Мачеха Золушки - попаданка (СИ)

— Заниматься шантажом? Какой кошмар! Нужно немедленно его уничтожить! — ахнула Трис и вскочила из-за стола.
— Никого мы шантажировать не собираемся, — встряла я в разговор, но письмо поспешила спрятать в кармане, — но и письмо не будем уничтожать. Вдруг, ты захочешь все же его прочесть — позже.
— Я не захочу!
— Тогда оно не пригодится. Будет чем зимой камин растапливать.
  
За столом поднялся шум и гам, каждая из девушек высказывала свою точку зрения: Трис хотела письмо сжечь; Зоуи говорила, что топить любовными посланиями камин — это нонсенс, лучше сохранить на память, в старости внукам показывать; Фло рассудительно настаивала на сохранении «на всякий случай», когда в столовую зашел Крис.
— Что у вас тут творится? Почему в гостиной такой бедлам? Мы что, организовываем прием?
— Точно, завтра! — вспомнила я, — спасибо, что напомнил. Нужно будет использовать цветы, чтобы украсить комнаты.
— А ты-то своим возможным избранницам цветы отправить не забыл? — хмыкнула язвительно Трис, переключившись на брата.
— Конечно! С десяток букетов заказал, — усмехнулся он.
— Бабник! — возмутилась Зоуи.
— Так тяжело девушку выбрать? — удивилась Трис.
— У меня времени мало, надо жениться до того, как я в поместье уеду, времени нет за одной девицей ухаживать, чтобы узнать, что она предпочла другого, — развел руками Крис.
Девочки задумчиво надулись. Ну, да, теперь цветы в гостиной выглядели совсем не так романтично. Это не у них по десятку кавалеров, это они привлекли внимание мужчин, у которых таких кандидаток еще с десяток. По сути — все в равных условиях.
— Важны не цветы, важно то, что молодые люди написали в своих письмах. Вот после завтрака все и посмотрим, — успокоила я своих юных леди. — Если послания достойны внимания, можно будет ответить, — при этих моих словах немного встревожился Крис.
— А что, так важно, что писать?
— Надеюсь, ты не написал всем девушкам по одному шаблону, только заменяя имена? — сурово сдвинула брови я. По лицу было видно, что да, примерно так и было. — Болван, — подытожила я. — Впрочем, это ничего не значит, — тут же добавила для своих дебютанток. — Может, человек хороший, только письма писать не умеет, — я прошлась суровым взглядом по Крису. — Первые письма могут быть достаточно стандартными, но важно то, к какому разговору это затем приведет.
Девушки прониклись, а пасынок занервничал. Ну, да, ему «повезло» видеть эту традиционную переписку еще и с противоположной стороны.
— А я думал, что важен размер букета или подарка, — пробормотал он недовольно.
— Тебе нужно, чтобы девушка тебя выбрала за размер подарка или по личной приязни? Ей же не с подарками жить, а с тобой лично, значит письма важнее. Вам должно быть о чем поговорить.
— Да о чем вообще можно разговаривать с деревенщиной: какие в этом сезоне цены на баранов? — хмыкнула Зоуи язвительно.
— Из цен на шерсть вообще-то складывается цена на ваши платья, но с девушкой, которая этого не понимает, действительно и говорить не о чем, столичная белоручка мне в жены точно не подходит, — насмешливо скрестил руки на груди Крис.
— Ох, как сейчас расстроились все «столичные белоручки», которых ты отверг! А они-то и не знали, что в очереди к алтарю с тобой стояли. Придется им теперь за простых графьев выходить и в столице на балах куковать, — язвительно пропела Зоуи.
— Каждый в браке пару по себе: по своим жизненным целям и приоритетам, — прервала я их спор. — И прекрасно, когда люди, желающие одного и того же, находят друг друга.
  
