Ты уверен, что хочешь это знать?
Я сделала вид, что глубоко задумалась, а затем радостно улыбнулась:
– Скорее всего, он просто вас развеет, чтобы наверняка спать спокойно. И потом, со мной ему отношения выстраивать нужно, а с вами – не очень. Делаем выводы?
– С тобой-то почему нужно? – вступила в диалог вторая дама, кажется, Моника, и я мысленно довольно потёрла ручки: начало диалога – это уже первый шаг к взаимопониманию. А мне наладить отношения с местными привидениями совсем не помешает, только садиться себе на шею я не позволю даже им.
– А я невеста его светлости, – сказала и уселась в удобное кресло, тем самым показывая, что готова к разговору, – и планирую стать супругой. Так что давайте мириться и знакомиться. Я Клотильда, графиня Уолтшир.
Несколько долгих томительных минут в библиотеке царила абсолютная тишина, казалось, даже пылинки зависли в воздухе и замерли. Затем напротив меня воздух слегка сгустился, принимая очертания женской фигуры в старинном платье. Призрак постепенно становился плотнее, чётче, и вскоре напротив меня в таком же кресле, обитом тёмно-зелёным бархатом, сидела достаточно молодая женщина какой-то невероятной, просто сказочной красоты. Я сначала даже почувствовала совершенно несвойственный мне укол чисто женской зависти, но потом сообразила, что я-то, в отличие от женщины, живая, хоть и не такая красавица.
– Я Моника, герцогиня Милфор, – представилась она, – думаю, остальные титулы можно опустить, ведь мы разговариваем сейчас… по-простому, можно сказать, почти по-домашнему.
– Леди Моника Милфор? – это я думала, что удивить меня невозможно? Так вот, я очень сильно ошибалась, так как поверить в то, что напротив меня сидит легендарная леди Милфор, фаворитка короля Леопольда, сосланная в дальний монастырь по подозрению в покушении на королеву и бежавшая оттуда, было почти невозможно. Эта история стала основой для десятков любовных романов, сотен версий случившегося и тысяч сплетен и слухов.
– Ты слышала обо мне? – идеальной формы брови слегка приподнялись, – надо же, я думала, что обо мне давно забыли. Что ж, это приятно знать, что тебя помнят. Надеюсь, обо мне говорят хорошо?
– Эммм… – замялась я, не зная, как поделикатнее сказать правду, – ну, во всяком случае, личность вы более чем знаменитая. Не каждая герцогиня травит супругу возлюбленного, даже если он монарх. Но вы не думайте, я в принципе вас не осуждаю, говорят, королева Фелиция была той ещё змеюкой… Ой… А с вами… Ну, вторая дама…
– Фелиция, дорогая, почти нас своим присутствием, пожалуйста, – проговорила потрясённая Моника негромко, – кажется, эта милая девушка сейчас расскажет нам много интересного.
– Какая возмутительная чушь, – сварливо проговорила медленно проявляющаяся вторая дама. Она была старше Моники, не столь ослепительно красива, но в ней чувствовалась порода, что ли, стать и величие, слегка испорченные капризным и недовольным выражением лица. И я с ужасом узнала ту самую королеву Фелицию, на которую, по слухам, и покушалась леди Моника двести лет тому назад.
– Что именно? – ошалевшая я только переводила взгляд с одной призрачной дамы на другую. Ну надо же, какая у моего жениха в замке интересная жизнь! Это я, как говорится, удачно зашла.
– То, что ты говоришь, дитя, – пояснила бывшая королева, снизойдя до прямого разговора со мной, – Моника всегда была моим доверенным лицом, и я прекрасно знала о её связи с моим супругом, более того, именно я и попросила её стать фавориткой его величества Леопольда. Он стал совершенно невыносим, и лишь красота и терпение Моники хоть как-то смягчали его нрав. А что ты там говорила о покушении?
– Ну так все знают, что леди Моника, – я посмотрела на заинтересованно склонившую голову красавицу, – пыталась вас, ваше величество, отравить, – тут обе дамы презрительно фыркнули, – а его величество сослал леди Монику в какой-то монастырь, – призраки переглянулись и пожали плечами, – откуда леди сбежала в неизвестном направлении. Вот…
– Интересно, кто придумал весь этот бред? – с искренним недоумением пожала плечами королева, – да Моника последний человек, который мог бы захотеть причинить мне вред.
