Призрачный отель (СИ)

— Это всё ваши предрассудки, Мстислава Мстиславовна. — Изольда осуждающе вздернула подбородок. — К вашему сведению, на литературном небосклоне немало женских имён! Не только в поэзии, но и в прозе. И не все женщины писали про любовь. Возьмём, к примеру, госпожу Войнич…
Я вдруг понял, что фамилия Донцовой моим коллегам ни о чём не говорит. Даже Изольде, не говоря уж о Мстиславе и Денисе. Окружающая действительность интересовала их постольку поскольку. Всё, что не имело отношения к работе, существовало на задворках интересов.
  
— Это женский юмористический детектив, — сказал я. — Считается одним из канонов развлекательного жанра. Я нашёл эту книгу в призрачном мире. Клиент начал её читать и вознёсся.
Изольда уставилась на меня в изумлении. Взяла книжку, перелистнула страницы.
— Но, позволь… Это ведь бульварщина! Низкий жанр!
Я пожал плечами.
— Возможно. Не шарю. Слышал, что не шедевр. Ну, так и что? Развлекаться людям тоже надо, не всё ж о судьбах мира размышлять. Юмор, опять же — посмеяться, говорят, полезно. А клиенту, видимо, именно этого и не хватало. Всю жизнь в узде себя держал, заставлял мозги работать день и ночь. И даже после смерти поводья отпустить не мог. Пока я книжку не притащил.
— Дай-ка. — Мстислава взяла у Изольды книжку. — Из призрачного мира забрал, говоришь?
— Да, — подтвердила Изольда, — мы вчера вместе её нашли.
— Ну так, неудивительно тогда. Кому-то вот это, — она потрясла потрепанным томиком, — настолько в сердце запало, что живо до сих пор.
— Ну… я поняла бы, если бы эта книга была бессмертной классикой, — пробормотала Изольда. — Но простенький бульварный романчик…
— А ты не суди, чего не знаешь. — Мстислава положила книгу на стол. — Может, и простенький. Может, и бульварный. Не ко всем на дом лучшие учителя приходили. Не все университеты заканчивали. Ты на год издания глянь! Людям тогда вот такое и надо было. Отдохнуть, отвлечься, посмеяться, да чтоб заканчивалось хорошо. А не как ты любишь, чтобы в конце все померли.
— С чего вы взяли, что я люблю трагические финалы? — возмутилась Изольда. — Да, это, несомненно, усиливает катарсис, трагический финал воздействует на читателя гораздо более…
— Да погодь, — отмахнулась Мстислава. — Ты главное пойми! Не обертка важна, а суть. Тому, кто с голоду помирает, щи да каша нужны, а не бламанже с лягушачьими лапками. И ежели книжка эта в призрачном мире живёт, значит, для кого-то спасением стала. Почитал человек, от горьких мыслей отвлекся. Может, даже в петлю лезть передумал. Всяко бывает.
— Ну, не знаю… — начала было Изольда.
Но не договорила. На двери кафетерия брякнул колокольчик и вошёл Даниил Петрович.
Оглядел нас и удовлетворённо кивнул:
— Прекрасно. Вся гоп-компания в сборе.
— В бильярд, Даниил Петрович? — предложил Денис, пожимая ему руку. — У меня как раз время есть до следующего сеанса.
— Чтоб мне так жить, — проворчал Даниил Петрович. — С утра пораньше шары гонять! Нет. Я его ищу, — ткнул пальцем в меня.
Мстислава тоже посмотрела суровым взглядом. Я попытался вспомнить, не обещал ли чего. Например, «приду через неделю, обеспечьте доступ к водоснабжению». Но ничего такого не вспомнил. С чистой душой вопросил:
— А чё — я?
— Аквариум, — припечатал Даниил Петрович.
— Чего с ним?
— Вот ты мне и скажи.
С аквариумом было… так себе. Ему, конечно, уже и срок подошёл плановой чистки, но то, что я увидел, было за гранью обыденности. Вода сделалась мутной, и грустные рыбы у поверхности выглядели в ней, как призраки из готического фильма ужасов.
— Чего может быть? — буркнул Даниил Петрович, зажигая сигарету.
Запрет курить в помещениях, не предназначенных специально для этого, касался сильно не всех.
— Аммиак подскочил, — уклончиво ответил я. — Или нитриты.
Руководствуясь рабочей солидарностью. Работай тут до меня наши конкуренты — всё бы высказал, но на объекте трудился Олег. Так что выскажу я потом ему лично. А он будет хлопать на меня своими пустышечьими глазами и повторять: «И чё?»
