Искаженное соглашение

— Эш? Почему так долго? У меня для тебя сюрприз, – позвала я. Внутри было тихо; только звук капель из душа достигал моих ушей. Я вошла внутрь. Он должен был быть здесь. Я видела, как все остальные ушли.
 Дверь за мной закрылась.
— Ашер? – снова позвала я, рискнув шагнуть вперед, а затем вскрикнула от испуга, когда его руки сомкнулись вокруг меня.
 Он легко поднял меня и развернул так, что я уперлась спиной в шкафчики.
  
— Что ты делаешь? – я ударила его в грудь, но он был так близко, что я не смогла сделать больше, чем просто коснуться его.
— Жду тебя, что еще? Почему ты так долго?
— Я…что? – я рассмеялась, расслабляясь в его объятиях. — Разве ты не готовишься к вечеринке?
— Хммм, я именно там, где хочу быть, – пробормотал он в мои волосы, его руки блуждали по мне. — Знаешь, ты выглядишь чертовски сексуально в джерси.
— Тебе очень нравится этот джерси, да? – поддразнила я.
 Он всегда заводился от вида своего имени на моей спине.
— Ты даже не представляешь, насколько. Сними трусики, – твердо приказал он и опустил мои руки на стоящую рядом скамейку, так что я наклонилась вперед.
— Заставь меня, – бросила я через плечо. Я потеряла много отличных пар трусиков таким образом, но не могла удержаться, чтобы не подразнить его. Мне нравилось ощущение контроля, когда он срезал с меня одежду, ни разу не прикоснувшись ко мне лезвием.
 Он усмехнулся.
— С удовольствием.
 Послышался звук выдвигающегося ножа, а затем я почувствовала нежное прикосновение, когда он разрезал тонкий материал. Прохладный воздух коснулся моей задницы, когда он стянул с меня обрывок порванного кружева и поднял короткую юбку, пряча ее под свитер. Он был таким большим и мешковатым, что свисал до бедер. Ашер сжал его в руке и опустился на колени позади меня.
 Я дернулась, когда он лизнул меня. Сначала я всегда чувствовала себя неловко, но потом это чувство исчезало, когда его рот исследовал меня. Он провел жадным языком по клитору и вниз по всей длине моей щели, делая меня еще более влажной. После игры это было излишеством. Я уже намокла, наблюдая за тем, как он прокладывает себе путь по льду.
 Ашер сильно шлепнул меня по ягодице и выпрямился.
— Чертовски вкусно.
 Затем его член уперся в мой вход, проталкиваясь внутрь. Он растягивал меня, сначала неглубоко трахая, а затем проникая все глубже. Я выгнула спину и пригласила его войти так глубоко, как только он мог. Он сгреб свитер в кулак, удерживая мои бедра на месте, и начал трахать меня сильнее.
 После игры он всегда был твердым, полным адреналина и кайфа от победы. Я держалась за скамейку и наслаждалась каждой секундой его грубости. Мне нравились наши игры. Жесткий секс после игры, нежный утренний секс, пробуждение с его членом внутри, секс в лесу… Во всех играх, которые мы устраивали, именно осознание того, что он будет тем, с кем я буду играть всю оставшуюся жизнь, отправляло меня за грань.
 Единственная константа, которую я когда-либо знала. Тот, кто отказался уходить. Тот, кто держался за меня, несмотря ни на что.
 Я кончила быстро. Наблюдение за игрой было единственной прелюдией, в которой я нуждалась. Он последовал за мной с гортанным рычанием, опустошая себя внутри меня в потоке липкого жара. Мне нравилось это ощущение. Я любила каждую его частичку.
 Позже, когда я привела себя в порядок, а он собирал свою сумку, я достала из кармана визитную карточку скаута и протянула ему.
— Несмотря на то, что ты мог подумать, на самом деле я пришла сюда по другой причине. Вот - разведчик разыскал меня, чтобы попытаться заполучить твои контакты. Я думаю, тебя заметили, любимый.
 Он взял карточку и долго смотрел на нее. Затем улыбнулся и спрятал ее в карман.
— Ты ведь позвонишь ему, верно?
 Он задумчиво кивнул.
— Конечно, позвоню. Я не для того столько работал, чтобы сейчас все бросить. Однако у меня есть свои условия. Я не пойду куда попало. Мне не нужен контракт, по которому мне заплатят кучу аванса и смогут обменять меня куда-нибудь на другом конце страны, когда им вздумается.
