От всего сердца

— Ничего такого я не знаю, мистер Джейнуэй. — Она и вправду привыкла к вниманию мужчин. Андерсон постоянно следил за ней, хотя и не совсем так, как Грей. Видимо, у нее все же был покровитель, если не сказать хозяин. Вот только теперь Беркли не знала, как относиться к этому.
Грей следил за ловкими пальцами девушки. Она расчесывала волосы изящными, гипнотически завораживающими, как морской прибой, движениями. Грей не мог отвести от нее взгляд.
  
— Можно задать вам вопрос? — спросила Беркли.
— Конечно.
— Сегодня утром… в порту… как вы узнали, что я-не мужчина?
— Вы действительно хотите это знать?
Беркли была уверена в этом, задавая вопрос, но теперь почему-то угомнилась.
— Да.
— Могу вас утешить тем, что я не сразу понял, кто вы такая. Я ни о чем не догадывался, пока вы бродили по пирсу. Не догадывался и тогда, когда вы начали швырять в «гусей» рыбу. Но когда вы подбежали ко мне и прилипли к моей спине, как…
— Мокрый лист? — предположила Беркли. Называться мокрым листом было приятнее, чем кенгуренком.
— Пиявка, — поправил Грей. — Как пиявка. И вот тогда мне открылись некоторые особенности вашего телосложения.
— Вы имеете в виду мою… — Беркли умолкла и, опустив глаза, оглядела себя. Полы халата разошлись и сквозь открытый ворот было видно все, что под ним находилось.
Беркли быстро запахнула халат.
— Я говорил о вашей груди, — уточнил Грей.
— Я готова признать, мистер Джейнуэй, что наше знакомство состоялось при весьма необычных обстоятельствах, поэтому у вас нет оснований относиться ко мне с уважением, но я не привыкла к вульгарности и попросила бы вас воздержаться от…
— Это ваши груди, мисс Шоу, и вы прижались ко мне. Не мне, а вам следует воздерживаться от подобных поступков и не заговаривать о них.
— Я и не думала… Вы сами…
— Не я, а вы пожелали узнать о том, как я угадал в вас женщину. Помнится, я дал вам возможность отказаться от расспросов. Вы этого не сделали, и я деликатно удовлетворил ваше любопытство. Между прочим, в женской груди нет ничего вульгарного.
— Я чувствовала себя лучше в облике мальчишки.
—  — Если это хоть немного успокоит вас, мисс Шоу, обещаю в дальнейшем осторожнее подбирать слова и стараться не оскорблять вас.
Беркли решила поверить его словам. Она заметила, что у Джейнуэя хорошие манеры и обращался он с ней хоть и несколько бесцеремонно, но вовсе не оскорбительно.
Как только Беркли вновь начала расчесывать волосы, Грей отделился от стены.
— Ну и что мы будем делать дальше?
— Думаю, мне нужно найти работу.
— Вы умеете готовить?
— Нет. Во всяком случае, зарабатывать на жизнь стряпней я не сумею.
— А зря. На днях в город приехала женщина, умеющая готовить, и теперь она получает в «Эльдорадо» тысячу долларов в месяц.
— Тысячу долларов… — благоговейно произнесла Беркли. — Пожалуй, я научусь.
Грей покачал головой:
— Только не в кухне «Феникса». Сан-Франциско и так уже немало пострадал от пожаров. — Увидев, что Беркли ничуть не обижена его отказом. Грей вспомнил, как она упоминала о каких-то своих способностях. — Может быть, вы умеете петь? Танцевать? Играть на музыкальных инструментах?
— Не настолько, чтобы зарабатывать себе на жизнь.
— Как насчет азартных игр? «Фараон»? Покер? Кости?
— Нет.
— Шить можете?
— Нет.
— Стать шлюхой вы тоже не желаете.
— Нет!
Грей ожидал именно такого ответа, но горячность Беркли рассмешила его.
— В таком случае что же вы умеете, мисс Беркли? Девушка отложила расческу.
— Дайте мне руку, мистер Джейнуэй, и я вам покажу.
 
