Рыцарь тьмы (ЛП)

Меревин немедленно укрыла его.
— Иди поговори с Мерлином и Нимуэ. Расскажи им, что происходит, и посмотрим, смогут ли они помочь ему.
Блэйз кивнул, прежде чем оставить их одних.
Меревин присела на край кровати, чтобы погладить Вэриана по спине. Его кожа была такой горячей, что жар ощущался даже сквозь одеяло. Им нужно было сбить температуру, пока это не причинило ему вреда. Но как?
В коттедже не было льда. Как и ничего другого, что могло бы помочь.
Встав, она пошла на кухню за миской теплой воды и полотенцем. Она слышала, как Блэйз в своей комнате пытается позвать отца и Нимуэ. И кажется, безрезультатно.
Когда она наполнила миску, Бо подлетел к ней и уселся на столешницу, прежде чем расправить крылья. Он был всего трех с половиной футов ростом (ок.106 см — прим. ред.), но когда садился так, как сейчас, то был намного меньше.
— Могу я помочь, миледи?
Она одарила Бо нежной улыбкой.
— Нет, дорогой. Нам нужно найти способ освободить магию Вэриана.
— Жаль, что я не могу прокусить браслет для вас, миледи. Сифилис его матери за то, что она причинила ему боль.
Меревин не могла не согласиться. Она выключила воду.
— Может, мне еще раз попробовать пробиться через поле?
Ее сердце согрелось от его доброты. С тех пор, как Бо обрел крылья, он делал все возможное, чтобы пробиться сквозь силовое поле.
— Спасибо, но нет. Я не хочу, чтобы у тебя что-то откололось, особенно ничего жизненно важного.
Он мрачно кивнул.
— Если я Вам понадоблюсь, позовите, миледи.
Поблагодарив его, она отнесла миску и тряпку обратно к Вэриану и поставила их рядом с кроватью. Откинув одеяло, девушка обнаружила его полностью обнаженным. При виде него ее щеки залил жар. Каждый мускул в его теле, казалось, напрягся, и она не могла не вспомнить, как он ощущался в ее объятиях. Как ощущались эти мышцы под ее руками.
Как ощущалось его тело глубоко внутри нее…
Но сейчас было не время думать о таких вещах. Он был болен, и ей нужно было позаботиться о нем, пока лихорадка не повредила его мозг. Она отжала ткань и начала обтирать его, пока он сильно дрожал.
Он попытался оттолкнуть ее.
— Мне нужно одеяло.
— Нет, Вэриан. Мы должны охладить твое тело.
— Мне холодно.
От его слов у нее защемило сердце.
— Я знаю. — Она продолжила обтирать его и почувствовала себя ужасно, когда его зубы начали стучать. Ее взгляд упал на браслет, и волна ярости захлестнула ее. Будь проклята его мать за ее жестокость.
Вэриан шипел и рычал каждый раз, когда она прикасалась к нему. Несмотря на то, что вода и полотенце были слегка теплыми, в тот момент, когда она прикладывала ткань к его телу, та нагревалась до такой степени, что от нее шел пар. Боясь за него, она попыталась вылить немного воды ему на грудь. Вода буквально вскипела и испарилась.
Когда Меревин провела тряпкой по его груди, его дрожь усилилась, превратившись в тотальные конвульсии. Мгновение спустя кровать приподнялась на два дюйма от пола.
В ужасе девушка отпрянула, когда вещи в комнате начали стучать и сдвигаться. Кровать с грохотом ударилась об пол. Ставни громко хлопнули, прежде чем распахнуться и сорваться с петель. Миска поднялась с пола, отлетела и разбилась о стену. Оконные стекла разлетелись вдребезги. Саму Меревин подняло с кровати. Секундой позже ее швырнуло на пол.
Меревин закрыла голову руками, когда все закружилось вокруг нее. Она попыталась позвать Бо или Блэйза, но они не ответили. И как раз в тот момент, когда она подумала, что хуже уже быть не может, у Вэриана изо рта и носа началось обильное кровотечение. Чем больше предметов разбивалось, тем больше он истекал кровью.
Она попыталась дотянуться до него, но какая-то невидимая сила пригвоздила ее к полу.
— Вэриан!