— Ладно, но это НХЛ. Возможно, тебе придется быть сговорчивым, – поддразнила я его.
 Он повесил свою сумку на плечо и протянул мне руку.
— Конечно, в некоторых вещах, но другие не подлежат обсуждению.
— Например?
— Например, местоположение.
 Мы вышли из раздевалки и направились по коридору.
— Местоположение? Это кажется такой мелочью, чтобы отказываться от выгодного предложения, – заметила я.
— Я не поеду туда, куда ты не захочешь. Это мое окончательное решение и оно не подлежит обсуждению.
 Он прижал наши соединенные руки к своим губам и поцеловал тыльную сторону моей ладони.
— Это мой выбор, и так будет всегда. Ты на первом месте. Каждый. Раз.
 Я сморгнула слезы с глаз, вызванные его словами.
— Ну, аналогично, – пробормотала я.
 Он разразился громким смехом.
— Ваше Величество, ты - виртуоз слова, и не позволяй никому говорить обратное.
 Я закатила глаза, до смешного довольная его романтическим заявлением.
 Он хмыкнул.
— Ты ведь сейчас не закатила глаза, правда?
 Я тряхнула волосами и вздернула подбородок, чтобы одарить его надменным взглядом, именно так, как ему нравилось.
— Зависит от того, что ты собираешься с этим делать.
— Ты же знаешь, что мой священный долг - исправлять твое грубое поведение... если ты действительно вела себя как грубиянка. – Его коварный взгляд обещал всевозможные развлечения и игры.
— В таком случае, Мартино, я определенно, на все сто процентов, вела себя как грубиянка… – я закружилась вне пределов его досягаемости, и его глаза вспыхнули.
— Я надеялся, что ты это скажешь. Иди сюда. – Он бросился ко мне.
 Я повернулась и побежала, наш смех эхом разносился по коридорам.
Эпилог
УИНТЕР
 Лето в Хэйд-Харборе обладало особой магией. В лесу, у хижины, она усиливалась. Парни разводили костер и ловили рыбу. Лили, Ева, Изабель и я были на кухне, пили пиво и сплетничали, потихоньку нарезая овощи для гриля. Селена взяла академический отпуск, к счастью, с сохранением стипендии, и вместе с семьей уехала в Калифорнию к тете. Ей там нравилось. Я скучала по ней, но все понимала. Ей нужно было начать с чистого листа, но мы по-прежнему каждый день разговаривали по телефону.
— Я не понимаю… твой редактор считает, что это хороший выбор? – спросила я Изабель.
 Она все еще была нацелена на то, чтобы раздобыть историю, которая бы взорвала «Вестник Харбора».
— Почему бы и нет? Мотоклуб в таком маленьком городке - это огромная новость. Почему о них постоянно не пишут в газетах? Они, вероятно, замышляют что-то недоброе. – Изабель сделала большой глоток пива.
— Я бы не позволила Маркусу услышать это на твоем месте. Ты же знаешь, что Коул Бэйли - его брат. Без Коула нет мотоклуба.
— Да, парень со списком нарушений длиной в милю. Их отец тоже был замешан в этом по уши, а теперь он в тюрьме. Там есть какая-то история, я просто знаю это.
— Но Маркус наш друг. Ты хочешь развалить его семью?
— Это не будет касаться непосредственно его семьи, только клуба. Мне нужно что-то, чтобы пробить пол в подвале. Я еще даже не достигла своего предела, а моя карьера уже зашла в никуда. – Голос Изабель звучал подавленно. — В любом случае, Маркус в последнее время слишком занят, чтобы даже заметить это. Интересно, каково это, когда все его внимание сосредоточено на тебе… мне почти жаль ее.
— Мне нет. Думаю, в глазах Маркуса она этого заслуживает. Если ты переходишь дорогу его семье, ты переходишь дорогу ему.
 Изабель вздрогнула и отхлебнула пива.
  
— Хотя на твоем месте я бы больше беспокоилась о Коуле, чем о Маркусе.
 Изабель пожала плечами.
— Без риска нет награды.
 Я вздохнула, понимая, что не смогу отговорить ее от безрассудного плана написать разоблачительную статью о мотоклубе. Она была полна решимости. Что ж, это были ее похороны, оставалось только надеяться, что они не будут буквальными. Мои воспоминания о Коуле с того ужасного дня в «Бухте» сделали его тем, кому я бы никогда не хотела перейти дорогу.