Архонт росский (СИ)

Пару раз хлопнули тетивы, напоминая новым обитателям острога: не высовывайтесь.
Взлетели вверх топорики. Повисли вдоль стен привязанные к рукоятям веревки. Шустро полезли наверх самые ловкие и грозные: Дёрруд, Грейп, Хрейн Полукровка, Нарви, Ярпи, Наслав…
Никто не встретил их наверху, попытавшись приласкать, пока руки заняты. Воины перемахнули через заостренные колья, и спустя несколько минут створки ворот разошлись и в острог вступили прежние хозяева.
  
Вскоре стала понятна и причина отсутствия сопротивления. Уцелевшие кирьялы смылись. Бросили недобитых соплеменников, спрыгнули в сугробы с другой стороны крепостицы и дали деру.
— Не подумал, — повинился Дёрруд.
Сергей тоже такой возможности не учел. Но теперь это не так важно. Острог взят, и даже лучше, если противника предупредят. Чем скорее этот вождь лесовиков явится возвращать утраченное, тем лучше.
И вождь пришел. Серьезный мужчина в серьезном обвесе: кольчуге до колен, шлеме с тыльником и бармицей, с мечом на дорогом поясе. Неплохо для лесовика.
И свита у героя оказалась внушительная. Облачение попроще, но тоже недурное. Получше, чем у чуди, которую периодически «воспитывали» белозерские. Численность совпадала: сотни две.
С ходу в драку герой не полез. Сунулся, но воткнувшаяся в снег стрела притормозила. На дистанции примерно шагов двести. Сознательно подпустили в зону эффективной стрельбы. Один из кирьялов извлек стрелу, поднес вождю. Тот изучил, выдал распоряжение, и через пару минут его снабдили хвойной веткой. Переговоры.
Общаться герой пошел в одиночку. Сергей — тоже. Убийца, правда, был недоволен, но особо не спорил. Стрелки прикроют от стрелков, а в драку кирьяльский лидер вряд ли полезет.
— Ты только на единоборство его не вызывай, Варт! — попросил Дёрруд. — Мы все знаем, что ты теперь с железом хорош. Не дело хёвдингу самому с каждым лесным грибоедом рубиться.
Но глянув на «грибоеда» издали, Сергей решил, что с таким можно и порубиться. Урона чести не будет. Можно, но нужно ли?
— Обещай, что не станешь! — потребовал Дёрруд, заступая дорогу. Выражение лица Сергея он истолковал правильно.
— Обещаю, — нехотя проговорил Сергей, осознав, что обойти Убийцу не получится.
— Я — вождь всех племен Корлы Сильный Делом! — на вполне приличном словенском представился герой-кирьял. — Назовись, захвативший мое.
— Вернувший свое, — возразил Сергей. — Это мой острог, и все, что в нем было и есть, — мое. А кто я такой, тебе известно.
Беглецы наверняка рассказали.
— Не так! Острог держал калека из ваших варягов. Он же его и ставил. Тебя никто здесь не видел!
— Теперь видишь, — парировал Сергей. — Фудря Однорукий — мой человек. Он и сейчас со мной, — Сергей махнул в сторону острога.
— Было ваше — стало наше! — ухмыльнулся кирьяльский лидер. — Это наша земля и все, что на ней, тоже. А острог этот мы уже взяли разок, и еще раз возьмем.
— Это лишнее, — качнул головой Сергей. — Если настаиваешь, то мы выйдем и убьем вас тут, на льду. Так быстрее будет, а у меня и без вас, лесных охотников, дел довольно.
— Экий ты наглый, княжич, — прищурился кирьял. — Еще не взял мишку, а полог из его шкуры мастеришь.
— Я не наглый, лесовик. Я — Дерзкий. У меня из таких мишек жира бочек сто натоплено. Хотя по правде сказать те медведи пожирней нынешнего были, — Сергей демонстративно погладил толстую золотую цепь на груди.
— Что-то ты больно молод для многих подвигов, — скептически скривил губы кирьял.
И провел рукавицей по желтым, с вмерзшими льдинками усам. Намекал, поганец.
— Я варяг, — сказал Сергей. — И княжич. А что до усов, так они вырастут. Но ты этого уже не увидишь. И твои люди тоже. Те, что не сбегут. Но мы не будем никого догонять. Чем больше сбежит, тем лучше.
— Почему лучше? — озадачился кирьял.
— Так если всех вас, лесовиков-охотников, перебить, некому будет нам меха добывать, — с добродушной улыбкой пояснил Сергей.
