Ты уверен, что хочешь это знать?

– Барон, вы, как всегда, не вовремя, – поморщилась королева, с неприязнью глядя на нового участника нашей в высшей степени занятной беседы, – дайте нам с Моникой спокойно поговорить с девочкой.
– Наговоритесь ещё, Фелиция, – отмахнулся от королевского привидения мужчина, – деточка, посмотрите на меня! Теперь немного вправо, отлично… теперь снова на меня… высуньте язык… превосходно… а капельку крови не позволите?
– Зачем? – ошарашенно спросила я, на всякий случай отодвигаясь от странного мужчины за леди Монику, которая тоже смотрела на нового гостя без особой симпатии.
– Ну как же, – всплеснул руками любитель лионских (если я правильно рассмотрела, конечно) кружев, – у вас наверняка чрезвычайно любопытный состав крови, мне никогда ещё не доводилось изучать подобное. Ведь вокруг все настолько примитивны, вы себе просто не представляете, душенька! Ну две крови смешаны, ну три – это если очень повезёт, а тут вы с таким чудесным букетом! Я, как учёный, просто не могу позволить вам пройти мимо! Понимаете?
– Не давай, – шёпотом, едва слышно проговорила Моника, – этим безумным учёным, даже мёртвым, нельзя давать кровь. Мы с Фелицией уже столько лет держимся, даже не грубим, хотя надоел он хуже зудящего комара.
– А у вас разве есть кровь? – так же шёпотом удивилась я, – вы же привидения… простите мне мою откровенность.
– Нету, конечно, – она пожала плечами, – но он всё равно зудит. Никак не хочет осознать и принять то, что он тоже призрак: ему уже двести лет кажется, что это всё – затянувшийся эксперимент.
– Ну так что насчёт малюсенькой капельки крови? – не унимался призрачный экспериментатор, – исключительно в научных целях, деточка.
– Нет, – покачала я головой, – я пока не уверена, могу ли вам доверять, вы ведь так странно себя ведёте: даже не представились! И ждёте, что я доверю вам такую ценность?
– Правильно, так его, – одобрительно кивнула королева, – а то распустился тут за столько лет, когда никто не видит и не слышит: о самых простых правилах вежливости забыл. Гений…
– Вы правы, чаровница, – картинно огорчился мужчина, – я был непростительно невежлив. Позвольте представиться: барон Холланд, Джастин Холланд.
– Да ладно, – я совершенно по-простонародному вытаращилась на барона, который слегка растерялся от такой странной реакции на его имя, – вы – знаменитый барон Джастин Холланд? Скажу вам правду: я все романы о вас, которые нашлись в дядюшкиной библиотеке, прочитала раз по пять, хотя обычно романы не жалую.
– Романы? Обо мне?! – кажется, мне удалось поразить призрак барона, впрочем, не только его: дамы смотрели на меня с таким же недоумением.
– Конечно! Вы что, не читали?! – я тут же выбралась из кресла и торопливо подошла к одному из шкафов в библиотеке, в котором, пока искала книгу для розы, видела как раз первый роман из цикла о Холланде.
Призраки, недоуменно переглядываясь, молча смотрели на мои поиски и, когда я радостно вытащила достаточно толстую книжку, подлетели поближе. На обложке довольно потрёпанного, явно не раз и не два читанного томика был изображён знойный красавец с шевелюрой цвета воронова крыла и томными карими очами. Он небрежно обнимал блондинку, которая смотрела на него с обожанием. На голове девицы сверкала корона, которая, как мне, например, показалось, интересовала красавца гораздо больше, чем сама блондинка.
– Кто это? – с интересом спросила Моника, и я показала ей название: «Приключения барона Джастина Холланда. Огненная страсть».
– Это обо мне? – барон даже не пытался скрыть своего потрясения и осторожно протянул руку за книгой. Я не стала отказывать ему в этом пустяке, тем более, что уж если кому и смотреть, так главному герою. Сам барон, правда, не слишком походил на красавчика с обложки, но тоже был очень неплох. Он попытался взять роман, но его рука бессильно скользнула сквозь книгу, и на лице мужчины отразилось такое отчаяние, что мне стало просто по-человечески его жаль. Я вздохнула и сказала:
– Ну, хотите, я вам перескажу содержание? Я эту часть вообще отлично помню.
