мол, надо же! Только что была еда – и внезапно куда-то делась.
Мы крались между деревьями, стараясь дышать как можно тише. Я понятия не имел, есть ли у этих деревьев органы слуха, но всегда лучше перебдеть, чем недобдеть – и потом сокрушаться на тему своей тушки, проткнутой ветвями в нескольких местах.
Уже были видны просветы между деревьями, за которыми маячили развалины какой-то деревеньки, когда «мусорщик» неуклюже наступил на сухую ветку…
Треск раздался не то чтобы очень громкий, но в тишине притаившегося леса весьма слышимый…
Тут же Тана немедленно схватили аж два дендромутанта – и принялись тянуть каждый в свою сторону!
Если б «мусорщик» попался одному дереву, то вряд ли я чем-то смог бы ему помочь. Дендры такого типа, когда жрать хотят, умеют действовать очень быстро. Не больше чем полминуты занимает захват жертвы всеми ветвями, фиксация и насаживание ее на специальные кормовые сучья, торчащие из ствола, словно клинки деревянных мечей. Пока одну ветку отрубать будешь, остальные восемь уже сделают свое черное дело.
Но Тану повезло.
Двое дендромутантов, скрипя ветвями, все никак не могли разделить добычу, потому у меня оставалось совсем немного времени, чтобы попытаться помочь «мусорщику».
И я попытался!
Ринулся к одному дереву и несколькими ударами «Бритвы» снес пять кормовых сучьев, распрямившихся в ожидании добычи. Потом бросился ко второму дендру – благо они рядом стояли – и сделал то же самое, только с ним все быстрее получилось. У этого древесного мута сучьев было только три – молодой, небось, не успел вырастить более существенную вилку для насаживания пищи.
Судя по тому, как зло и страшно заскрипели дендромутанты, эти сучья были для них весьма чувствительной частью тела. Хищные деревья немедленно отпустили Тана и принялись шарить самыми длинными щупальцами в поисках меня, остальными вполне по-человечески зажимая свои раны, из которых лилась густая черная смола, похожая на кровь.
Но удовольствия отловить мою тушку я им не доставил.
Поднырнув под мощное щупальце-ветку, я стукнул кулаком по глазастому пню «мусорщика», заменяющему ему голову. И когда тот поднял на меня свою кучу печальных паучьих глаз, рявкнул:
– Быстрее, мля! За мной, если жить хочешь!
И, пригнувшись, бросился к выходу из леса, уже не заботясь о том, бежит за мной Тан или нет. В бою командир совершенно не обязан нянчиться с каждым подчиненным. Показать путь к спасению – должен непременно. А дальше уж вопрос навыков и сообразительности бойца. Если нет ни того, ни другого – то увы. Значит, сам себе тот воин злой деревянный чурбан, и нефиг было лезть в пекло, где тупые деревянные изделия сгорают на раз-два-три.
Впрочем, «мусорщик» оказался сообразительным. На два щупла, заменяющие ему ноги, вставать не стал, а довольно резво побежал на четырех – и даже немного обогнал меня, первым выскочив из леса смерти.
И упал обессиленный в серую траву Зоны.
Я подошел, посмотрел на него, потом на небо…
Неважно там было, наверху.
Для нас.
Потому что, по моим подсчетам, до Выброса оставалось минут пятнадцать, а может, и меньше…
В воздухе уже чувствовалась настораживающая озоновая свежесть. Еще немного, и черные тучи Зоны полностью окрасятся в алый цвет и их начнут рвать на части молнии цвета крови. А потом по этим местам пронесется вихрь, уничтожающий все, что не является частью Зоны.
Строения, возведенные людьми из материалов, принесенных с Большой земли.
Машины, приехавшие оттуда же.
И, разумеется, людей, которые не успели спрятаться в ямы, находящиеся ниже поверхности земли…
Теоретически я бы мог успеть выкопать для себя окоп с помощью «Бритвы», опыт подобного рода у меня имелся. Но для двухметрового Тана я такое укрытие точно не организую за столь короткое время. А это значит, что гостю из другой вселенной кирдык, не зря же палачи выбросили его в лес смерти накануне Выброса.
Впрочем, неподалеку маячило несколько полуразрушенных деревянных домов – то ли хутор какой-то, даже не отмеченный на карте, то ли развалины администрации лесничества, проживавшей здесь до печально известной аварии. Если повезет, то в одном из этих строений, пребывавших в аварийном состоянии, может быть подвал, где вполне должно получиться пересидеть Выброс.
  
О чем я «мусорщику» и сказал.
– Подъем, однако, если не хочешь, чтоб тебя Выброс по этому полю размазал.
– Можно я здесь сдохну? – простонал Тан.
– Да вообще без проблем, – пожал я плечами. – Жаль только, что кучу времени на тебя зря потратил.
И побежал по направлению к хутору, прикидывая, в каком из домов может быть приличный подвал.