Эхо смерти

Ева ела одной рукой (только одно из многочисленных достоинств пиццы!), другой заполняла доску и одновременно вводила Рорка в курс дела.
– Чего-чего, а дерзости преступнику не занимать.
– Думаю, ему нравится риск. – Ева внимательно оглядела доску, взяла второй кусок пиццы. – Он должен был выяснить распорядок дня пострадавших, время, когда они бывают дома. Наверняка он знал, что в тот вечер они устраивают прием. Посчитай: двое хозяев, сорок восемь гостей, плюс прислуга – горничные, парикмахеры, да мало ли кто еще. Добавь персонал из фирмы, обслуживающей банкеты, и всех тех, кому бы они могли рассказать о приеме, парней из прокатной конторы и так далее.
  
Кивнув, Рорк протянул ей салфетку.
– Теоретически несколько сотен человек знали о времени, месте и примерной программе банкета.
– Информацию добыть не так уж и трудно. Он тщательно планирует преступления. Собирает сведения о намеченных жертвах. Первая пара проводит вечер вне дома, и в это время преступник проникает в дом, отключает сигнализацию. Вторая пара вернулась после долгих выходных.
Ева сидела, закинув ноги в ботинках на стол, а Рорк устроился на неудобном стуле для посетителей.
– Преступник стал более жестоким, промежуток между преступлениями сократился. Но вторжение к супругам Страцца стало чем-то особенным, своеобразным джекпотом. Войти в дом, полный народу, миновать прислугу и подняться наверх, чтобы подготовить сцену преступления. Держу пари, это еще больше его возбудило и повысило уровень жестокости.
– А театральный антураж, переодевание в монстров? Есть более простые способы изменить внешность. Наш преступник не ищет легких путей!
– Это его фишка, – согласилась Ева. – Своего рода спектакль. Преступник входит в образ. Пишет сценарий, готовит сцену преступления. Однако в этот раз ему пришлось действовать экспромтом. Он не собирался убивать. Но теперь, когда…
– Ты полагаешь, что он добавит эту концовку к следующему представлению.
– Наверняка, – с уверенностью сказала Ева. – Ему нравится причинять боль и страдания, нравится унижать. В каждом случае он душил женщин до бессознательного состояния. Рано или поздно он бы кого-нибудь прикончил, случайно или намеренно. Теперь он переступил эту черту.
– Каждый раз он развязывал своих жертв перед тем, как уйти. И даже убив Энтони Страццу, он отпустил Дафну.
– Да, представление ведь закончилось.
– Угу. Если следовать твоей теории, преступник отпустил Дафну, потому что хочет получить рецензию. Ему нужно, чтобы кто-то выжил после, как ты говоришь, представления и рассказал о нем. Возможно, в воспаленном воображении преступника им даже восхищаются.
– Кто-то вроде критика?
Ева задумчиво потянулась за кофе и обнаружила, что кружка пуста. Рорк встал, принес два стакана воды.
– Меняемся? – предложил он, вручая один стакан Еве. – Да, вроде критика. Или ему нужен отзыв зрителя, который рассказал бы, насколько убедительным было представление.
– Согласна. – Выпив залпом воду, Ева махнула стаканчиком в сторону доски. – Такой зритель – Дафна Страцца, она убеждена, что стала жертвой дьявола.
– Ничего на льстит самолюбию актера больше, чем убежденность других в том, что он и есть сыгранный им персонаж. Ужасный способ самоутвердиться, правда?
– Самолюбие, – пробормотала Ева. – Потребность в похвале. Преступник заставлял женщин превозносить его, когда их насиловал. Самолюбие и глупость – вот причина большинства ошибок.
Она снова показала на доску.
– Так же, как и стремление следовать одному и тому же сценарию. Между жертвами должна быть связь. Детективы из спецотдела по работе с жертвами насилия поработали очень тщательно, однако что-то проглядели.
– Значит, ты найдешь.
Ева наклонила голову, чтобы посмотреть на мужа. Он редко выглядел утомленным или вымотанным, но сейчас в его глазах появились первые признаки усталости.
