Неуправляемый мужчина (ЛП)

Мое сердце бешено заколотилось, а в животе все переворачивалось.
— Ты опять говоришь о еде, Тэк.
— Собирай вещи.
— Хорошо.
— Нет, я имею в виду пакуй чемоданы.
Я моргнула.
Затем спросила:
— Что?
— Ты проведешь много ночей в моей постели у меня в горах, детка. Приезжай экипированная. Я установлю кофры на байк.
У меня голова шла кругом.
— Тайра, ты меня слышишь?
— Кофры. Приехать экипированной. Тэбби приготовит ужин. Я слышала.
— Хорошо.
— Кофе, Тэк.
— Точно.
— И аспирин.
— Ты все поняла, детка.
Он прикоснулся своими губами к моим, а я сосредоточилась на том, чтобы меня не вырвало, когда он перекатывался по кровати, отчего та задвигалась и стала раскачиваться таким образом, что стало чрезвычайно тошнотворно. Когда он слез с кровати, я перекатилась на бок, засунула руки под щеку и сосредоточилась на его фантастической фигуре, пока он натягивал джинсы, обнаружив, что мои наблюдения за его фантастической фигурой помогают забыть о похмелье, хотя бы на несколько секунд. И все же это срабатывало.
Что срабатывало лучше, так то, что, как только он натянул джинсы, повернулся лицом к кровати, наклонился, засунул руку мне под щеку и погладил большим пальцем по моей щеке.
Да, во время этого маневра я совершенно забыла, что мучаюсь похмельем.
Затем он отошел от меня и уже в дверях, остановился и посмотрел на меня.
Глядя ему в глаза, я напряглась.
— Ты даже не догадываешься, — прошептал он.
— О чем? — Прошептала я в ответ.
— Что ты дала мне вчера вечером.
Я глубоко вздохнула и тихо спросила:
— Что я дала, милый?
— В этой постели.
Именно тогда я перестала дышать.
— Я утверждал права, — продолжал он. — Но вчера вечером ты дала кое-что мне. Подарок, его нельзя забрать. Ты это понимаешь, Тайра?
— Думаю, да, — прошептала я.
— Пойми, детка, это очень важно.
Мне ничего не оставалось, как только кивнуть.
Он заметил мой кивок. Затем его взгляд скользнул вниз по моему телу на кровати.
Потом его глаза остановились на моем лице, он мягко сказал:
— Кофе и аспирин, — и исчез.
Я перекатилась на спину, не обращая внимания на тошноту и головокружение, и уставилась в потолок, прокручивая в голове вчерашний вечер.
Все было потрясающе, от начала до конца. Я потеряла контакт с Лэни, что было отстойно, но надеялась, что мы скоро сможем нормально общаться и встречаться. Но вчера я приобрела целую банду девчонок, и это было приятно.
А еще и то, что Тэк был не против иметь больше детей, на самом деле хотел детей, и это было намного лучше.
Потом я стала прокручивать сегодняшнее утро.
И оно тоже было потрясающим. Совершенно определенно.
— Американские горки не так уж и плохи, — прошептала я в потолок.
Потом я улыбнулась.
* * *
Пять часов спустя, я покупала в «Ульте» необходимое, чтобы отвезти к Тэку, в сумочке зазвонил телефон. Я вытащила его, посмотрела на дисплей, ухмыльнулась, поднесла трубку к уху.
— Привет, милый, — тихо сказала я, хватая бутылку шампуня.
— Йо, — донесся до меня скрипучий голос Тэка. Потом он спросил: — Как дела?
— Не очень, но лучше.
— Хорошо, детка, — мягко произнес он таким тоном, что стало ясно, ему тоже нравилось, а потом продолжил: — Буду около пяти.
— Отлично.
— Увидимся, детка.
— Тэк? — Я быстро остановила я его, прежде чем он повесил трубку.
— Да?
Я посмотрела на флакон с шампунем.
— Мой флакон шампуня ярко-оранжевый.
— Еще раз?
— Мой флакон шампуня ярко-оранжевый.
— Точно. И ты говоришь мне это, потому что...? — он замолчал.
— Потому что я уже много лет пользуюсь этим шампунем и никогда не замечала, какого цвета флакон. Ни разу. — Я втянула воздух. — До тебя.
Тишина, затем нежное, очень сладкое:
— Дорогая.
— Увидимся в пять, милый.
