Обожаемый и осуждаемый (СИ)

А еще это позволило Хару поговорить на темы, в которые лучше не посвящать отца и Хансу. Да и маме вряд ли было бы приятно слушать историю про бывшую невесту ее мужа.
К удивлению Хару, дедуля новости воспринял абсолютно спокойно.
— Значит, оплатит встречу с мудан? — уточнил дедушка.
Хару кивнул:
— И встречу с мудан, и ханбок, а потом еще и клип.
— А у кого ханбок будете заказывать? — уточнила бабуля.
  
— Не совсем заказывать, — признался Хару. — Минсо сначала хотела сходить к кому-то из настоящих мастеров, чтобы они сняли мерки, сшили на заказ, но они все отказались. Им неинтересно сниматься в развлекательном шоу, а без съемок будет сложно включить эти покупки в прайс. Мы пойдем в магазин бренда… я не помню название… достаточно известный, они продают одежду для свадеб и юбилеев.
Бабуля кивнула:
— Ожидаемо. Мастера работают медленно, им реклама не особо-то и нужна. А жаль…
Хару согласно кивнул. Он взял телефон и нашел в инстаграме страничку бренда, который будет их одевать для выпуска. Наряды там все равно недешевые — наверное, это верхний сегмент того, что можно купить в магазине, лучше только на заказ.
— Уже помирать скоро, а он все так же верит в мистику, — качал головой дедушка.
— А вы… получается, давно знакомы? — уточнил Хару.
— И да, и нет, — ответил дедушка. — Мы учились в одной школе, потом в одном университете. Он старше…на четыре года, кажется…или на пять, если учесть, что я раньше в школу пошел. Я знал его, он меня, мы были знакомы, но не общались.
Хару задумчиво кивнул. Это сейчас Южная Корея считается богатой и высокотехнологичной страной. Но во времена детства и юности дедушки ситуация была гораздо хуже. С нормальными школами была проблема и большая часть старшего поколения богатых семей училась вместе просто из-за отсутствия нормального выбора. Это поколение отца Хару уже могло выбирать школы под запросы, а дедушка учился в чуть ли не единственной тогда частной академии с математическим уклоном. Эта школа закрыта, к слову — руководство не смогло перестроиться на новый формат воспитания детей, хотело по-прежнему бить учеников палками по рукам за плохое поведение. Закрыли школу после того, как одного ученика ударили так сильно, что сломали ему обе выставленные вперед руки. Остальных детей родители быстренько забрали, школа разорилась. Один из бывших выпускников выкупил здание школы и открыл в ней благотворительную организацию, оказывающую помощь жертвам насилия. Хару этот факт всегда казался одновременно и пугающим, и забавным — кажется, учиться мальчикам в этой школе действительно было не очень.
— Он был старше нас, но верил в призраков, — заметил дедуля. — Над ним даже посмеивались из-за этого.
Хару задумчиво наклонил голову. Если бы в современной школе мальчик боялся призраков, над ним бы не только посмеивались… Может, поэтому господин Со на старости лет и готов отвалить кучу денег, чтобы узнать будущее случайно встреченного парня? Ну там — тяжелое детство, учителя с палками, одноклассники наверняка пугали его… даже жалко немного стало — видимо, не от хорошей жизни он странноватым вырос…
— Женщина, которая смотрела судьбу твоего отца по дате рождения, уже мертва, — добавила бабуля, — Но ее дело переняла родственница. Вроде, внучка, но вряд ли кто проверял.
— Внучка? — с недоумением спросил Хару.
Он мысленно представлял мудан в виде очень старой женщины. Внучка — это звучит молодо. Хорошо, что его подготовили к этому заранее, а то он бы сильно удивился во время встречи.
— Могла просто случайную девушку обучить, — заметила бабуля.
— Случайную девушку ее клиенты бы уже рассекретили, — резонно возразил дедушка, — Скорее всего — реально внучка. Ну, мне тоже будет интересно, что она предскажет тебе… и как на это отреагирует один любознательный почитатель мистики…
— То есть, ты не обижаешься? — уточнил Хару.
— А должен? — теперь удивился уже дедушка.