 
– Был бы вам искренне признателен, деточка, – проговорил барон, не в силах отвести глаз от обложки и совершенно забыв о своём нездоровом интересе к моей крови.
– Это первая часть цикла о приключениях барона Джастина Холланда, – начала я, убедившись, что призраки внимательно меня слушают, расположившись кто где, причём барон выбрал такое место, с которого прекрасно была видна обложка романа, – в ней рассказывается о том, как знаменитый учёный, – тут призрак приосанился и гордо взглянул на королеву, – и романтик лорд Холланд отправляется в путешествие к загадочным берегам Арилиума.
– Это что ещё за странное место? – призраки переглянулись, и я пояснила:
– Арилиум – это вымышленная страна, где барон Холланд переживёт множество захватывающих приключений и познакомится с принцессой Хлоей, которая там скрывается от жестокого отца, стремящегося выдать её замуж против воли самой принцессы. Он влюбляется в неё…
– Да кто бы удивился, – хмыкнула королева, с непередаваемой иронией покосившись на барона, – а потом он её бросает, верно?
– Нет, что вы, – возразила я, обидевшись за книжного Джастина Холланда, – он преодолеет множество препятствий, будет воевать с пиратами, встретится в бою с вождём дикого племени, который потом станет его лучшим другом… но это уже во второй части… или в третьей… я точно не помню.
– А принцесса? – дрогнувшим от волнения голосом поинтересовалась Моника, – она тоже его полюбила, и они были счастливы?
– Нет, представляете, – я устроилась в кресле поудобнее, – потом оказалось, что у неё есть возлюбленный, который вынужден был бежать, скрываясь от наёмных убийц… И барон Джастин, как благородный человек, – тут мои собеседницы насмешливо фыркнули, а барон бросил на них недовольный взгляд, – помог влюблённым воссоединиться и даже был шафером на свадьбе. А позже стал крёстным отцом их первенца. Очень душевный роман, вот правда-правда!
– А в романе я тоже учёный? – взгляд барона сверкал от переполнявших его эмоций.
– О да! Вы исследуете всё неведомое, загадочное и таинственное, – сообщила я чрезвычайно довольному Джастину Холланду, – и больше всего интересуетесь старинными артефактами.
– Это определённо про меня! – радостно потёр руки барон, – редкие или утерянные артефакты – мой конёк!
В груди внезапно звякнул колокольчик тревоги, а к своим чувствам я привыкла прислушиваться, поэтому сделала вид, что слова призрака о его страсти к уникальным и пропавшим артефактам не вызвали у меня никакого особого интереса. И, естественно, если бы не обострившееся внимание, я никогда не заметила бы вспыхнувшую и тут же погасшую искру в глазах барона. Разумеется, это мог отразиться солнечный луч, иногда освещавший библиотеку, но что-то подсказывало мне, что последнюю фразу Джонатан Холланд произнёс не случайно.
Мы ещё немного поговорили о романах, я нашла для призрака всю серию, причём и остальные части оказались достаточно сильно потрёпаны – неужели это мой жених увлекается? Нет, вряд ли… хотя представить себе Малькольма за этим занятием получается ещё хуже. Впрочем, может, это многочисленные претендентки так зачитали истории про великолепного барона. Мысль о том, что тогда невест было десятков пять, я загнала поглубже.
– А как вы хотите, чтобы я вам помогла? – спросила я у призрака королевы Фелиции, когда тема приключений барона Холланда всем – кроме самого Холланда, разумеется – поднадоела.
– Я пока точно не знаю, – пожала она полупрозрачными плечами, – но нужно что-то сделать для того, чтобы репутация Моники была восстановлена. Мыслимое ли дело – так оклеветать человека, всю жизнь верой и правдой служившего короне!
– Я подумаю, честное слово, – клятвенно пообещала я и предупредила, – но я говорила вам, ваше величество, что, скорее всего, мне придётся рассказать о вас лорду Маркусу. Мне бы не хотелось начинать наши с ним отношения с обмана, – добавила я и даже не покраснела от собственной наглости.