Нет запрета. Только одно лето

– Кимми, подожди…
Взволнованное лицо Яна не вызвало жалости из-за вчерашнего инцидента. Меня действительно раздражало то, что он в последнее время вел себя как избалованный мальчишка, которому впервые сказали «нет». Да еще эти разговоры о нашей взаимной симпатии, чтобы как-то задеть кузена.
Я проигнорировала его просьбу, начала спускаться, но Ян, казалось, уже был нацелен на разговор. Преградив путь, парень сразу затараторил:
  
– Мне очень стыдно за вчерашнее… – Я безуспешно попыталась его обойти, он отзеркалил это движение. – Мне жаль, что ты была свидетелем той сцены, но я не мог отреагировать по-другому.
– По-другому – это адекватно и без скандала? Жаль, что ты не видел себя со стороны. Только вот извиняться нужно не передо мной.
– А перед кем? Перед Раймондом? Ты его совсем не знаешь, Кимми. Он же специально настраивает всех против меня, и это у него получается. Ты никогда на меня так не смотрела.
– В последнее время у меня складывается впечатление, что я не знаю только тебя. Раймонд не настраивает никого против, он, наоборот, всеми силами старается помочь тебе справиться с этой ситуацией, но ты обозлен и выдумываешь то, чего нет. Думаешь, это исправит положение? Да, ситуация неприятная, ты рассчитывал на еще одно свободное лето, но не получилось. Просто по-взрослому прими это, а не расстраивай тех, кто о тебе заботится и любит.
Он умолк. Я очень хотела верить, что все сказанное хотя бы немного вразумило его, иначе все могло привести к очень неприятным последствиям. Даже я это понимала.
– Ты входишь в число тех, кто заботится и любит?..
– Ян…
Парень осторожно взял мою руку и наклонился ближе к лицу.
– Я не могу справиться со всем этим, Кимми. Не только потому, что меня уже внедрили в бизнес, но и из-за тебя.
– Не надо…
Интуитивно я понимала, что он хочет признаться в том, отчего станет труднее каждому из нас. Мои теплые чувства к Яну оставались дружескими, а думала я о другом… О том, с кем у нас не было будущего. Только в ту минуту я окончательно поняла, что морально зависима от Раймонда. Это и было начало краха, перед которым я сама тянулась к мужчине.
– Ты мне очень нравишься, Кимми. Я больше не могу об этом молчать, хотя знаю, что от этого признания ничего не изменится, но, может… – Он нервно оглянулся по сторонам. – Если я сорву дело, у нас с тобой будет шанс узнать друг друга не со стороны дружбы. Я уже думал об этом.
– Почему мне кажется, что дело далеко не в твоей симпатии?..
– Нет же, это одна из причин. Наша семья существует по правилам, которые новое поколение не может принять, но все равно подчиняется.
Меня это пугало. Пугали его неожиданные мысли на этот счет, ведь ранее Ян был готов принимать правила семьи. Да, они его не устраивали. Да, ему было обидно за то, что потенциальная невеста выбиралась родственниками, а не им. Но такое ярое утверждение после внедрения в дела семьи больше походило на план мести, нежели на признание в чувствах.
– Ян. – Я заглянула в его глаза. – Я знаю, что конституция семьи Ротштейн несправедлива по отношению к вам, но это не выход. Обходные пути в подробных ситуациях намного лучше вредительства. Это твоя семья. Ты должен понять, что ни один из них не желает тебе плохого. Я не желаю тебе плохого. Между нами толком ничего не было, чтобы ради меня ты мог пойти против семьи.
– Ничего не было? – с разочарованием переспросил парень и сжал мою руку сильнее. – Мы поцеловались, Кимми! Я думаю об этом каждую гребанную минуту, а ты заявляешь что-то подобное. Обесцениваешь с таким безразличием, что даже представить не можешь, как неприятно делаешь.
– Поцеловались? Ты на эмоциях притянул меня к себе, а через несколько секунд оттолкнул, сказав, что Марлен тебя прикончит. Ты хоть представляешь, как я себя чувствовала в тот момент?
– Я не хотел обижать.
– Проблема в том, что ты сам не знаешь, чего хочешь. Что за разговоры про взаимную симпатию, которую ты вчера предъявлял Раймонду? Чего ты добиваешься, когда так подставляешь брата перед Марлен?