Глава 4
Грей скептически посмотрел на Беркли:
— А, так вы показываете салонные фокусы с линиями на ладонях и делаете счастливые предсказания? В этом и заключается ваш талант?
— Дайте, пожалуйста, руку. — Беркли оттолкнула кошку. — Сядьте. Надеюсь, я не обману ваших ожиданий.
— Еще бы, ведь я не жду от вас ничего особенного, — насмешливо отозвался Грей.
Заметив, что он не двинулся с места, Беркли похлопала по скамье рядом с собой:
— Идите сюда. Чего вам бояться?
— Что за глупости вы говорите! — Грей посмотрел в бездонные зеленые глаза Беркли, и ему вдруг показалось, будто она угадала нечто такое, в чем он не пожелал бы признаться даже самому себе. Грей сел и протянул ей левую ладонь. — Правую, пожалуйста, — сказала она, мельком глянув на его руку. — Вы ведь правша.
— Откуда вам знать? — спросил Грей, но тут же сообразил, что Беркли видела, какой рукой он держал перо, работая за столом. «Это лишь салонный фокус», — напомнил себе Грей.
— Я прочла это по вашей ладони.
— Да-да, конечно, — с недоверием отозвался Грей, но все же покорно поднял правую руку.
Беркли взяла его ладонь обеими руками и повернула ее тыльной стороной вниз. Поддерживая ладонь Грея левой рукой, она положила сверху правую. Ее пальцы легко скользнули по его коже, а голова опустилась, следуя их движению. Беркли уселась чуть ближе к Грею.
«От нее больше не пахнет рыбой», — невольно подумал Грей, глядя на склоненную голову Беркли. Ее кожа и светлые волосы издавали слабый запах мыла. Был еще и другой, чуть уловимый, но дразнящий аромат, который он вряд ли сумел бы определить, ибо этот аромат принадлежал только ей.
Прохладные пальцы Беркли прикасались к ладони Грея, как шелковые пряди. Рука у нее была сильная. Казалось, она не осознает, что находится так близко к нему.
— Какой необычный рисунок… — промолвила она. Грей ждал объяснений, но их не последовало. Он решил, что Беркли нечего сказать. Должно быть, она придумает что-нибудь по мере знакомства с его ладонью. Но это не имело никакого значения. Беркли Шоу могла говорить все, что угодно. Любой посетитель игорного дома с радостью заплатит золотом только за то, что она подержит его за руку — особенно если прижмет ее к своей груди.
Не ведая, какие мысли бродят в голове Грея, она начала рассказывать ему о том, что угадала по его руке.
— Вы весьма образованны и умны. Видите ли, это не совсем одно и то же, но в вас сочетаются оба эти качества. Вы добрый человек, хотя порой вам не хочется, чтобы окружающие знали об этом. Думаю, вы скрываете это даже от самого себя. — Беркли бросила на него взгляд, но на лице Грея появилось непроницаемое выражение. Невозмутимые серо-голубые глаза Грея, как зеркала, притягивали взгляд девушки и тут же отражали его. Беркли не видела в них и искры тепла.
Она отвела глаза, и ее пальцы скользнули по ладони Грея вдоль линии сердца.
— Вы склонны помогать людям, хотя и не желаете этого признавать. Ваши жизненные принципы глубоко продуманы, и вы следуете им независимо от того, что думают о них ваши близкие.
Губы Грея сложились в чуть заметную ироническую улыбку. У него не было близких.
— Вы очень замкнутый человек, — продолжала Беркли. — Ваша независимость во многом объясняется гордостью. Тайны, которые вы носите в душе, держат людей на расстоянии, и это очень важно для вас. Одиночество — ваш образ жизни. — Она умолкла и еще раз легко прикоснулась к линии. — Вы уже очень давно живете так.
— Вам удалось выведать мои тайны, мисс Шоу? Беркли покачала головой:
— Нет. Я знаю только, что они у вас есть.
— У какого человека их нет?
Беркли мягко улыбнулась:
— Вы правы, мистер Джейнуэй. Мне продолжать?
— Да, еще бы.
Пропустив мимо ушей вызов, прозвучавший в его голосе, Беркли вновь начала изучать отметины, оставленные жизнью на ладони Грея. Ладонь была крупная, но подвижная. Кончики прямых сильных пальцев загрубели от тяжелого физического труда. Бугорки ладони покрылись мозолями.
  
— Для вас не составляет труда руководить людьми. Окружающие признают за вами главенство, но вы не всегда с охотой берете на себя ответственность. Вы предпочитаете воздействовать личным примером, работать рука об руку с подчиненными.
Пальцы Беркли вновь скользнули по ладони Грея. По ее телу пробежала легкая дрожь. Ощущение было столь, неожиданным, что она едва не отпустила его руку.