Рыцарь тьмы (ЛП)

Блэйз схватил Бо за руку и так же бесшумно удалился вместе с ними.
Вэриан никогда не отступал, но в этом случае сделал исключение. Если повезет, они действительно смогут пережить это.
Но не успели они сделать и нескольких шагов, как наткнулись на еще одну невидимую стену. Он начал пятиться, но врезался в другую.
— Они заманили нас в ловушку, — пробормотал Блэйз себе под нос. — Черт.
Именно так и подумал Вэриан.
Нимуэ превратила Мерлина в статую, прежде чем приблизиться к ним.
— То, что я сражаюсь с Эмрисом, не значит, что я всегда с ним не согласна. В этом мы с Эмрисом едины. Никто не покинет эту долину. Никогда.
Вэриан не мог поверить в то, что слышал.
— Ты бы пожертвовала невинными людьми ради этого?
— Я была принесена в жертву ради этого. Как и Эмрис. Мы предупреждали Артура и твоего отца, среди прочих, что Моргана опасна. Никто не слушал нас. Нас посчитали сумасшедшими. И когда мы попытались помочь, то оказались здесь, в ловушке. И мы услышали то, что говорили и думали о нас те самые люди, которых мы старались спасти. Простите меня, если я не испытываю к ним доброжелательности.
— Но если Моргана получит Грааль…
— Как? Один рыцарь Грааля мертв, его ключ потерян для всех, кроме Аквилы Пенмерлин. И еще двое заперты здесь, вне досягаемости Морганы. Я бы сказала, что Грааль сейчас в большей безопасности, чем когда-либо.
Блэйз разинул рот от ее слов, прежде чем обменяться хмурым взглядом с Вэрианом, который не мог поверить в то, что услышал.
— Откуда ты знаешь, что здесь есть рыцари Грааля? — Спросил Блэйз.
— Мой добрый дракон, Эмрис был Пенмерлином, а я дочь озерной сильфиды и Фортуны. Между нами двумя нет ничего, чего бы мы не знали. Вплоть до мыслей, которые у тебя возникают в этот момент, которые говорят о том, что ты считаешь меня лгуньей. Страх Меревин снова стать уродливой и довольно громкие мысленные оскорбления Вэриана, которые он обрушивает на мою голову. — Она взглянула на Бо. — Не говоря уже о бедном камушке, который теперь верит, что Меревин — его мать. Бедняжка. — Она встретилась взглядом с Вэрианом. — Вы все здесь в ловушке. Навсегда. Так что привыкайте к этому.
И следующее, что они осознали, — это то, что их перенесли в маленький коттедж.
Вэриан бросился к двери, но обнаружил, что та заперта и открыть ее невозможно. Как будто он не мог догадаться об этом. Ударив кулаком по двери, он повернулся лицом к остальным.
— Ну что, детки… есть идеи, как нам выбраться из этой ситуации?
Блэйз взглянул на Бо.
— Мы используем камень, как таран?
Меревин ахнула, прежде чем обхватить Бо руками и прижать его к себе, словно защищая.
— Даже не думай об этом.
Вэриан проигнорировал их, осматривая спартанский коттедж. Здесь было не так уж много места. Но, по крайней мере, здесь был камин и шкаф, в котором, казалось, хранилось много еды для них. Было очевидно, что колдуны действительно намеревались держать их здесь вечно.
И если он не вернет свою магию, они вполне могут преуспеть.
✥ Глава 16 ✥
Следующая неделя была практически невыносимой, поскольку они мерили шагами маленькое пространство, без облегчения… без выхода. Что бы они ни пытались сделать, Мерлин и Нимуэ держали их взаперти в своем коттедже. Блэйз и Вэриан испробовали все, чтобы объединить свои ограниченные силы и вырваться.
Ничего не помогало. Начинало казаться, что они действительно проведут здесь остаток вечности.
В дни их разочарования Бо быстро превратился в невысокую гаргулью с набором маленьких крыльев. Его лицо было широким, а клыки не такими выраженными, как у других представителей его вида. Несмотря на это, он был симпатичной гаргульей, и Меревин находила его чрезвычайно очаровательным.
Ему все еще было немного трудно говорить, но одно было ясно наверняка: он был также привязан к Меревин, как и она к нему, и между ними образовалась неразрывная связь.
