Убийство Вампира Завоевателя (ЛП)

Аавес издал последний мучительный булькающий звук. Атриус выплюнул кусок окровавленной плоти через балкон в море, схватил диадему с головы Аавеса и еще одним стремительным движением перебросил тело через перила.
В комнате было полно воинов Атриуса. Они были стоически спокойны, как будто наблюдали за чем-то религиозным.
Атриус повернулся к ним и поднял корону. Возможно, следовало ожидать, что это будет встречено бурными аплодисментами или радостными возгласами. Но это было не так. Это не было торжеством или злорадством. Это был жест признания: Мы победили.
Атриус выкрикнул команду, и так же бесшумно, как они вошли в комнату, его воины повернулись и начали ее покидать.
Долгое время Атриус стоял так с поднятой короной, тяжело дыша и наблюдая за уходом своих воинов.
Затем он с грохотом опустил ее на пол, обнажил меч и приставил его к моему горлу.
ГЛАВА 17
Я подняла руки и отступила назад. Я еще не успела отдышаться — адреналин от битвы все еще бурлил в моих жилах. И все же было что-то такое в том, когда тебе в лицо тычет меч самый эффективный убийца, которого ты когда-либо встречала, что сразу отрезвляет человека.
— Чем я заслужила это? — спросила я.
— Ты солгала мне.
Присутствие Атриуса невозможно было прочесть даже в лучшие времена. А сейчас, когда моя магия полностью истощилась, даже пытаться было бесполезно.
— Ты получил свою победу, — сказала я.
— Но дорогой ценой. Сейчас было неподходящее время для этого шага.
Вот дерьмо.
Я подавила странное чувство стеснения в груди — нервозность, да, но и неожиданно сильную волну вины.
— Ты ясно дали мне понять, что осознаешь, что провидение непредсказуемо, — сказала я. — Возможно, ты избежал большего кровопролития или тотального поражения, поступив так, как поступил.
— Скажи мне, — сказал он, — все видение было выдумкой или только его часть?
— Я рисковала жизнью, чтобы спасти твоих воинов. Стала бы я так поступать, если бы пыталась саботировать вас?
Он выглядел невозмутимым.
— Если бы ты была умна, то да.
Ткачиха прокляла его.
— Мне неинтересно работать на человека, который не понимает природу предсказания, — насмешливо сказала я. — Подумать только, я действительно начала верить, что ты более просвещен, чем остальные. Ты просто еще один самовлюбленный король, который хочет, чтобы ему говорили то, что он хочет услышать.
Я уже достаточно раз наблюдала, как Атриус убивает, чтобы понять, как он извивается, словно змея, готовящаяся нанести удар.
Ткачиха, я умру здесь, если не придумаю что-нибудь, причем быстро. Но ведь он еще не убил меня. Если бы он действительно был полностью уверен в моей нечестности, то не стал бы мешать мне говорить.
Я была ему нужна. Он знал это. Он хотел, чтобы я дала ему что-то, что заставило бы его поверить мне.
В отчаянии я потянулась к нитям, и внезапный толчок отозвался болью в затылке. Присутствие Атриуса, как всегда, было стеной, но я последовала за нитями к нему и надавила…
Дай мне что-нибудь, Ткачиха. Что угодно.
При достаточном усилии Арахессен иногда мог выхватить кусочки из прошлого или будущего человека, как сложная, сильно сокращенная и даже бесполезная версия провидения. Обычно это не приносило ничего полезного. Но я была в отчаянии.
Я оттолкнулась от присутствия Атриуса, и меня встретил шквал разрозненных образов и эмоций.
Ночное небо на вершине горы холод холод холод холод холод принц не двигается кровь на клинке вытрите ее тканью пророчество было ложью море пепла небо тумана и…
— Пророчество, — пролепетала я. — Я знаю о пророчестве.
Потрясение Атриуса отразилось на его лице. Оно излучалось от его присутствия. Он слегка опустил меч, что казалось непреднамеренным.
Затем на его взгляд опустилась пелена холодной ярости.
— О чем ты говоришь? — прорычал он.
Я только что совершила огромную ошибку.
