Таяние льдов Арктики (СИ)
Что?!
Шикарные выводы, конечно!
Нет, мама была, разумеется, права, но вот с полом ошиблась…
Так что Шерлоком ей не быть.
Хотя…
Как он там говорил, когда ошибался? “Всегда что-то упускаю?”
Мама внезапно потеряла интерес к Эльмиру и без лишних рассуждений запрыгнула в его спальню.
Складывалось такое ощущение, что она собиралась поймать не женщину, а дикого зверя.
Пусть еще под кровать заглянет!
- Где твоя женщина?! - не сдавалась мать, - Где ты ее прячешь? Я же вижу, что на кровати лежали двое!
Как она это видит, интересно?
- Ты совсем с ума сошла? - задал риторический вопрос Эльмир, поставив тарелку на тумбочку.
- Я сошла с ума?! - рыкнула мама, выходя из себя, - Не ты ли головой поехал?! Тебе уже тридцать! Тридцать! А серьезных отношений как не было, так и нет! Вечные однодневки! Позорище! Мы с твоим отцом тебя в двадцать семь родили! И то мне приписали - старородящая! А ты? Ты когда о семье будешь думать?! А? Я хочу познать счастье хоть раз в жизни и подержать на руках своего внука!
Опять двадцать пять!
- А может, я гей? - внезапно вырвалось у Эльмира.
Мать хмыкнула.
- Не смеши меня! - качнула головой она, - Какой из тебя гей? За тридцать лет хоть бы один признак был! Не съезжай с темы!
- А может, у меня не девушка, а парень? - не отставал Эльмир.
Что-то как-то обидно стало. И почему-то за Андрея.
- И как выглядит твой парень? - хихикнула мать.
- Ну… - Эльмир внезапно поежился, растерявшись, но затем уверенно сказал, - Он наглый, надоедливый и упрямый. Абсолютно непослушный! Но заботливый, верный и добрый. А еще он яркий. Вечные разноцветные пряди в волосах, смешные носки, глупые толстовки… И глаза… Синие-синие. Как у щенка хаски. Он сам - вылитый щенок!
Мать, застывшая у окна, внезапно рассмеялась.
- А ты хитер, Эльмир! Мое воспитание, - нежно улыбнулась она, - Но меня не проведешь! Я же тебя знаю, как облупленного! Кого ты мне там описал? Соседа своего? Курьера из ресторана? Или кто там сейчас в твой подъезд зашел?
Что?!
О Господи! Князев, покури, пожалуйста! Не ходи сюда, умоляю!
Но просить было поздно.
В замке повернулся ключ, и из похожей раздалось жизнерадостное:
- Я вернулся! Несу вкусненькое!
У мамы было сложное выражение на лице. Эльмир молчал.
Ладно, как-нибудь выкрутятся…
Но Эльмир не учел, что Князев уже видел его мать. В первый день их знакомства. И Андрей принял ее далеко не за родительницу Эльмира…
Как только макушка Князева протиснулась в щель между приоткрывшейся дверью и косяком, стало тихо-тихо.
Андрей удивленно облизал губы и побледнел, а потом на его лице появилась чистая ярость.
Князев, молчи, пожалуйста!
Но Эльмир молил о невозможном.
- Вот, значит, как… - тихо пробормотал Андрей, а потом он резко повысил голос, - Я в вуз, а вы сразу бабу к себе?! Совсем невтерпеж?! Если я мусор под вашими ногами, то так и скажите! Зачем, блять, так издеваться?! Зачем так мучить? Вы меня до петли хотите довести? Эксперименты ставите?! Что я вам сделал, блять?
Эльмир не мог вставить и слова в это неконтролируемый поток бреда.
- Это не моя… - подал голос философ, но все было без толку.
Князев внезапно, бросив пакеты, бухнулся прямо перед Эльмиром на колени.
- Я понимаю, что я - не женщина, - прохрипел жалко Андрей, - Но я вас люблю больше, чем она, честное слово… Позвольте мне доказать это. Пожалуйста!
Эльмир завис. Сложно осмыслить то, что кто-то любит тебя больше, чем собственная мать.
Ситуация становилась очень странной.
У Эльмира голова пухла.
- Выберите меня, молю! Станьте моим, пожалуйста! - продолжал причитать Андрей, - Зачем вам она, вообще, нужна?! Красивая, конечно, но старше вас лет на пятнадцать-двадцать! Я, блять, нормально к этому отношусь! Правда! Но появятся ли в таком союзе дети? Почему, блять, тогда не я?! Я детей тоже не смогу родить! Почему, блять, не я?! Я вас спрашиваю!
Казалось, Андрей сейчас расплачется.
В другой ситуации Эльмир бы пожалел несчастного Князева, но сейчас он думал лишь о том, как закрыть ему рот.
А собственно… Чего тут было думать?
Эльмир поймал Андрея за плечи и, притянув к себе бедолагу, зажал ему рот ладонью.
Князев сначала сопротивлялся, а потом обессиленно обмяк в его руках.
У мамы на лице было такое недоверчивое и насмешливо-удивленное выражение на лице, что Эльмира передернуло. Он узнал в ней себя.
Такое лицо было и у него, когда философ впервые увидел Князева.
- Что мешает мне устроить гомофобный скандал прямо сейчас? - равнодушно сказала мама, усевшись на кровать рядом с Эльмиром.
- Мешает то, что ты - не гомофоб! - огрызнулся философ, прижимая к себе Андрея ближе.
- И то верно, - невесело усмехнулась мать, - Но сейчас дело касается тебя. И твоей невозможности иметь детей в этом случае.
- Почему невозможности? - презрительно закатил глаза Эльмир, - Куда мой ДНК-материал-то денется? А суррогатные матери тебе на что? Если больно надо, состряпаем тебе дитя, и развлекайся. Сам я пока что-то не готов обзаводиться наследниками. Прости!
Одного Князева сейчас было вполне достаточно. Андрей хуже ребенка!
Мать поморщилась.
- Как у тебя все просто, - недовольно буркнула она, - Но так-то ты прав, конечно. Возможности есть. Но мне нужно гораздо больше причин, чтобы не устроить скандал. Что за отношения у вас? Я, честно, не очень поняла… Слишком много ревности.
Если бы Эльмир сам это знал!
- Он меня любит и заботится обо мне. А я вроде как сдаюсь, - наконец, искренне сказал философ.
Андрей в его руках совсем размяк, видимо, подыхая от счастья.
- Любовь проверяется временем. Может, у него просто маниакальная стадия шизофрении, - авторитетно заявила мама, - Еще причины! Жду.
- Возьми тарелку с тумбы и попробуй борщ, - щегольнул последним козырем Эльмир.
Мама по-деловому запустила ложку в наваристую, красную гущу.
- Что он туда положил? - скорчила рожу мама, спустя минуту.
Что? Неужели невкусно?
Вчера Эльмир чуть пальцы себе не откусил от наслаждения.
- Не понравилось? - спокойно уточнил философ.
- Нет, просто это вкуснее, чем у меня, - с обидой выдохнула мать.
- Ты, давай, не увлекайся, - заметил Эльмир, видя, как мама отправляет четвертую ложку в рот.