И снова сладкое:
— В пять, детка.
— Пока.
— Пока.
Мы отключились.
Я потянулась и схватила бутылку кондиционера.
Бутылка была той же марки, что и шампунь, но она была бежевой.
И на ней были ярко-оранжевые буквы.
 
21
Кул Уип (взбитые сливки)
— Пока! — Крикнула я, стоя у входной двери Тэка, с Тэком за спиной, с его рукой, крепко обнимающей меня за грудь, махая Догу и Шейле, последним из «Хаоса», покинувшим нашу импровизированную вечеринку вечером в пятницу у Тэка.
Шейла, которую я полюбила, и которая села позади Дога на мотоцикл, подняла руку, помахав мне в ответ.
— Увидимся! — Крикнула я, когда они двинулись по дорожке Тэка.
Прошло три недели с тех пор, как я сказала Тэку, пьяная и возбужденная, что он разукрасил мой мир, а затем подтвердила это, мучаясь похмельем, стоя в «Ульте» с бутылкой шампуня.
Три замечательные недели.
Я не лажала уже на работе (часто).
Никого не похитили.
Наоми залегла на дно.
Лэни и Эллиот находились где-то «там», как меня заверил Тэк, в безопасности, я общалась с ней по «защищенному телефону».
После того как я отправила письмо тете Бетт, сообщив, что мы с Тэком помирились и все уладили, ни она, ни дядя Марш не сошли от этого с ума.
И Кейн «Тэк» Аллен доказал, что может обращаться со мной бережно, что еще больше доказывало, что он был абсолютно, без сомнения, мужчиной моей мечты.
А теперь перейдем к сейчас. Я находилась в доме Тэка. Тэб и Раша не было дома, Тэби была на вечеринке, а потом собиралась на ночь остаться у подруги. Раш был на свидании, на двойном сеансе в автокинотеатре, будет дома поздно.
Хоп, Брик, Дог, Боз и Хаунд, все члены «Хаоса» пришли со своими женщинами. Мы пили пиво. Пили текилу. Ели чипсы из пакета (я даже не положила их в миски!). Мы макали чипсы в банки, купленного в магазине соуса, который я тоже не выложила в миски. Мы смеялись. Мы громко включали музыку. Некоторые парни и их девочки курили травку, хотя Тэк не курил, и они не предлагали мне. Мне казалось, что это было круто, так как я пребывала в счастливой атмосфере. Вечеринка закончилась, когда большинство пар начали целоваться (да, даже Тэк и я), так что Тэк всем подал знак, что вечеринка закончилась (объявив: «Вечеринка закончилась»), и мальчики загрузили своих «малышек» на свои байки.
Это был настоящий взрыв!
Сейчас было уже поздно, члены «Хаоса» разъехались, и я стояла перед Тэком, гадая, когда я успела превратиться в такую женщину, которая подает чипсы в пакетах, и жарко и страстно целуется со своим мужчиной при куче байкеров и их малышек.
Затем я перестала задавать себе вопросы, потому что была навеселе, счастлива, парни исчезли, а настоящая вечеринка только начиналась.
Когда Дог и Шейла исчезли, Тэк отпустил мою грудь, схватил за руку и потащил в дом. Затем он закрыл дверь и запер ее.
Покончив с этим, он заключил меня в объятия.
— Ты пьяна? — задал он вопрос, на который и так знал ответ, улыбнувшись мне своей сексуальной улыбкой.
— Да, — ответила я, обнимая его руками, наклоняясь к нему и позволяя его сексуальной улыбке делать со мной разные вещи.
— Насколько пьяна? — спросил он, все еще улыбаясь, и я приподнялась на цыпочки, прижавшись крепко к нему.
— Сильно.
— Хорошо, — пробормотал он, отпустил, но снова схватил за руку и потащил к холодильнику.
Я наблюдала, как он открыл дверь и забрал «Куул Уип».
— А это еще зачем? — Спросила я, когда он закрыл дверь холодильника.
Его взгляд остановился на мне.
Глядя ему в глаза, я поняла, для чего нужны взбитые сливки.
Затем почувствовала покалывание от макушки до пят, которое, как мне показалось, заставляло мою кожу мерцать.
Я усмехнулась.
Тэк не улыбнулся. Он потянул меня за руку и потащил по коридору в свою спальню.
Ужин состоял из чипсов с соусом, пива, текилы и хорошей компании.