— А если перебить всех вас, беды не будет, — ухмыльнулся в ответ кирьял. — Покупатель на хорошие шкурки всегда отыщется. Вон хоть новгородские.
— Значит, миром не договоримся? — сделал вывод Сергей.
— Вы можете уйти, — разрешил Корлы. — Мы препятствовать не станем.
Как великодушно.
— Вы тоже можете уйти, верегельд за нападение на острог я возьму, но небольшой. Дюжины кип соболей хватит. — И прежде, чем кирьял успел возмутиться, добавил: — Но можно по-другому решить. Поединком.
— С тобой? — оживился Корлы.
— Не могу, — с искренним огорчением отказался Сергей. — Зарок полусотнику своему дал. Бойца выставлю. Ты тоже можешь.
— С другим не стану, — в свою очередь отказался Корлы.
— Твой выбор, — кивнул Сергей. — Иди скажи своим охотникам: кто побежит, догонять не стану.
— Где ты охотников увидел, варяг? — крикнул уже в спину Сергея кирьял. — Мы воины!
— Биться будем, — сообщил Сергей своим.
— На стенах или в поле? — уточнил Грейп.
— В поле.
— На стенах удобнее, — заметил Машег.
— Ты на стене и останешься. И еще два десятка сам отбери. Тоже на стены. Будете бить на выбор, когда сойдемся.
— Не будете, а будем. Тебя уже выбрал! — немедленно сообщил хузарин.
Сергей кивнул. Лезть в ближний бой он сегодня не собирался, а со стены руководить процессом удобнее.
— Сигтрюггсон, — повернулся Сергей к Дёрруду, — судя по тому, что я видел, большая часть лесовиков — стрелки. Потому, как только сойдетесь, сразу иди на прорыв. Задача — добраться до лучников. Это все. Дальше сам управишься. И учти: нам не просто победить надо, а чтобы напрочь пропало желание с нами ратиться.
— Уж как-нибудь, — проворчал Дёрруд. И, по-нурмански: — Грейп, выводи хирд из града.
— Эти уже двинулись, — предупредил Машег спускавшихся с заборола нурманов. — И луки в руках. — И, Сергею: — Проредить их? Я могу.
— Ты да, — согласился Сергей. — А надо, чтобы все. Ждем.
Челядь открыла ворота. Гридь двинула наружу. Не строем, но колонной, шестеро в ряд, щиты наготове.
Правильное решение. Кирьялы не стали ждать, когда пехота выстроится. Сразу начали закидывать стрелами. Хорошо так, часто и кучно. С дистанции примерно ста метров. Очень неплохо для лесовиков.
— Машег! — крикнул Сергей, накладывая стрелу.
Ну, понеслась.
Варяги тоже били кучно и точно. И убойно. В отличие от прикрывшихся щитами гридней, у лесовиков защиты не было. Град вражеских стрел тут же иссяк. Дёрруд, сориентировавшись, развертывать хирд не стал, собрал клин с собой, Грейпом и Тейтом на острие, а затем, с грозным ревом, бегом, по утоптанному снегу — к пытавшимся собрать строй лесовикам.
Надо отдать должное кирьялам: они не запаниковали. Суетящийся, размахивающий руками Корлы поспешно выстраивал линию щитоносцев. Терпящие урон стрелки тоже проявили себя достойно: дали залп «прямой наводкой» в набегающих варягов.
— Крепь! — громогласно рыкнул Дёрруд.
Увидав вскинутые луки, он первым упал на колено, заскользив по снегу. Бегущий за ним Нарви тоже не оплошал: вскинул щит вверх. Да никто не сплоховал: выучка у дружины была безупречная. Сотен пять стрел, выброшенных навстречу атакующим, хрустко ударили в дерево. Некоторые пробили основу щитов насквозь, а парочка даже ухитрилась найти щелки. Одна звякнула по шлему, другая, зацепив оперением край щита, влупила в живот Кочня…
Кочень охнул. Даже через качественную кольчугу и толстый зимний подкольчужник вышел очень сильный удар. Боли не было. Но так часто бывает в первые мгновения, когда еще не понимаешь, насколько тяжело ранен. Страх накрыл. Но не панический. Рука, державшая перекладину щита, не дрогнула.
  
Брошенный вниз взгляд… И облегченный вздох: не пробила. «Рожки» наконечника торчат. Увяз в двойном плетении.
— Вперед! — взревел Дёрруд.
Команда вымела из головы Кочня недавний испуг и вообще все мысли, бросила вперед: не «отпускать» ведущего — это основа. Кочня толкнули плечом: сосед слева поскользнулся.