– Но все книги, учебники… – возразила я, – это общедоступная информация!
– Это общедоступная клевета! – нахмурила идеальные брови Моника, – то есть ты хочешь сказать, что уже двести лет все считают меня преступницей?!
– Ну, в общем-то, да… – я непонятно почему почувствовала себя виноватой.
– Но это же ужасно, – на прекрасных призрачных глазах показались слёзы, – ведь я же ни в чём не виновата…
– Ты должна помочь Монике! – подумав, вдруг сказала королева, – нужно узнать причину этой чудовищной лжи и развеять её. И ты это сделаешь!
– Ты правда сможешь? – Моника смотрела на меня с такой надеждой, что я не выдержала и кивнула.
– Во всяком случае, я постараюсь, – добавила, подумав, – и, боюсь, мне придётся рассказать о вас жениху. Не прямо вот сейчас, конечно, а когда… точнее, если я пойму, что мы поладим.
– Ты давно приехала? – дамы переглянулись.
– Сегодня, – честно ответила я, – и уже слышала о том, что тут по ночам что-то странное творится. Не подскажете, кстати, что именно?
Призраки снова переглянулись и, отлетев в угол, начали шептаться, активно жестикулируя. До меня доносились только обрывки фраз:
–… нельзя рассказывать…
–… поможет восстановить доброе имя…
–… жалко, совсем ведь молоденькая…
–… развеет, если узнает….
–… она последняя в списке…
Потом королева подлетела поближе и, зависнув в нескольких сантиметров от меня, проговорила:
– Мы пока ничего не можем тебе рассказать, но можем дать совет: в первую ночь, что бы ты ни услышала, кого бы ни увидела, ни за что не выходи из своей комнаты.
– Это вы сейчас так попробовали меня успокоить? – я с вполне объяснимым раздражением посмотрела на королеву, уже почти не испытывая никакого страха или неловкости ни от того, что передо мной была королева, пусть и бывшая, ни от того, что она была призраком, – могу вас огорчить, ваше величество: у вас не получилось.
– Ах, дитя, ты можешь называть меня просто леди Фелиция, – попыталась покровительственно потрепать меня по щёчке королева, но я лишь почувствовала дуновение прохладного ветра, – между прочим, это серьёзная привилегия, ты в курсе?
– Даже сейчас? – я из вредности фыркнула, хотя лишний раз напоминать дамам об их призрачном состоянии казалось мне невежливым. Впрочем, следование всем правилам и нормам этикета никогда не было моей сильной стороной. А вот унаследованная от маменьки тёмная колдовская натура порой просто заставляла сказать какую-нибудь колкость или гадость.
– Настоящая королева всегда остаётся королевой, – серьёзно ответила мне леди Фелиция, – хоть в короне, хоть в рубище, хоть… в призрачном состоянии. Я советую вам, юная леди, запомнить эту простую истину. Надеюсь, это не слишком сложная задача?
– А меня вот что интересует, – задумчиво заметила вернувшаяся в кресло леди Моника, – почему ты смогла нас услышать и, более того, увидеть. Никому до тебя это не удавалось, Клотильда, графиня Уолтшир. Есть какие-нибудь идеи?
– Вероятно, дело в моей смешанной крови, – я кивнула, так как тоже об этом задумалась и выдвинула версию, кажущуюся мне наиболее вероятной, – просто до меня, возможно, вы не сталкивались с носителями одновременно эльфийской, демонической, человеческой и тёмной колдовской крови? Очень может быть, кстати, это не полный перечень, просто папенька не смог вспомнить, кто там ещё отметился среди наших предков. Про маменькину линию вообще промолчу.
– Как интересно! Уникально! Просто восхитительно! – внезапно раздался неожиданно приятный мужской баритон, и рядом с леди Моникой материализовался импозантный мужчина средних лет в старинном камзоле и рубашке с великолепными кружевами: их не смогло испортить даже большое кровавое пятно, темнеющее в аккурат напротив сердца. Это что – ещё призрак? Да у моего жениха, оказывается, тут целый приют для высокопоставленных привидений. Может, ему начать за деньги пускать постояльцев? Или экскурсии водить? Ну а что? Деньги, они, знаете ли, лишними не бывают!