— Ты не дал мне завершить Хождение по Нитям, — осторожно сказал я. — Ты остановил меня. Потому что тебе не понравились… основания, по которым я ступаю.
  
— Не пророчествуй обо мне.
Я подняла ладони еще выше.
— Я знаю. Но из-за того, что ты остановил меня, ты не узнал всей правды.
Его горло дрогнуло. Он выглядел искренне разрывающимся между тем, убить меня или нет.
— Что ты видела о пророчестве?
Я мило улыбнулась ему.
— Я расскажу тебе, если ты пообещаешь не убивать меня.
— Я не даю таких обещаний.
— Я возьму опущенный меч. — Я хотела, чтобы эта штука убралась с моего лица. Оно все еще было покрыто кишками головорезов Аавеса. Какой оскорбительный способ умереть.
Он уступил. С трудом.
Я прислонилась спиной к стене.
— Расскажи мне, — потребовал он. Его плечи вздымались так, что, как я подозревала, это не было связано с нагрузками последних нескольких часов, которые, похоже, не беспокоили его до сих пор.
Я внимательно следила за этим — за этим пророчеством. Гора. Ньяксиа.
Принц.
Все эти вещи были очень важны для Атриуса. Единственный раз, когда я видела, как он расстраивается, — это при упоминании о них.
Это было полезно.
— Правда? — сказала я, поднимая ладони в знак согласия. — Может быть, это ошибка — говорить тебе об этом, но то, что я знаю, очень смутно. Только то, что оно существует. Я почувствовала это в своем Хождении по Нитям. После того как увидела… тебя. Если ты не лишишь меня головы за такое упоминание.
Атриус не стал отрывать мне голову, но вид у него был такой, будто он раздумывает над этим.
— Я знаю, что у тебя есть более важная миссия, — тихо сказала я. — Я знаю, что для тебя это не просто завоевание. Но даже если это не так, я не могу предложить тебе конкретные детали. Без твоего сотрудничества — нет.
Ткачиха, проворчала я. И все же, когда слова слетали с моих губ, что-то глубоко внутри меня подумало… возможно, это правда. В этом было нечто большее, чем Атриус показывал мне.
Его лицо изменилось, открывая так мало и так много, но подтверждая мои подозрения.
— Какая мне выгода лгать тебе, Атриус? — пробормотала я. — Либо ты убьешь меня, либо это сделают Арахессены. Честно говоря, я бы предпочла, чтобы это сделал ты. — Мой палец ткнул в одно из тел на земле. — По крайней мере, ты быстро это делаешь.
— Только иногда, — сказал он.
Он был погружен в раздумья, меч по-прежнему висел у него на боку, и он пристально смотрел на меня, словно пытаясь разобрать меня на части.
Я рискнула сделать шаг ближе. Наклонила подбородок, наклонила голову. У меня не было больших красивых глаз, чтобы смотреть на него, но я знала язык тела — любопытный, невинный, покорный.
— Если ты хочешь узнать больше об этом пророчестве, я могу снова устроить Хождение по Нитям и…
— Нет.
Так же быстро, как он вытащил меч, он убрал его в ножны. Напряжение спало. Он отвернулся. Как будто он и не думал убивать меня.
— Пойди найди Эреккуса, — сказал он. — Он отдаст тебе приказы. У нас много работы.
Атриус не успокоился, прежде чем закрепиться в Альке. Он приказал прочесать башни, уничтожая последних людей Аавеса, которые прятались в тени, глупо бросаясь на воинов Атриуса со сковородками или столовыми ножами. Их было легко уничтожить.
Я не была уверена, чего ожидала от Атриуса, когда все это было сделано — возможно, разграбления столицы на предмет ресурсов или размещения своих людей в домах мирных жителей, — но он поступил иначе.
Я вместе с Эреккусом утаскивал тела со второго этажа башни, когда Атриус появился на балконе, с которого открывался вид на разрушающиеся дома людей Альки. Все остановили свою работу, выгнув шеи. Эреккуса оттащил другой солдат, который что-то сказал ему на Обитраэне.
— Что происходит? — спросила я Эреккуса, когда он кивнул и вернулся к нашей работе.