Эхо смерти

– Страцца мертв.
Лука ошеломленно уставился на Еву, красивая, словно выточенная челюсть в буквальном смысле отвисла.
– Что? Какого черта? Мертв?
– Убит. Расскажите, как вы провели эту ночь.
– Я… Погодите. – Он закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. – После дома Страццы у нас был еще один адрес, но нас там ждали не раньше одиннадцати. Забрали мебель, отвезли на склад, сложили, записали в журнал, затем пошли перекусить. Один Чарли ушел домой, и последнюю партию мы забирали без него. Он на днях стал отцом, вот я его и отпустил. А мы поехали к черту на кулички, аж в Сохо. Привезли мебель, сложили, записали в журнал, в общем, закончили где-то в половине первого и решили выпить пивка. Ну, я-то пил газировку. Думаю, Олли свалил примерно в час, а я, Стиззл и Мак взяли еще выпить и закуску, хотели просто отдохнуть. Около двух Стиззл и я отправились домой, мы с ним на пару снимаем квартиру. У Мака что-то наклевывалось с брюнеткой из бара, вот он и остался. Господи, да не убивали мы никого! Можете проверить, во сколько мы приезжали и уезжали, записи в журнале. У Кармайна есть камеры видеонаблюдения, и на записях указано время. Я могу поручиться за любого из наших парней. Гарантирую, что Чарли пошел прямо домой, к жене и ребенку. Их малышу всего две недели. Мы никого не трогали.
  
– Хорошо. Расскажите мне об опоздавшем. О том человеке, который прошел в дом, когда вы заканчивали выносить мебель.
– О том странном типе? Музыканте или кем он там был? Наверное, приглашенный артист. Что-то никак не соображу… Слушайте, можно воды? Господи Иисусе, убийство!
– Я принесу, – вызвалась Пибоди и выскользнула из допросной.
– Приглашенный артист, – напомнила Ева.
– Ну да, типа того. Длинное пальто, шляпа, темные очки – только придурки и артисты носят темные очки ночью, так ведь? Он нес чемоданчик, и я подумал, что там музыкальный инструмент или какой-то реквизит.
– Как выглядел этот человек? Вы разглядели его лицо?
– Нет, не успел. Похоже, он был в сценическом гриме. Я узнал по запаху. Моя двоюродная сестра – актриса, много выступает в небольших театрах за пределами Бродвея. Мне показалось, что пахнет гримом, вот я и решил, что это какой-то артист, которого пригласили развлекать гостей.
Вдруг до Луки дошло, и взгляд героя-любовника наполнился ужасом.
– Этот тип убил Страццу? Но… он прошел рядом со мной! Я дал ему пройти мимо меня! Из-за меня… Он поднялся по ступенькам и вошел в дом. Как будто так и надо. Это я впустил его в дом!..
– Вы открыли ему дверь?
– Я… – Тяжело дыша, Лука взъерошил непослушную шевелюру. – Не совсем так. Я придерживал дверь: когда на улице такой адский холод, нельзя оставлять ее открытой, клиентам не нравится. В общем, я держал дверь, Мак и Чарли как раз вытащили стулья… Ах да, Олли и Стиззл выносили стол, а я стоял у двери. Этот тип прошагал мимо меня, говоря в коммуникатор, зашел в дом и поднялся на второй этаж.
– А коммуникатор… – начала было Ева, но тут вернулась Пибоди с водой.
Лука взял стакан, крепко сжал.
– Можно чуть передохнуть?
– Да, конечно.
Он присел, сделал несколько глотков, помолчал, выпил еще воды и вдруг резко выпрямился.
– А эта леди? Миссис Страцца? Господи, неужели она тоже…
– Она в больнице.
– О, боже, она при смерти?
– Сейчас в стабильно тяжелом состоянии. Этот человек разговаривал с вами? Вы слышали, что он сказал в коммуникатор?
– Он даже не смотрел в мою сторону. И я дал ему пройти! Он говорил пьяным голосом, словно был навеселе. Сказал что-то вроде: «Я уже здесь, понятно? Они еще едят». Просто вошел в дом, словно его ждали, словно он один из них. Мне и в голову не пришло его остановить.
– Какого роста был этот человек?
– Я не заметил. Если честно, думал о том, удастся ли выкроить пару минут, чтобы поболтать с Зеной. Никак не могу пригласить ее на свидание. Он точно не такой высокий, как я, – вдруг вспомнил Лука. – Во мне шесть футов, вернее, пять футов и одиннадцать с половиной дюймов, а он был на парочку дюймов ниже.
– Телосложение?
– Трудно сказать, на нем было широкое пальто. С воланами!
Он помахал руками, показывая, как выглядело пальто.
– Чересчур театрально, да? Длинное и широкое черное пальто с воланами, или как там они называются, широкополая черная шляпа, надвинутая на лоб, и, по-моему, шарф, я не обратил внимания. Ах да, темные очки. Я еще подумал: вот придурок.
– Раса, возраст, какие-нибудь еще приметы?
– Судя по голосу, не старый. Я не разглядел цвет кожи, думаю, этот тип был в перчатках. Неудивительно, стояла жуткая холодрыга. По-моему, у него было красное лицо. Я толком не разглядел, видел его всего пару секунд, но вроде как красное. Странно.
Лука вздохнул.
– Просто у меня сложилось такое впечатление. Я почему-то решил, что хозяева пригласили артиста, чтобы он развлекал гостей. Этот тип вошел в дом, словно его там ждали, а я ему не помешал. Значит, это я виноват?
Ева посмотрела ему в глаза.
– Как вы думаете, я к вам снисходительна?
– Нет. – Голос Луки дрогнул словно у человека, которого вот-вот стошнит. – Господи, нет.
– Я считаю, что вы ни в чем не виноваты.
Лука закрыл глаза. Губы его дрогнули, и он их крепко сжал.
– А я чувствую себя виноватым.
– Напрасно. То, что вы нам рассказали, поможет поймать преступника, поэтому не вините себя. Давайте вернемся к нашему разговору. Кто-нибудь еще видел этого человека?
– Олли что-то сказал. Да, Стиззл его тоже видел. Они с Олли шли к двери, когда он вошел в дом.
– Пибоди, пригласи Стиззла. – Ева взглянула на Луку. – Послушаем, что он скажет.
  