Хару пожал плечами: ему-то после некоторых разговоров казалось, что они чуть ли не Монтекки с Капулетти.
— Мне не нравится Со Хабин, — сказал дедуля. — Я бы не хотел больше иметь с ним дел, потому что… он уже не вызывает у меня доверия. Говорят, он человек слова. Вероятно, данное слово он действительно держит. Но что, если никакого слова он не давал?
Хару ухмыльнулся, понимая намек дедушки. Недоверие к очень богатым людям будет всегда. В то время невозможно было подняться так высоко, но при этом остаться… так сказать — честным человеком. Господин Со — в списке богатейших людей страны, он по определению не может быть добрым дедулей. Во времена его молодости настолько большие деньги честным трудом заработать было нельзя. Все равно были и агрессивные поглощения конкурентов, и медиаигры, и подставы какие-нибудь. И это если не брать в расчет вероятность связи с криминалом. В смысле — с убийствами, шантажом и прочей чернухой. Чистого криминала действительно могло и не быть, такое сложнее скрыть, а вот остальное — скорее да, чем нет. Можно ли верить такому человеку? Наверное, Антон бы сказал однозначное «нет»… но Хару склоняется к «можно, если осторожно». И сейчас он понял, что дедуля разделяет это мнение, просто раньше он на словах казался более категоричным.
Дедушка согласился с рассуждениями Хару о том, что Наён может быть дочерью Им Минхёка и Со Юнби, а заодно рассказал, почему дети архитектора Им не особо-то общались с… так сказать — семьей Нам, если их отец был безоговорочно предан своему благодетелю. Судя по всему, архитектор Им воспринимал Нам Хансу чуть ли не как божество и к дедуле относился примерно как… вассал к сыну господина, как бы странно это ни звучало в современных реалиях. Но творческая жилка, которая и сделала архитектора Им таким популярным, проявилась в его детях с неожиданной стороны. Особенно в Минхёке. Он был страшным бунтарем, причем его бунт после завершения подросткового периода не закончился, а стал лишь сильнее.
Он очень рано женился. По расчету, на девушке из хорошей семьи. И стал отцом уже через год после свадьбы. Но это был его единственный поступок, которым родители были довольны. Все говорили о нем как о повесе, тусовщике, страшном ловеласе… И, как оказалось, всю эту славу он приобрел, уже будучи женатым. Хару раньше почему-то казалось, что Минхёк развелся где-то сразу после свадьбы, но нет — они прожили в браке до совершеннолетия общего сына. Уже после развода его супруга дала интервью, где честно призналась: у них был открытый брак, они поженились, чтобы получить свободу от давления своих семей. И да, у его жены, оказывается, тоже были любовники, просто она не любила вечеринки, поэтому об их наличии никто и не знал.
Легко догадаться, что для бабули и дедули Хару такое поведение мужчины — как красная тряпка для быка. Они не понимали и не принимали его взгляды на жизнь и отношения с женой. А Минхёк, как любой адекватный человек, предпочитал избегать людей, которые постоянно читают ему нотации.
Изменился Минхёк после смерти отца. По словам бабули, архитектор Им умер в тот год, когда родители Хару поженились. Тогда же дедушка начал обрывать все контакты с бывшими друзьями. Минхёк, даже если бы и хотел выполнить волю отца, не смог бы связаться с семьей Нам — и дедуля «спрятался», и отношения у них были натянутыми.
Скорее всего, архитектор Им умер уже после того, как Минхёк начал встречаться с Со Юнби. У Хару с Наён разница в возрасте всего полгода, так что отношения их родителей, получается, развивались примерно в одно время. Хару-то родился через девять месяцев после свадьбы родителей. Если бы в отношениях Со Юнби и Минхёка не было сильного чувства, ребенка бы не оставили. Какой смысл так усложнять друг другу жизнь из-за случайной интрижки? А чувства по щелчку пальцев не появляются. Особенно у взрослых людей. Так что Минхёк влез в отношения с семьей Со еще до того, как внезапно решил следовать заветам отца. Минсо же и не скрывала, что особого преклонения перед человеком, который помог ее отцу, у нее нет. Помочь потомку в меру сил и возможностей — окей, перестраивать ради этого всю свою жизнь — это уже слишком.