Глава 120
 
Матильда 
Я ошибалась, когда решила, что главной проблемой в ухаживаниях за девушками будут однотипные письма, написанные практически по одному шаблону. Крис признался, что примеры любовных посланий им еще в лицее давали на уроках по этикету, так что ничего удивительного. И некоторым молодым людям, честно говоря, хотелось сказать: «лучше бы ты не проявлял фантазию». Даже избитые фразы вроде «прекрасные, как безлунная ночь, очи очаровали меня» звучали лучше, чем написанные с фантазией «ваши глаза столь же прекрасны, как блестящие бока моего породистого жеребца». Как говорится, в своих посланиях человек больше рассказывает о себе, чем о предмете разговора.
Мне было несколько неудобно разбирать письма вместе с девочками, пока шокированная Трис не наткнулась на странное сообщение, к которому прилагался золотой кулон, а вот текст письма был весьма запутан и завуалирован. На первый взгляд ничего особенного, просто некий тайный поклонник, желающий оставаться инкогнито, восхищался ее глазами и прочими прелестями. Только вот к концу письма он осмелел и писал, что «если увидит, как подаренный кулон покается в ложбине меж двух холмов юной прелестницы, то поймет, что его чаяния не напрасны, и он может надеяться на большее ее внимание», а еще, что он «готов озолотить прелестницу и подарить ей куда больше, если она позволит надеть на себя эти украшения: украсить драгоценной брошью ее грудь, подарить украшенную бриллиантами подвязку...» и в этот момент я окончательно уверилась, что это вообще не просьба разрешить за девушкой ухаживать, а неприличное предложение! Невинная и не очень сообразительная девушка, может, и не разобралась бы, тут действительно за девицами глаз да глаз нужен. И это оказался только первый «поклонник». Остальные были хитрее: предлагали «сыграть в интересную игру-загадку», суля за каждую встречу новую побрякушку.
К концу первичного разбора писем Трис сидела вся красная, как помидор — ей больше всего досталось такого нежелательного внимания. То ли посчитали, что ее проще всего обмануть, то ли она привлекла больше всего внимания определенного рода. Впрочем, и остальным девушкам досталось. Думаю, охальники тоже делали веерную рассылку, выискивая возможных жертв.
«Ну, хоть дикпики не присылают, и то радость», — вертелось у меня в голове.
Золотой кулон оказался самым дорогим подарком, хотя, рассмотрев его внимательнее, я поняла, что он пустотелый — слишком легкий, но все равно неизвестный явно богат, раз смог так потратиться из-за минутной прихоти. Остальные в основном обещали несметные богатства, если дама сердца подаст знак: придет в нужное место, прицепит цветок в волосы и так далее.
— Если я узнаю, кто посмел... если я только узнаю... — злился Крис, гневно сжимая кулаки. — Это же подлость, как они смеют!
— Люди разные бывают на балах, тем более — на больших королевских. В том числе и весьма неприятные личности, — произнесла я.
Далее принялись за написанием ответов приличным письмам, тем, что были составлены шаблонно, шаблонные ответы и доставались, более индивидуальным — развернутые ответы, тут важно было пройти по тонкой грани, показать толику вежливой заинтересованности, но не показаться слишком влюбленной — это среди аристократов считалось неприличным. Пришлось поломать голову над формулировками, в какой-то момент Крис не выдержал и ушел по своим делам, а мы продолжили черкать черновики.
Я по пути параллельно принялась заниматься подготовкой завтрашнего приема только для избранных леди. Первые партии тонального крема мы уже продали самым первым модницам, остальные пока остерегались или не решались на такие траты, а Дамиан уже подготовил следующий продукт. Правда, его применение было совсем не таким простым, как с кремом, поэтому я решила представить его для начала избранным клиенткам. Но тут, конечно, важно было верно подать и все организовать.
— Миледи, — в гостиную, где мы работали, вбежала растерянная служанка.
  
— Еще посыльные? — удивилась я.
— Нет, ваша светлость, гостья. Леди Маффир просит принять ее, — девушка сделала большие глаза, — она очень зла.
Я нахмурилась:
— Что такое стряслось... ладно, проводи ее в малую гостиную.
Я дала дочерям наставления, что и как делать пока меня нет, быстро собрала свои письма, по кучкам, чтобы не разлетелись, прибралась и поспешила к гостье.