Архонт росский (СИ)

— Послезавтра выходим.
— Острог наш отбивать? — оживился Войст.
— Да. Только не наш уже, а мой.
Подождал: не будет ли возражений? Возражений не было. Что с воза упало, то уже не твоя собственность.
— Ты, Войст, с нами не пойдешь. Только ты, Фудря. Сдюжишь? Мы быстро пойдем. По-нурмански.
— Сдюжу.
А куда ты денешься, голубчик.
— Сегодня, завтра отдыхай, — разрешил Сергей. — Из своих людей подбери, кто потолковее и пошустрее. Тоже пойдут. Но без спешки. Что сказать хочешь?
  
— О тех лесовиках, — пробормотал Фудря. — Их много, и они опасны. Луки хорошие. Даже бронь у иных. Мои видели.
Да уж. Жалкое зрелище: здоровенный матерый варяг, бывший гридень, пусть и однорукий, виноватится.
— Тех, кто видел, — ко мне. Поговорю с ними сам. — И, решив подбодрить: — Не кручинься, Фудря. Не оставлю тебя. Ты теперь мой, а мои головы не роняют. ни на грудь, ни наземь. И спуску никому не дают. Вернем острог, будешь и дальше там властвовать.
«Но уже над моим острогом», — добавил он мысленно.
А лесовиков, в бронях или без, он проучит. Заодно свеженабранный молодняк обкатает по живым целям. Стрелками лесовики всегда были отменными. Но не дальнобойщиками. На зверушках пушных кольчуг нет, и берут их шагов с сорока-пятидесяти. Так что, если у этих и впрямь хорошие луки, будет интересно. И познавательно. Потому что не уважать противника — это существенный минус, а дружина Сергея после многочисленных побед изрядно обнахалилась.
Отчасти это касалось и самого Сергея. Забыл, что сам только что сказал: лесовики бывают разные.
Карелия. Острог Черноозерный
Шли на лыжах, по-волчьи. Это значит, молодые пробивают дорогу по сугробам, а матерые — в арьергарде. Если проблемы — старшие подтянутся, а так пусть отрочи трудятся. Тем более день хороший: солнышко, морозец приемлемый, ветра, считай, нет. В такую погоду можно и по лесу пройтись. Заодно и скрытный подход обеспечить, а если по зимнику через замерзшее озеро, то какая скрытность?
Для пробного рейда Сергей отобрал полторы сотни бойцов. Еще три десятка остались при обозе. Нагрузились рейдовые прилично: одних только стрел по сотне на человека. А это пять кило вместе с упаковкой. Но шли бодро и к полудню добрались до места.
Острог торчал черным зубом над расчерченным следами замерзшим озером. Посад перед ним выглядел нежилым. Дымов нет, дворы завалены снегом. Расчищена только дорога к воротам. У ворот — одинокие сани, запряженные лошадкой. Над самим острогом дым поднимается, следовательно, защитники внутри есть. Жаль.
— Со стороны леса не взять, — сказал Дёрруд. — Снег глубокий. Подойти подойдем, на лыжах, но лестницы не подвести. А без лестниц никак: стены обледенели, отсюда вижу.
— Со стороны озера еще сложнее, — возразил Сергей. — Берег высокий, камни. Небось их тоже водой облили. Ноги переломать — запросто.
— Значит, ворота, — сделал вывод Грейп. — Вырубим таран, сарай для него. На сарай шкуры нужны. Я лосиные следы видел.
— Сначала надо узнать, кто и что внутри, — резонно заметил ромей Лука. — И я даже знаю, кто нам скажет.
Сергей тоже знал. Сани, стоявшие у ворот, обзавелись возницей и неторопливо покатили вниз, на лед.
— На озере перехватывать нельзя, — сказал Фудря, озабоченно глядя на острог. — Увидят, задумаются.
— Можем по берегу лесом пройти и перехватить, — предложил Нарви.
— Ни к чему, — уронил Дёрруд, даже не глянув на советчиков. — Пусть задумываются.
Вся командная верхушка, кроме Убийцы и Машега, дружно сосредоточила взгляды на Сергее.
Дёрруд уже все решил, а хузарина такие мелочи, как взятие острога площадью чуть больше княжеской конюшни, вообще не интересовали.
— Действуй, — кивнул Дёрруду Сергей.
Тот в свою очередь кивнул Грейпу, Грейп подозвал Лодура и отдал команду.
Через пару минут три молодых бойца съехали с крутого берега и заскользили по озеру на перехват саней.