Олег был из тех людей, которые, когда злятся, начинают работать больше и тщательней. Что делу не всегда идёт на пользу. Судя по его жалобам, тут те ещё конюшни были. Слил больше половины воды, а потом, от доброты душевной, ещё и фильтр промыл. Это я понял по тому, с какой радостной мощью била струя из шланга.
Я взял сачок, открыл крышку и провёл сачком по поверхности, собрал плавающий распухший корм. Потом пригляделся к дну, выругался. Там тоже лежал корм, давнишний. Ситуация старая, как мир. Рыбы давно почуяли, что происходит неладное, и перестали жрать, а сердобольный хозяин не глядя кормил их щедрой рукой.
Пришлось доставать ведро и местный сифон. План действий созрел: сейчас почищу грунт быстренько, потом метнусь в магазин, возьму препаратов. И в хозяйственный ещё. Вложусь, куплю длинный шланг в личное пользование. Окупится, в конце концов, мне этот клиент всю повышенную зарплату обеспечивает.
Пока я возился, Даниил Петрович сидел за столом. Смотрел в ноутбук, но что-то мне подсказывало, что вряд ли пашет в поте лица. Пару раз позвонил кому-то, потом позвонили ему. Закончив разговор, Даниил Петрович заскучал окончательно. Прошёлся по кабинету, до окна и обратно, после чего обратился ко мне.
— Что-то ваши, смотрю, совсем распоясались. — Прозвучало без наезда, просто как повод от нечего делать начать разговор.
— Наши? — переспросил я.
— Ну, эти. Невидимки. Лазят где попало.
— Это им только дай, — вздохнул я. — Но вы не волнуйтесь, они безобидные. И отель — не «где попало». На его территории призраков мы полностью контролируем.
— Да я не про отель. Я в Промышленном районе живу, в коттедже. Отсюда минут двадцать на машине. А по соседству — тоже коттедж, только недостроенный. Хозяин купил участок, старый дом снёс, начал новый строить. Под крышу подвели, а потом то ли деньги кончились, то ли чёрт его знает. Самое неудобное, ни два ни полтора. Хрен продашь. Так и стоит уже лет пять, с надписью на заборе — «продаётся». Хотя я не то чтобы против, скорее наоборот. Без соседей лучше, чем с соседями. Думаю всё — может, сам этот участок выкуплю. Жду, пока цену скинут.
— Ясно. Бывает. А призраки тут при чём?
— Какие… А! Да. Я ж и говорю — повадились лазить. Вчера видал, как один возле соседского дома шарахался. И сегодня утром тоже.
— То есть, больше суток на одном и том же месте? — уточнил я.
— Выходит, так.
— Хм. Странно. А Мстиславе не говорили?
— Нет. — Я мельком глянул на Даниила Петровича и заметил, что у него сделалось лицо мальчишки, который не знает, как поступить в сложной ситуации, потому что ситуация реально, по его меркам, сложная, а мама сказала её не отвлекать. — Пропесочила она меня. Пару раз. Ну, вот, за такое. Нас, говорит, и так раз-два и обчёлся, работы невпроворот. А ты на каждую пустышку нас дёргать будешь. Дескать, видел и видел. Не твоего ума дело.
Я оценил ту степень доверия, которая мне была оказана. Вряд ли Даниил Петрович даже с собственной женой так откровенничал.
— Ясно. А я, значит, типа молодой идеалист с незашоренным взглядом и горячим сердцем?
— Ну вот. Сам же всё понимаешь, — ухмыльнулся Даниил Петрович.
— Понял. Ладно, посмотрим. Сейчас, как только с аквариумом закончу, так сразу. Какой у вас адрес?
Подменив часть воды и строго-настрого наказав рыб не кормить до особого распоряжения, я отправился искать начальство, ну или хотя бы кого-то из старших товарищей. Мстиславу в кофейне не нашёл. Денис был занят на сеансе. Изольда, видимо, работала с клиентом. Тогда я отыскал прачечную и пристал к Вану, который с методичной медитативностью складывал в стопки чистое постельное бельё.
  
— Ван, есть призрак, который ведёт себя нехарактерно для пустышки. Возможно, наш клиент, в Промышленном. Что в таких случаях делать?
— Плизлак? — с равнодушным видом переспросил Ван.