Рыцарь тьмы (ЛП)

Она не могла позволить ему умереть или страдать. Не важно, что ей придется пообещать или с кем ей придется торговаться, она собиралась вытащить его из этого.
✥ Глава 17 ✥
Блэйз остался с Вэрианом, пока Меревин, извинившись, ушла по своим делам. Честно говоря, ему было так же плохо из-за этого, как и Меревин.
Бедный Вэриан. Сначала страдал из-за Наришки и Ланселотом, затем из-за Морганы и Аквилы Пенмерлин, а теперь ещё и это.
Хотя Вэриан был без сознания, Блэйз знал, что ему больно. Силы Блэйза были ограничены только однажды, в детстве. Эмрис Пенмерлин сделал это, чтобы показать ему, почему так важно быть уверенным, что никто не наложит на него связующее заклятие.
Это был урок, который он никогда не забывал.
Силы Блэйза были номинальными по сравнению с силами Вэриана, что означало, что опыт Блэйза был сравнительно небольшим. Чем больше силы было удержано, тем больше боли. А с такой силой, как у Вэриана, это было смертельно.
Эту часть информации Блэйз утаил от Меревин, поскольку они ничего не могли сделать. Он полагал, что у Вэриана есть еще день или два. После этого Вэриан, скорее всего, никогда не поправится. Он навсегда останется в вегетативном состоянии. Возможно, это и было намерением Наришки с самого начала. Она, вероятно, предполагала, что Вэриан заключит с ней любую сделку, чтобы не превратиться в зомби.
Это только показывало, как мало она знала о своем собственном сыне.
Но хуже всего было то, что, будучи коматозным зомби, его магия могла быть направлена и использована кем-то другим. Она конечно будет не так сильна, как если бы он направлял ее сам. Тем не менее, кто-то вроде его матери мог использовать её для усиления своих собственных сил. С точки зрения Наришки, любой вариант, вероятно, был для нее выигрышным. Либо она привлекла сына на свою сторону, либо получила часть его магии, чтобы использовать в своих целях.
И Блэйз по глупости думал, что его собственная мать черствая. Ее худшим преступлением было то, что она бросила его из-за его альбинизма. Она никогда в отрытую не пыталась убить его.
Блэйз устало вздохнул.
— Я знаю, ты меня слышишь, Ви. Мне жаль, что мы вовремя не сняли заклятие. — Только вчера они вдвоем говорили о том, что произойдет, если магия Вэриана взбунтуется. Вэриан, должно быть, знал, что так случится. — Не волнуйся. Я сдержу свое слово. Меревин не причинят вреда. Я защищу ее ради тебя.
Как и ожидалось, ответа не последовало.
Сидя там, он чувствовал, как Вэриан борется с этим. Он чувствовал, как это противоречит его собственным силам.
Он также знал, что это безнадежно. Даже Вэриан не был настолько силен. Как бы он хотел, чтобы у него было время узнать этого человека получше. Как и многие другие, он позволил Вэриану оттолкнуть себя, и не придал особого значения колдуну, который предпочитал одиночество компании.
За последние несколько дней Блэйз обрел друга, которого научился ценить. Вэриан дюФей, возможно, и был порождением ада, но он вырос во что-то другое. И этот человек не заслуживал такого дерьма.
Блэйз почувствовал, как кто-то стоит у него за спиной. Повернув голову, он увидел Бо, стоящего в дверном проеме.
— Бо принес воды для хозяина.
Блэйз улыбнулся маленькой гаргулье, когда тот двинулся вперед с миской. Большая часть воды расплескалась из-за его неровной походки, но, тем не менее, это было трогательное зрелище.
— Спасибо, Бо. Я уверен, Вэриан это ценит.
Гаргулья поставил миску у кровати и бросил скорбящий взгляд на Вэриана, прежде чем снова повернуться к Блэйзу.
— Миледи плачет, и это тоже огорчает Бо. Неужели хозяин не может сказать ей, чтобы она не плакала?
Как бы ему хотелось, чтобы все было проще простого.
— Нет, Бо, он не может. Он болен.
Казалось, это заставило его почувствовать себя лучше.
— Тогда Бо вылечит его.
— Боюсь, ты не сможешь.
Но его было не остановить.