Со стен острога их заметили, позже разглядели шлемы на головах, и щиты на спинах, сообразили, что к чему, и предупреждающе завопили
Звук по открытому пространству разносится неплохо, так что человек на санях предупреждение услышал. И поторопил лошадку. Ненадолго. Когда он оглянулся еще раз, то увидел, что преследователи встали на след саней и постепенно настигают. Возница испугался. И поступил неправильно: соскочил с саней и припустил к берегу. Надо полагать, решил, что охота идет на сани.
Догнали его быстро. Допрос занял еще меньше времени. Но его хватило, чтобы из крепости выбежал отряд человек в десять и поспешил на помощь. В хорошем таком темпе поспешил. Сразу видно: умели бойцы на лыжах гонять.
Лодур с остальными ждать противника не стали. Прикончили возницу и по широкой дуге рванули к месту дислокации основного отряда.
Преследователи сошли с зимника и побежали наперерез. Удачно получилось. Набор источников информации с доставкой.
— Грейп, доставь мне парочку языков, — сказал Сергей. — А лучше три. Дёрруд, выдвигаемся к воротам. Быстро. Может, успеем.
Не успели. Захватившие острог быстренько затворили ворота. И заняли позиции на стенах. Побежавшие спасать возницу разделились: кто-то кинулся к острогу, кто-то к лесу, а часть решила гордо принять бой и умереть, не запыхавшись. Грейп взял живьем троих, тех, кто активнее сопротивлялся. Еще двое угодили в объятья основного отряда. Остальных догнали стрелы. Логично. Пусть новость о том, что к острогу подошли прежние хозяева, до времени останется тайной для инициаторов захвата. Раз из острога не вышло многочисленное войско, значит внутри только гарнизон.
Через полчаса картина прояснилась. Острог и верно прибрали к рукам лесовики. Три кирьяльских племени, объединившихся под общим управлением военного вождя. Численность противника — примерно две сотни бойцов с упором на дистанционные атаки. По словам опрошенных, на этой земле им не было равных.
— Теперь есть, — порадовал допрашиваемых Траин.
И привел неопровержимое доказательство: будь иначе, то это его пятки подвергались бы температурной обработке, а не наоборот.
Убедил.
В настоящий момент в остроге два десятка этих самых великих бойцов и примерно столько же обслуживающего персонала. В том числе пленных работников Фудри Однорукого. Получается во время вылазки лесовики потеряли треть гарнизона.
Сергей узнал, что хотел. Можно выдвигаться и требовать сдачи.
— Идите прочь! Это наша земля!
Лесовик на забороле выглядел серьезно. Для лесовика. По крайней мере, шлем у него был. И у двоих других — тоже.
— Глупости говорите! — крикнул Наслав, ведший переговоры. — Здесь Вартислав, княжич белозерский! Это его острог! И он очень рассердился, когда перед ним затворили ворота! Хотите жить — сдавайтесь! Тогда вас не убьют!
Весьма разумное предложение. Строй дружинников в полутора сотнях шагов от крепости выглядел внушительно. А это ведь еще не все, а только потенциальные штурмовики.
Защитники не вняли.
— Прочь! — рявкнул кирьял.
Один из лучников подкрепил его слова. Стрела воткнулась в снег. И не перед Наславом, а перед строем.
Не соврал источник информации. Неплохие у них стрелки. Для лесовиков.
— Машег, убери стрелка! — попросил Сергей.
— Только его? — уточнил хузарин.
— Всех. Не стесняйся.
Машег скинул белую меховую рукавицу, отсигналил круговым движением подопечным: разбор целей от центра. Затем откинул крышку колчана. Вощеный наконечник стрелы тускло блеснул на солнце.
  
Залп.
Голова переговорщика дернулась, и он исчез с заборола. Вместе с соседями-лучниками. Вместе с десятком соплеменников, глядевших на варягов с высоты стен.
— Ver! — рявкнул Дёрруд.
— Тhik!.. — рыкнул строй, приходя в движение.
Их не обстреливали. Стены опустели. Когда строй, собравшись черепахой, подошел воротам, никто не сбросил сверху каменюку, не плеснул кипятком…