Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Диана
 
 
Я даже слов не знаю для ответа.
 
Не понимаю. Вас никто не звал.
 
 
Рикардо
 
 
Что это значит, Фабьо?
 
 
Фабьо
 
 
Как же это?
 
Меня с известьем секретарь послал.
 
Я б не затеял этакое дело.
 
 
Диана
  
 
 
Здесь Теодоро виноват всецело.
 
Он слышал речь недавнюю мою,
 
Что вас я ставлю выше Федерико
 
И первенство за вами признаю,
 
И он решил, хоть это очень дико,
 
Что я уже и руку отдаю.
 
Простите глупых.
 
 
Рикардо
 
 
Будь не столь велико
 
И свято место, где царите вы,
 
То не снести бы Фабьо головы.
 
Целую ваши ноги, веря все же,
 
Что страсть моя растопит этот хлад.
 
 
(Уходит.)
  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ВТОРОЕ
 
Фабьо, Диана.
Диана
 
 
На что же это, я спрошу, похоже?
 
 
Фабьо
 
 
Я, ваша милость, тут не виноват.
 
 
Диана
 
 
Где Теодоро? Пусть придет.
 
 
(В сторону.)
 
 
О боже!
 
Как этот франт явился невпопад,
 
Когда я все отдам за Теодоро!
 
 
Фабьо
(в сторону)
 
 
Коня и деньги получу не скоро.
 
 
(Уходит.)
  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕ
 
Диана одна.
Диана
 
 
Любовь! Чего ты хочешь от меня?
 
Ведь я забыть была совсем готова!
 
Зачем же тень твоя приходит снова,
 
Жестокой болью душу мне казня?
 
 
 
О ревность! Это ты, мой слух дразня,
 
Советы шепчешь злей один другого!
 
Послушаться советчика такого,
 
Так наша честь не устоит и дня.
 
 
 
Да, я люблю. Но, средь грозы и гула,
 
Не я ль — волна, не он ли — легкий струг?
 
И кто слыхал, чтобы волна тонула?
 
 
 
Ах, гордость сердца стоит много мук!
 
Я тетиву так туго натянула,
 
Что я боюсь — не выдержит мой лук!
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТОЕ
 
Диана, Теодоро, Фабьо.
Фабьо
(к Теодоро, тихо)
 
 
Маркиз хотел меня убить.
 
Да что уж там! Не это горько,
 
А жалко тысячи эскудо.
 
 
Теодоро
 
 
Я дам тебе совет хороший.
 
 
Фабьо
 
 
Какой совет?
 
 
Теодоро
 
 
Граф Федерико
 
Себя не помнит от тревоги,
 
Что могут выйти за маркиза.
 
Явись с известьем, что помолвка
 
Расстроена; тебе он мигом
 
Отсыплет тысячу червонцев.
 
 
Фабьо
 
 
Помчусь, как молния.
 
 
Теодоро
 
 
Беги.
 
 
Фабьо уходит.
  
ЯВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ПЯТОЕ
 
Диана, Теодоро.
Теодоро
 
 
Меня вы звали?
 
 
Диана
 
 
Я довольна,
 
Что этот дурачок ушел.
 
 
Теодоро
 
 
Я целый час читал, сеньора,
 
Письмо, составленное вами,
 
И, заглянув в себя глубоко,
 
Нашел, что лишь благоговенье
 
Виной тому, что я так робок.
 
Но я виновен в том, конечно,
 
Что, как дурак, взирал безмолвно
 
На знаки вашего вниманья.
 
Да, я давно сознаться должен,
 
Что я люблю вас — о, поверьте! —
 
Благоговейною любовью.
 
И этот трепет мой понятен.
 
 
Диана
 
 
Что ж, я вам верю, Теодоро.
 
Вам странно было б не любить
 
Свою хозяйку, от которой
 
Вы столько видели добра,
 
Которая вас ценит больше,
 
Чем всех других домашних слуг.
 
 
Теодоро
 
 
Я вас не понимаю вовсе.
 
 
Диана
 
 
Понять меня необходимо,
 
Чтоб вы не смели ни на йоту
 
Переступать свои границы.
 
Смирите чувства, Теодоро.
 
Со стороны столь знатной дамы,—
 
Особенно, когда так скромны
 
Заслуги собственные ваши,—
 
Малейшей милости довольно,
 
Чтобы наполнить вашу жизнь
 
До гроба счастьем и почетом.
 
 
Теодоро
 
 
Увы! Приходится сказать,
 
Что в рассужденьях ваших больше
 
Бывает светлых промежутков,
 
Чем в вашем разуме, сеньора
 
(Простите, если я невежлив).
 
Вам было некогда угодно
 
Внушить мне страстные надежды,
 
Взманившие меня настолько,
 
Что я не вынес груза счастья
 
И был, как вам известно, болен,
 
Лежал в постели целый месяц.
 
К чему все эти разговоры?
 
Чуть я немножечко остыну,
 
Вы загораетесь соломой,
 
А чуть я снова загорюсь,
 
Вы льдом становитесь холодным.
 
Ну, отдали бы мне Марселу!
 
Так нет: вы, точно в поговорке,
 
Собака, что лежит на сене.
 
То вы ревнуете, вам больно,
 
Чтоб я женился на Марселе;
 
А чуть ее для вас я брошу,
 
Вы снова мучите меня
 
И пробуждаете от грезы.
 
Иль дайте есть, иль ешьте сами.
 
Я прокормиться неспособен
 
Такой томительной надеждой.
 
А не хотите — мне недолго
 
Влюбиться в ту, кому я мил.