Точка Бифуркации IX (СИ)

— Вопрос с Пожарскими будет решаться очень скоро, об этом прочитаешь здесь, — на этих словах Романов протянул мне конверт, и не скрывая недовольства в голосе, сменил тему: — А пока нас интересует, какого чёрта ты уничтожил особняк генерала Зимина?
— Да тут всё предельно ясно — этот человек в нарушении собственных слов отправил на моё устранение целую спецгруппу наёмников. Та ситуация, где меня взяли в плен, увы, не выдумки вражеских новостных каналов. Я был в своём праве, — твёрдо заявил я, уставившись в глаза принцу.
— Это какая-то чушь… — бросил Глеб Владимирович себе под нос, и уже громче добавил: — Зимин выжил. Позже вы будете оба вызваны к императору. До тех пор не смей более покушаться на его жизнь.
То, что генерал выжил, я узнал в тот же день. И оставлять это так, я на самом деле не планировал, но сейчас были другие, более важные дела. Немного покрутив в голове услышанное, я коротко кивнул.
— Даже будет интересно послушать, что он скажет.
— Ещё увидимся, князь.
Разговор с принцем вышел довольно эмоциональным. Я старался запомнить каждую фразу Романова и его мимику, чтобы чуть позже всё вновь прокрутить в своей голове.
Вернувшись в зал, я вновь занял своё место. Праздник набирал обороты. На импровизированной сцене выступали известные певцы, исполняя свои лучшие песни. Гости веселились, танцевали, атмосфера была лёгкой и непринуждённой.
В этот момент ко мне сбоку подошла Воронцова, буквально сияющая от радости. Было очевидно, что у девушки, в отличие от меня, прекрасное настроение.
— Алексей, ты не против составить мне компанию в танце?
Я тут же поднялся с места, решив, что это точно может здорово сгладить недавнее напряжение.
— С удовольствием.
Отдельным образом забавно было отметить, с каким вниманием и интересом наблюдали за этой картиной едва заметно переглянувшиеся между собой Меншиковы. Девчонкам однозначно будет о чём сегодня посудачить на пути домой.
Следом мы вышли на танцпол. Зазвучала нежная и мелодичная музыка. Я положил руку княжне на талию, она слегка коснулась моего плеча.
— Как тебе вечер? — спросила Анастасия.
— Прекрасный. Ты организовала всё на высшем уровне, — искренне признался я.
— Спасибо. Как догадался, что это я?
— Чувствуется рука мастера, — не удержался я от улыбки.
— Льстец, — хохотнула девушка и следом сменила тему. — Вижу, разговор с Его Высочеством был довольно тяжёлым.
— Не всё коту масленица, — криво усмехнулся я.
— Насколько мне известно от разных людей, он хоть и суровый человек, но довольно справедливый. Советую не портить с ним отношения.
— Всякая справедливость заканчивается там, где начинаются интересы рода. В его случае — империи, — оглядев принца со стороны, ответил я. — Впрочем, не осуждаю.
Несмотря на то, что разговор клеился не очень, ментально это не ощущалось. Мы двигались в такт музыке, не торопясь, наслаждаясь моментом.
После танца я попросил Настю проводить меня до отца. Было самое время поздравить его с юбилеем, иначе я боялся, что могу про это дело в запале праздника и забыть.
Князь стоял у одного из столов и беседовал с гостями, но увидев нас с дочерью, коротко что-то им произнёс и шагнул в нашу сторону.
— Сергей Дмитриевич, — обратился я, подойдя ближе.
— Алексей Михайлович, — ответил он, поворачиваясь ко мне.
— Я хотел поздравить вас с юбилеем и пожелать здоровья, мудрости и благополучия. Пусть этот дом будет всегда наполнен хорошим настроением и процветанием.
— Благодарю тебя. Это приятно слышать от молодого человека с такими перспективами.
— Позвольте вручить вам небольшой подарок в знак уважения, — я протянул ему изящную коробочку, перевязанную лентой.
— Что это? — спросил он с любопытством, изучая взглядом предмет.
— Антикварные часы, принадлежавшие одному из ваших предков. Так уж вышло, что недавно я на них случайно наткнулся. Думаю, они должны вернуться в семью.
Уж не знаю каким образом эта вещь оказалась в моём клановом хранилище в аномалии, но я принял решение вернуть её. Тем более, что для этого появился хороший повод. Артефактом часы, к слову, не являлись, и представляли собой совсем иную ценность.
  