– Обязательно. А тебе нужно ехать домой.
– Выгоняешь меня?
– Ради твоего же блага.
– Поехали со мной, поработаешь дома. После того, как немного поспишь.
– Я жду ребят из обслуживающего персонала, нужно их опросить. И еще кое-что сделать. Потом поеду домой. И, возможно, даже посплю в нашей шикарной новой кровати.
Рорк встал, подошел к Еве, обхватил ее лицо ладонями.
– Вчера мы пришли домой, потом уехали на благотворительный бал-маскарад и так и не спали в нашей шикарной новой кровати, да и ничем другим там тоже не занимались.
– Ничего, наверстаем. Знаешь, а мне понравилась новая спальня и все такое.
– Особенно если учесть, что, когда там проводились работы, мы были на острове.
– Несомненно. Я вернусь домой, как только смогу.
– Буду ждать, – сказал Рорк и поцеловал Еву.
И это главное чудо в ее жизни, подумала Ева. Знать, что у нее есть дом и там ждет Рорк.
Убрав ноги со стола, она принялась заполнять папку материалами нового дела.
* * *
Когда с последним опросом было покончено, Ева решила отправить Пибоди домой.
– Отдохни немного. Завтра продолжим.
– А ты собираешься домой?
Не сейчас, подумала было Ева, но…
– Да. Я жду от Мира профиль преступника, от Янси – его протрет, а почитать материалы дела Ольсен и Тредуэя я могу и дома.
– Выйдем вместе? – предложила Пибоди, прекрасно зная методы работы напарницы.
– Мне еще нужно кое-что взять, – сказала Ева и повернулась к здоровяку, у которого на толстовке с логотипом «Нью-Йорк Никс» [6] красовался значок посетителя. – Чем могу помочь?
– Я ищу лейтенанта Еву Даллас.
– Уже нашли.
– Меня зовут Кармайн Риццо. Мои парни… Лука сказал, что доктор Страцца убит и вы опрашиваете мой персонал.
– Да. Минуточку. Иди домой, Пибоди.
– Я могу поговорить с мистером Риццо.
– Я сама поговорю. Иди.
Показывая, что решение окончательное, Ева повернулась к Кармайну.
– Посидим в комнате отдыха? Спасибо, что зашли к нам, – продолжила она, выводя его из кабинета. – Ваш персонал нам очень помог, и мы решили не портить вам воскресенье.
– Они хорошие парни. Мужчины, – поправился Кармайн. – Все пятеро. Я их хорошо знаю, и семьи их тоже знаю. Хочу убедиться, что они не попали в беду.
– Пока я рассматриваю Луку, Олли, Стиззла и официантку, Брайар Коулсон, только как свидетелей.
– Брайар хорошая девочка, дружит с моей дочерью. Свидетели потому, что они видели человека, который, по вашему мнению, убил доктора Страццу?
– Совершенно верно. – Ева завела посетителя в комнату отдыха. – Хотите кофе?
– Нет, спасибо. – Кармайн махнул рукой. – Стараюсь меньше пить кофе.
– Садитесь, мистер Риццо.
– Кармайн. Все зовут меня Кармайном. Я был на игре, – сообщил он. – Ходили всей семьей, целый день провели вместе. Я не знал о том, что случилось, пока меня не нашел Лука. Бедный парень ужасно переживает, думает, что он виноват.
– Напрасно. Никто его не обвиняет.
Кармайн с облегчением выдохнул.
– Я ему то же самое сказал. По его словам, миссис Страцца сейчас в больнице. Очень милая девочка. Она сильно пострадала? Пока я сюда добирался, слушал новости: говорили, что один человек убит, а другой ранен, но не сказали, как она себя чувствует.
– Ей сильно досталось. Тем не менее все будет хорошо.
– Не понимаю, что творится в мире!.. Теперь она осталась вдовой, в ее-то возрасте! Может, нам разрешат послать ей цветы?
– Вы знакомы с доктором Страццей? – спросила Ева.
– Не могу сказать, что хорошо. Он всегда платил вовремя, однако деталями заказа занималась миссис Страцца. С ней приятно работать.
– Мне это уже говорили.
  
– Если бы мы могли хоть чем-то помочь! Если нужно еще раз поговорить с ребятами или со мной, мы всегда готовы.
– Не помните, за последние год или два ваша фирма работала с супругами Невиллом и Розой Патрик или Айрой и Лори Бринкман?
– Так сразу и не вспомню. Сейчас проверю.