— Да, Бо может. Слюна гаргульи целебна.
— Да, но не для этого. Если бы Вэриана можно было вылечить чем-то вроде слюны гаргульи, я мог бы вылечить его своими силами.
 
— О. — Несмотря на то, что Бо был сделан из камня, он, казалось, сдулся, когда его охватила темная печаль. — Миледи любит господина. Каждую ночь, ложась спать, она шепчет свои молитвы, и она всегда молится за него. Она говорит, что ему нужен кто-то, кто присматривал бы за ним и заботился. Скажи ему, что он должен встать. Иначе моя госпожа всегда будет плакать.
— Я бы хотел, Бо, но это не так просто.
— Почему это не просто? Бо не понимает.
— Это не так легко. Это как если бы ты пытался летать до того, как у тебя появились крылья.
Покачав головой, Бо окунул тряпку в воду, но его руки были такими большими, что он не смог поднять ее обратно. Блэйз шагнул вперед, чтобы взять ее. Он отжал ткань, затем приложил ее ко лбу Вэриана.
Это, казалось, понравилось гаргулье.
— Теперь хозяину будет лучше. Вода восстановит его, и он встанет, так что моя госпожа больше не будет плакать.
Как бы Блэйз хотел обладать наивностью гаргульи. Вэриан, скорее всего, умрет в ближайшие дни, и больше для него ничего нельзя было сделать.
✥✥✥
Меревин стояла на коленях на полу своей комнаты, ее переполняли эмоции. Она сделала это. Вэриан, вероятно, возненавидит ее с этого момента, но, по крайней мере, она спасет ему жизнь.
Какой ценой?
— Это не имеет значения, — прошептала она. Потому что знала правду.
Она любила его. С того момента, как он подхватил ее на руки и побежал с ней, когда любой другой предоставил бы ее самой себе, она принадлежала ему.
Она только надеялась, что однажды он сможет простить ее за сделку, которую она только что заключила. Поднявшись на ноги, она торжественно вышла из своей комнаты и направилась туда, где он лежал без сознания, в то время как Бо и Блэйз присматривали за ним.
— Леди, — прошептал Бо, когда она вошла в комнату. Он указал на повязку на лбу Вэриана. — Бо сделал господину лучше для тебя.
Слезы навернулись на ее глаза от доброты гаргульи.
— Спасибо тебе, Бо.
Она не смотрела на Блэйза, направляясь к кровати Вэриана. Она не осмеливалась, опасаясь, что пожалеет о своих действиях и попытается изменить их.
Но она… она сделала лучше для всех.
Не сказав Блэйзу ни слова, она потянулась к запястью Вэриана.
— Что ты делаешь?
Меревин не смогла ответить. Вместо этого она потянула за браслет так сильно, как только могла.
— Lyra daludité, — прошептала она, повторяя слова фейри снова и снова. Свобода — это всего лишь иллюзия…
Она почувствовала, как тепло разливается по ее телу. Оно разлилось по ней, как лава, и устремилось к ее рукам. И как раз в тот момент, когда она была уверена, что ее руки взорвутся от этого, браслет разлетелся вдребезги. В воздух полетели искры, и что-то сильное отбросило ее назад.
Бо подбежал к ней, в то время как Блэйз выругался. Меревин села, наблюдая за Вэрианом, когда его глаза медленно открылись.
Радость захлестнула ее. Она сделала это.
Вэриан несколько мгновений не мог пошевелиться, у него кружилась голова. Он полностью осознавал все, но более того, он снова мог чувствовать свои силы. Они хлынули через него, изучая каждую молекулу. По его телу словно пробежала молния.
Он обхватил запястье и обнаружил, что браслета больше нет. Но как?
Вэриан взглянул на Блэйза и увидел, что тот недоверчиво смотрит на Меревин. Он проследил за направлением взгляда Блэйза и увидел Меревин на полу с легкой улыбкой на губах.
— Что случилось? — Спросил Вэриан.
Блэйз покачал головой.
— Черт возьми, если бы я знал.
Он ждал, что Меревин ответит.
Она этого не сделала. Вместо этого девушка открыла рот, будто хотела ответить, но не издала ни звука. Она похлопала себя по горлу, затем одними губами произнесла:
— Я не могу сказать.