Казалось, он слышал ее не больше, чем Блэйз или Бо. Раздался громкий, неземной вой, и по комнате пронесся вихрь. Меревин ухватилась за половицу, когда тот попытался поднять ее. Ее волосы больно хлестнули по коже.
Бестелесный смех наполнил комнату.
Меревин закрыла глаза и попыталась мысленно обратиться к Вэриану или Блэйзу.
 
Она не была уверена, как долго продолжался этот хаос, прежде чем все внезапно прекратилось. Как будто ничего и не происходило. Окна вернулись в нормальное состояние. Кровать опустилась, и тяжесть, давившая на нее, исчезла.
Единственным свидетельством жестокости нападения была разбитая керамика.
Испугавшись, что это возобновится, она подползла обратно к кровати и обнаружила, что Вэриан без сознания, его дыхание затруднено. Кожа была ужасающе бледной, а изо рта и носа продолжала идти кровь.
— Блэйз! — Закричала Меревин, доставая тряпку, чтобы остановить кровь.
Мэндрейк распахнул дверь и нахмурился, увидев ее и Вэриана в крови. Он в два шага пересек комнату.
— Что случилось?
— Я-я не знаю. Он забился в конвульсиях, и комната взорвалась. Сейчас он без сознания.
Блэйз пытался разбудить его, но это было бесполезно. Он приподнял веки Вэриана, чтобы увидеть, что его глаза теперь были такими же красными, как кровь. Выругавшись, Блэйз поднес руку к шее Вэриана, чтобы проверить пульс.
— Он не просто без сознания. Он в коме.
Этого не могло с ним случиться…
— Что нам делать?
Глаза Блэйза были полны сочувствия.
— Не знаю. Я не могу добиться ответа от сильных мира сего.
— Что? — недоверчиво спросила она.
— Мерлин и Нимуэ игнорируют меня.
Она посмотрела вниз на Вэриана, ее сердце было разбито, и горе переполняло ее. Неужели он умрет?
Но что разожгло огонь внутри нее, так это тот факт, что, казалось, никому не было до этого дела. Даже его тете. Ее собственная плоть и кровь… После всего, что он сделал, чтобы защитить повелителей Авалона, и всего, что перенес, это должно было стать его судьбой?
И по мере того, как эти мысли проносились в ее голове, в ней нарастала ярость.
Это было неправильно. Так неправильно. Как они смеют поворачиваться к нему спиной, когда он в них нуждается.
— Мерлин! — закричала она. — Ответь мне сейчас же!
К ее удивлению, он ответил. Его голос эхом разнесся по комнате.
— Я знаю, чего ты хочешь, и мы ничего не можем сделать. Один волшебник не может снять заклятие другого.
Меревин издала звук абсолютного отвращения.
— Значит, он должен умереть вот так?
— Его жизнь теперь в руках господина Фортуны.
Она вскипела при упоминании о древнем существе, которое управляло их судьбами. Высокий и красивый, он был капризным злым зверем, который, казалось, находил радость только в том, что мучил других. Те несколько раз, что она видела его в Камелоте, он был равнодушен к мольбам тех, кто молил его о пощаде.
Он был равнодушен к ее собственным мольбам. Однако она была готова снова умолять его о шансе помочь Вэриану. Все что угодно было лучше, чем видеть, как он страдает подобным образом.
— Я же могу вызвать его?
Мерлин рассмеялся.
— Ты можешь попытаться, но уверяю тебя, что он сюда не придет. Он никогда не приходил и никогда не придет. В этом мире для него ничего нет.
Расстроенная, она хотела придушить их всех за это. Как они могли быть такими холодными?
Она посмотрела на Блэйза.
— Вэриан сказал, что волшебник может ослабить магию другого. Есть ли какой-нибудь способ смягчить это?
Выражение его лица было печальным и обеспокоенным.
— Если и есть, я об этом не знаю. Поскольку это заклинание ограничения силы, смягчение его действия может убить его.
От его слов ей стало плохо.
— Значит, единственный человек, который может исправить это, его мать? Или господин Фортуна?
— Да.
Меревин хотелось выругаться от иронии и несправедливости. Кипя от ярости, она провела рукой по влажным волосам Вэриана. Жар от его лихорадки дошел до такого состояния, что она даже была удивлена, как это еще не убило его.
И когда ее взгляд упал на шрам — символ его отца, выжженный у него на плече, ее решимость пошатнулась.