Дни тянулись мучительно медленно, и единственным источником света в их тюрьме был тот факт, что они все ладили. По ночам все расходились по своим комнатам, хотя Вэриану приходилось бороться с собой, чтобы не вломиться в спальню Меревин. Он хотел только обнять ее… по крайней мере, это была ложь, которую он постоянно говорил себе, но знал, что лучше даже не пытаться. С одной стороны, объятия с ней только разожгли бы его аппетит еще больше, а с другой, последнее, что ему было нужно, это добавлять еще больше сложностей в свою жизнь.
 
Вэриан должен был оставаться сосредоточенным. Где-то все еще был предатель, который искал рыцарей Грааля. Если он нашел Тэринса, то это был только вопрос времени, когда он выдаст Моргане еще одного невинного человека. Не говоря уже о том, что упомянутый предатель мог нанести неисчислимый ущерб другими способами.
Вэриану необходимо как можно скорее доставить Меревин на Авалон, чтобы она смогла опознать их перебежчика, а он мог остановить этого человека. Но для этого им сначала нужно было разрушить чары Мерлина. Хотя ни один колдун не мог помешать чужому заклинанию, всегда существовала лазейка, которая позволяла заколдованным освободиться. Это был только вопрос времени, когда они прорвутся.
На восьмой день их заточения Вэриан проснулся, чувствуя себя очень плохо. Настолько плохо, что он даже не мог стоять. Он лежал на своей койке, его желудок скручивало. Что он съел прошлой ночью, что причиняло такие страдания? Он никогда не чувствовал себя хуже. Но это была не простуда. По крайней мере, ему так не казалось.
Он слышал, как остальные в главной комнате готовили завтрак. Как только все было готово, Меревин пришла за ним.
— Вэриан?
Когда он не ответил сразу, она пересекла комнату, чтобы открыть окно и впустить дневной свет. Он зашипел, когда его пронзила боль. От света у него заболели глаза, как будто кто-то вонзал в них кинжалы.
Меревин немедленно закрыла деревянные ставни, когда Вэриан отпрянул от света, как будто обжегся. Беспокоясь о нем, она подошла к кровати.
— С тобой все в порядке, Вэриан?
Он полностью спрятался под одеялом.
— Я неважно себя чувствую.
Думая, что это простуда, она откинула одеяло и обнаружила его в позе эмбриона на кровати, прижав кулаки к глазам. Все его тело было покрыто потом. Даже волосы были зачесаны назад от пота.
Когда Меревин приложила руку к его лбу, он был невероятно горячим. Она обхватила ладонью его заросшую щетиной щеку, которая была еще горячее, чем лоб. Никогда ни у кого она не видела такого жара.
Когда он взглянул на нее, у нее перехватило дыхание.
Его кожа приобрела сероватый оттенок, а глаза больше не были чисто зелеными. Их портили странные оранжево-красные прожилки. Они начинались у зрачка и пересекали радужную оболочку прямо к белкам его глаз.
— О боже мой, — выдохнула она и обернулась, чтобы позвать Блэйза.
Он пришел мгновенно.
— Да?
— С Вэрианом что-то не так.
Блэйз бросил на него один взгляд и в ужасе отшатнулся.
— О Боги.
— Что? — Спросил Вэриан.
— Это отравление магией.
Вэриан выругалась.
— Это что? — Спросила Меревин. Она никогда не слышала о таком.
— Нельзя закупорить магию. Всякий раз, когда ты ее ограничиваешь, у нее есть неприятный способ вырваться. Я бы сказал, судя по его состоянию, магия Вэриана пытается прогрызть себе путь наружу.
— Спасибо, — процедил Вэриан сквозь стиснутые зубы.
Пожав плечами, Блэйз каким-то образом умудрился выглядеть одновременно сочувствующим и безразличным.
— У тебя есть объяснение получше?
Вэриан не ответил.
Меревин стало ужасно жаль его. Нельзя было отрицать, что ему было очень больно.
— Что мы можем сделать? — спросила она Блэйза.
— Мы должны снять с него этот браслет.
— Как?
— Я не знаю. На случай, если ты пропустила, мы пытались разобраться с этим всю неделю.
Она оглянулась на Вэриана, которого неудержимо трясло, когда он попытался снова натянуть на себя одеяло. Но он дрожал так сильно, что не смог с этим справиться.