Князь открыл коробочку и увидел старинные карманные часы с гравировкой.
— Это… удивительно, — слегка заволновался мужчина, но коротко вздохнув, продолжил уже абсолютно спокойно. — Я помню рассказы о них от своей бабушки. Они принадлежали деду.
— Рад, что смог помочь вернуть их.
Князь внимательно посмотрел на меня.
— Это ценный подарок. Спасибо, Алексей.
— Рад, что получилось Вам угодить, — кивнув, бросил я в ответ.
Воронцов также благодарно кивнул. Настя и вовсе смотрела на меня шокированным взглядом.
Следом мы обменялись ещё несколькими любезностями, после чего я направился назад к своему столу к Меншиковым. Вечер продолжался, и как и ожидалось, он многое изменил в текущем раскладе. Ко всему прочему, осталось только вскрыть конверт от императора и наконец понять, чего он от меня хочет.
  
Глава 8
 
Собравшиеся сидели напротив меня в напряжённом молчании. За массивным дубовым столом находились все, кто был мне верен и дорог: Святогор сидел сбоку, суровым взглядом буравя карту под своими руками. Максим и Степан находились напротив, обмениваясь тихими репликами, также уперевшись взглядами в стол. На диванах расположились остальные бойцы службы безопасности, которых в общей мере сейчас было десять человек. Что же касалось Виктории, то она расположилась несколько в стороне, как всегда уткнувшись в какой-то учебник. Правда, при этом, княжна нет-нет да поглядывала в нашу сторону.
Я положил на стол тонкий конверт с восковой печатью и, оглядев собравшихся, произнёс:
— Вчера вечером мне передали письмо от императора. Тон у него, скажу честно, весьма недвусмысленный, — бросил я с улыбкой, что автоматически передалось почти всем присутствующим. — Корона считает, что война с Пожарскими зашла слишком далеко и фактически выходит за грани допустимого. Романовы кратко уведомили меня, что дают нам три дня — три, — повторил я, оглядев присутствующих, — чтобы завершить все боевые действия. После этого нас вызовут в Кремль для обсуждения и подписания мирного договора.
Слова повисли в тишине, заставив каждого напряжённо вслушиваться. Максим поднял бровь и задумчиво постучал пальцем по столу.
— Полагаю, это значит, что Пожарские тоже получили подобное послание, — заметил он. — Думаю, они там не меньше нашего теперь озадачены и без дела уж точно не сидят.
— Абсолютно верно, — тут же кивнул я на слова друга. — Более того, по тем данным, что я получил от Меншиковых, есть основания предполагать, что они либо знали, либо предугадывали такой вариант развития событий. Мне доложили, что противник окапывается в ключевых крепостях, стягивая туда людей и технику.
Святогор сдвинул брови, бросив в мою сторону как всегда серьёзный взгляд.
— Значит, у нас есть только три дня, чтобы поставить точку, — произнёс он глухим голосом.
— А что будет, если кто-то из нас не согласится? — подал голос Степан, сидевший до этого молча.
Всем и так было ясно, что ничего хорошего такой ход решившим дерзнуть короне не сулит, но я всё же захотел внести в этот вопрос однозначную ясность.
— В случае отказа какой-либо из сторон подчиниться, Романовы, как, думаю, и добрая половина империи, автоматически примут сторону оппонента. Последствия таких мер, думаю, всем понятны без лишних объяснений.
Я откинулся на спинку стула и на миг задумался, внимательно всматриваясь в лица друзей и соратников. Усталость сказывалась на каждом, но за этим переутомлением я видел стойкость и решимость — те качества, которые заставляли нас идти вперёд, несмотря ни на что.
— Что я могу сказать… — взял слово Святогор. — Мы так и так готовились к атаке. Существенно ничего не изменилось. Уже завтра у нас будет всё готово.