Глава 6
 
Стиззл подтвердил пальто, шляпу, темные очки и то, что незнакомец был ниже Луки. Еще Стиззл заметил блестящие черные сапоги на невысоких толстых каблуках, и потому Ева с Пибоди сошлись на том, что рост подозреваемого пять футов восемь дюймов.
Ева попросила парней прийти на следующий день поработать со специалистом по фотороботам. Если кто и поможет свидетелям восстановить как можно больше деталей, то только Янси.
Закончив опрашивать персонал прокатной конторы, который, к Евиному удовлетворению, оказался вне подозрений, Ева пошла к себе в кабинет, чтобы, наконец, обобщить имеющиеся материалы и заняться доской для расследований. В кабинете обнаружился Рорк, который сидел, положив ноги в ботинках (никаких толстых каблуков ему не требовалось) на ее стол, и работал на портативном компьютере.
Рорк надел свитер серо-стального цвета, темный пиджак и черные брюки.
– Тебе удобно? – поинтересовалась Ева.
– Вполне. Мы с Макнабом заходили в электронный отдел. К сожалению, новости не самые хорошие.
– Я так и думала.
Рорк сунул наладонник в карман куртки.
– Преступник довольно профессионально выпотрошил камеры видеонаблюдения и забрал записи с собой. Еще мы уверены, что систему безопасности никто не взламывал. Ее отключили изнутри. Замки тоже целы.
– Думаешь, навел кто-то из своих? Ошибаешься.
Увидев на столе кофе, который Рорк поставил для себя, Ева взяла кружку и выпила залпом.
– Разве нет?
– Нет. У нас есть трое свидетелей – может, и больше, я еще не опрашивала обслугу, – они видели, как вчера подозреваемый вошел в дом примерно в восемь сорок вечера.
– Свидетели? Твои новости лучше моих. Расскажешь, пока мы будем обедать.
– У меня пока не было времени обобщить показания или перенести ход расследования на доску, – пожаловалась Ева, когда Рорк убрал ноги со стола и встал.
– В автошефе есть пицца.
Ева застыла на месте.
  
– Правда?
– Конечно. Сегодня.
– Только за это я готова тебе отдаться, – с лукавой улыбкой сказала Ева.
– Могу закрыть дверь, – предложил Рорк.
– Позже.
Ева начала заполнять доску, пока Рорк программировал автошеф. Когда Рорк вытащил готовую пиццу, она едва не потеряла сознание от одного запаха. А еще пузырящийся сыр, пряная пеперони… Хоть плачь от восторга.