– Нашла кого жалеть. Но, возвращаясь к этому, почему ты пошла с ним куда-то ночью?
– Я должна отчитываться?
– Он мой кузен, Киммм. Я знаю его, чтобы точно сказать: никакой дружбы или приятельских отношений между вами не будет. Рай не создан для дружбы, тем более для дружбы с девушками.
Ответа на такой аргумент не нашлось.
Я прекрасно понимала, что Ян прав, но какой в этом был смысл, если меня просто тянуло к старшему наследнику? Назло здравому смыслу, по ошибке суждений и ранее уже сделанных действий. Если бы все окружающие знали об этой связи, покрутили пальцем у виска, но я бы промолчала. Интерес к такому мужчине, зная, что ничего серьезного с ним не получится, действовал азартом и сильнейшим увлечением, от которого отказаться не хватало сил, стоило оказаться чуть ближе.
– Говоришь так, потому что вы похожи? – Я осознанно решила пойти в нападение. – Мне рассказывали, что твой приезд сюда каждым летом приводил к таким похождениям, что девушки постоянно ссорились, выясняя, что ты встречаешься сразу с несколькими.
– Сейчас разговор не обо мне.
– Вы оба хороши, Ян, одна кровь. Сделай всем одолжение, повзрослей. Откажись от идеи вредительства и просто прими судьбу. Мстить за два месяца гулянок и ссориться из-за этого с семьей – глупо. Мы не всегда получаем то, что хотим, и это нормально.
– Кое-кто получает желаемое практически всегда.
Произнес он это сквозь зубы, с особой претензией к тому, кого совсем недавно был готов отстаивать и защищать. Перемена отношений между братьями доходила до абсурда, и я просто не знала, как вразумить Яна.
Отрицательно помотав головой, решила закончить этот бессмысленный и пустой разговор, чтобы присоединиться к остальным за завтраком.
Нравилась ли я Яну, как тот утверждал?.. Сомневаюсь. Что-то подсказывало, он просто искал поддержку и интуитивно замечал реакции брата, которому хотел как следует насолить. И из-за чего?.. Он не мог вредить основателю семьи, думаю, серьезно боялся мистера Ротштейна, а вот Раймонду, который действительно о нем заботился, был готов противостоять. И все же я надеялась на благоразумие Яна. Хотелось верить, что его злость на пустом месте наконец-то сойдет на нет.
Я уселась на место рядом с Марлен. Мы коротко обсудили планы на день, после чего к нам присоединились ее племянники. Ник рухнул на стул рядом и сразу придвинул его ко мне, подмигнул.
– После обеда мы с Генрихом собираемся на стрельбище, – объявил он всей семье и поместил руку на спинку моего стула. – Набираем компанию. Ян?
Парень уже сел по другую сторону от матери.
– С удовольствием. Оливер все равно собирался в город, а торчать дома не хочется.
– После вчерашнего концерта собираешься развлекаться в тире? – обижено упрекнула Марлен.
– Интересно, – ухмыльнулся Генрих и сразу переглянулся с Ником. – Что мы пропустили? Очередную громкую тусовку на американский лад, где Ян оторвался на всю катушку?
Женщина умело проигнорировала сарказм племянника, все сразу поняли, что ответа ждать не стоит. Никлас расплылся в улыбке:
– Марле-ен, мы же ненадолго. Избавиться от пара, поболтать о работе. Ему же нужно войти в курс дела, а где, как не на отдыхе, мы продуктивно общаемся по этому поводу? Кимми, ты хоть раз была в тире?
– Не доводилось.
– Значит, самое время исправлять. До полудня твои занятия закончатся? – Я нехотя кивнула. – Тогда компания сформирована.
Как бы не хотелось игнорировать глуповатые подкаты Ника, я поймала себя на мысли, что должна еще раз поговорить с Яном. Возможно, с помощью кузенов нам удастся достучаться до него и найти нормальный компромисс.
  
– Я поеду с вами.
Все взгляды направились на Раймонда. За столом наступила тишина.
– Ты, Раймонд? – Ник откинул спину на спинку стула. – Наш работяга собирается уделить время чему-то помимо работы? Не боишься, что несколько часов без тебя приведут к краху всей империи?